Чтение онлайн

Только бы муж ничего не заметил. Он ведь уже немного узнал ее характер и поймет, что она сама напросилась на наказание. Хотя ничего, кроме правды, она Гордону не сказала. Всему клану Мак-Ли известно, что Гордон — педераст и в постели предпочитает мужчин. Просто она первая сказала ему это в лицо. И при его воинах. Да, она сама напросилась на порку. Но откуда ей было знать, что так скоро придется выходить замуж? А муж рано или поздно увидит ее раздетой. Надо постараться, чтобы это случилось как можно позднее.

— Пора выезжать, — прямо за ее спиной раздался голос Кенрика. Она вздрогнула от неожиданности.

— Я не собирался тебя пугать, — сказал он, понизив голос. — Ты что, не слышала, как я вошел?

— Тень и то делает больше шума, чем ты, милорд. Она повернула к нему лицо, уже вполне оправившись от испуга. Почему вчера он не очень понравился ей? Сегодня он показался Тэсс почти красивым.

— Что-нибудь не так?

— Не так? — механически повторила она.

— У тебя какое-то странное выражение лица.

— О, наверное, по утрам у меня всегда странное выражение лица.

— Это надо проверить, — улыбнулся Кенрик. — С таким лицом ты вчера лгала отцу Олвину. Помнишь?

— Я уже готова. Пошли, — отрывисто бросила Тэсс.

Кенрик взял плащ и укутал им плечи Тэсс, не замечая, как она поморщилась от боли. Потом поднял ей капюшон.

— Сегодня еще холоднее. Будем надеяться, что хотя бы пурги не будет.

Кенрик надеялся напрасно. Снег повалил через час после того, как они покинули лагерь. Тэсс он завернул в два плаща, но и это не спасало от холода. А каково было Кенрику и его воинам, лучше было и не думать.

Тэсс почувствовала, что заболевает. «Боже, — взмолилась она, — пусть эта лихорадка будет не сильной». Лихорадки боялись и богатые, и бедные. И хотя в большинстве случаев дело кончалось выздоровлением, нельзя было сказать определенно, как все обойдется. Она прильнула к Кенрику и понадеялась, что Бог не будет к ней слишком жесток.

Кенрик поправил на ней плащ. Он не осуждал Тэсс за то, что она спит, — так лучше преодолеть скуку и холод, — но к концу дня начал удивляться ее способности не просыпаться столь долго. «Ну ладно, пусть спит, — с улыбкой подумал он, — по крайней мере, хоть отдохнет и к ночи будет свежей»

Во второй половине дня погода исправилась, снегопад прекратился. Было еще светло, когда впереди показались очертания замка. Кенрик осторожно приподнял плащ и прошептал на ухо Тэсс.

— Просыпайся, жена, приехали.

Взорам всадников открылся замок Монтегю — темная неприступная громада на фоне закатного неба. Мрачность обстановки усугубляла подступающая к стенам замка сожженная роща. Как жуткие привидения, поднимались из сугробов безжизненные остовы огромных деревьев. У Тэсс мурашки пошли по коже.

— Внутри не так плохо, как может тебе сейчас показаться, — произнес Кенрик.

— А что случилось с деревьями? — спросила она, подумав, что, как там внутри, она скоро обнаружит сама.

— Я приказал их сжечь. Они могли быть хорошим прикрытием для врагов.

Тэсс кивнула и посмотрела через плечо. Воины двигались сзади молча, с печальными лицами. «Странно, — подумала она, — люди Мак-Ли въезжали бы в крепость с радостными криками». Грустные лица воинов окончательно испортили ей настроение.

Кенрик направил коня в сторону, пропустив воинов вперед, и они начали въезжать в главные ворота. Никто не приветствовал их во дворе, на стенах тоже никого не было видно. Конная гвардия барона выстроилась по обе стороны дороги, ведущей от ворот к массивным каменным ступеням. Ступени вели в большой зал замка. По-прежнему никто не появлялся. Не было слуг, вообще никого. Ситуация неслыханная даже для какого-нибудь захудалого замка, не то что для замка Монтегю. Похоже, люди Кенрика были уверены, что не встретят здесь ни одной живой души.

Кенрик подъехал к ступеням, спешился и поставил Тэсс рядом. Воины в молчании наблюдали, как они начали подниматься по лестнице.

Тэсс крепко ухватилась за его рукав, он, помедлив, взял ее руку.

— Успокойся, Тэсс. Эти ступени ведут всего лишь в большой зал, а не к жертвенному алтарю, — прошептал он и повернулся к воинам.

— Я взял Тэсс Ремингтон в жены, — начал он. Его мощный голос, отражаясь от стен, заполнил все пространство двора. — С этой минуты моим заклятым врагом становится Данмор Мак-Ли. Я хочу, чтобы вы это знали. Возможно, уже сейчас его войско движется к нашим владениям.

Тэсс посмотрела на Кенрика. Лучше бы ей этого не делать. Вид его был страшен. Он улыбался, но глаза его оставались холодными, смертельно холодными.

— Мак-Ли не нравится этот брак, а мне не нравится, что шотландцы захватили английские земли у границы и хозяйничают там. Я намерен взять Ремингтон. Он теперь мой. Тем самым я возвращу Англии ее исконные земли. Я сделаю это, и ничто меня не остановит.

Кенрик закончил речь, и воины издали торжественный клич. Голова у Тэсс раскалывалась, и этот крик, словно тяжелый молот, ударил ее по вискам. Но в настоящий восторг воины пришли, когда Кенрик откинул с головы Тэсс капюшон. Это было настоящее ликование. Кенрик положил ей на плечо руку, и Тэсс чуть не упала — ноги у нее подгибались.

— Отныне вы будете защищать жизнь моей супруги как свою собственную. Ваша преданность мне распространяется и на нее.

Фитц Элан выхватил из ножен огромный боевой меч, его движение повторила вся гвардия, и двор замка озарился блеском клинков. Лучшие воины Англии присягали на верность Тэсс.

«Что же это, — пронеслось у нее в голове, — а ведь я собираюсь их всех предать!»

— Пошли, Тэсс, — тихо произнес Кенрик и направился к дверям.

Большой зал замка Монтегю являл собой смесь богатства и убогой запущенности. Богатство было очевидным. Колонны, украшенные тонкой резьбой и многоцветной мозаикой, узорчатые решетки окон, красочные витражи, обшивка стен — все это поражало великолепием. В зале топился не один, а целых два огромных камина. У каждого был отдельный дымоход, не то что в Ленгстоне, где дымоходом служила обычная дырка в потолке. Стены украшали богатые красочные гобелены, с потолочных балок свисали многочисленные знамена Монтегю.