Чтение онлайн

— Обязательно, шеф! — радостно ответили оба.

МакКормик посмотрел им вслед, завидуя их молодости и энергии, и отправился к себе в кабинет. Едва войдя в приемную, он услышал зуммер видеофона, и секретарша прощебетала из-за своего стола: — Шеф, вас Майкл Вудфорд…

— Майкл? Странно, я только что от него. — МакКормик прошел в кабинет, закрыв дверь, и включил аппарат на столе. — Что-то случилось, Майкл? — спросил он, тревожась.

— Да в общем-то ничего, но… Я вот что хотел спросить: у тебя не вызывает сомнения избранница нашего героя?

— Кто? — удивленно спросил МакКормик.

— Ну… Юэла.

— А почему я должен ее в чем-то подозревать? — еще более удивляясь, спросил шеф ВКР.

— Понимаешь, когда ты сказал мне вчера, что с Ярославом прибыла некая обаятельная незнакомка, предположительно из Менталии, я, больше из праздного любопытства, спросил одного своего друга менталийца, что означает ее имя. Согласись, оно необычно… Так вот, он удивился, узнав, что так зовут женщину из Менталии. Вчера же адмирал Орлов сообщил, что центральный компьютер менталийского Центра идентификации цел и в рабочем состоянии. Я попросил своего помощника связаться с начальником разведки 20-го флота и узнать все о спутнице нашего героя. Ведь речь идет не об обычном гражданине, а об одном из лучших сотрудников СБС. Так вот, никакой менталийки с именем Юэла не существует и не существовало. Зачем Ярославу скрывать ее истинное происхождение или имя? К тому же он сказал, что ее идентификационная карточка утеряна. За этим что-то кроется…

— Майкл, но это в конце концов их личное дело. Значит, на то есть причины…

— Да, но офицер СБС должен полностью информировать свое руководство обо всем, что касается его.

— Уж не заподозрил ли ты его в чем-то, Майкл? Ты же знаешь, что Ярослав кристально честен, и он самый лучший наш сотрудник. Да он один стоит целого отдела! — распаляясь, воскликнул Пол.

— Да нет, я не об этом, — досадуя, что затронул щекотливую тему, сказал Вудфорд. — К нему лично нет никаких претензий. Наоборот, я тоже очень ценю его и думаю продвинуть по службе. Меня волнует то, что он может совершить ошибку, поддавшись чувству. Юэла для нас — загадка. А для него? Может быть, он не так уж хорошо ее знает, а она этим пользуется? Зачем скрывать свое происхождение?

— Майкл, давай не пороть горячку! Я уверен, если Ярославу будет что сказать нам по этому поводу, он скажет. Если он не хочет сейчас говорить об этом, значит, не нужно его торопить. В его выборе я уверен. Он никогда не совершает необдуманных поступков. Со временем все встанет на свои места. В конце концов — это их личное дело.

— Все же присмотрись к ней, Пол. Ты-то понимаешь, что в нашем деле нет мелочей и нет личного…

— Хорошо, — нехотя согласился МакКормик. — Только прошу тебя, не предпринимай никаких действий. Мы можем оскорбить Ярослава своими неуклюжими попытками влезть в его личную жизнь.

Экран видеофона погас, а шеф ВКР, закусив губу и нервно барабаня пальцами по столу, задумался над состоявшимся разговором. МакКормик чувствовал себя неуютно, на сердце остался неприятный осадок, но, как профессионал, он понимал правоту Майкла. «Не будем торопиться», — подумал он и достал сигарету.

Одного взгляда оказалось достаточно Юэле, чтобы заметить тревожное состояние вернувшегося домой Ярослава. Он улыбнулся, но проступившие морщинки все равно выдавали озабоченность и тревогу.

— Что с тобой, Яр? — тихо спросила она, прижавшись к его груди. — Какие-то проблемы?

— Ничего, пустяки… Все хорошо, дорогая. Шеф СБС очень доволен нашими докладами, нас представили к наградам. Война заканчивается… Все в порядке,

— Ярослав погладил ее густые шелковистые волосы. — Завтра встреча с Президентом, а потом мы с тобой поедем ко мне домой… в наш дом. Я покажу тебе мою родину и всю Землю. — Нет, я чувствую, что-то произошло. — Пока ничего серьезного. Старик Вудфорд заподозрил, что я скрываю о тебе что-то… В «Конторе» вс„ и все на виду. Так уж заведено — если служишь в СБС, то ничего личного не должно быть. Это требование безопасности… Ну а так как пришлось немного солгать относительно твоего происхождения, то это вызвало подозрения.

— Может быть, следовало сказать правду? — обеспокоенно спросила Юэла.

— Нет. Пока рано. Для Человечества это будет большим потрясением. Тысячи лет мы мечтали встретить братьев по разуму и в глубине души надеялись, что они будут похожи на нас, пусть даже не во всем… И наконец это свершилось! Мы не только похожи, но и происходим от одних предков. Вот только контакт этот может обернуться новой трагедией. Наша цивилизация несет в себе скрытую потенциальную угрозу для вашей. У нас слишком много оружия, самого смертоносного и изощренного, а разум и мораль не достигли ваших высот. Нет, Юэ, до своей мечты мы должны «дозреть».

— Но ведь это может продлиться очень долго… — упавшим голосом проронила Юэла.

— Да. Может быть, потребуются века, чтобы Человечество освободилось, очистилось от своих страхов, предрассудков, от ненависти и агрессии, от зависти и алчности, от всего того, что порождает Зло, — Ярослав взволнованно заходил по комнате. — Это обязательно произойдет, но вот когда? А до тех пор полномасштабный контакт исключен. Ты знаешь, к чему это может привести. Человечеству только что удалось затушить пожар в собственном доме ценой огромных жертв, но «спички» — то остались. Пока есть оружие, всегда могут найтись желающие воспользоваться им для удовлетворения своих амбиций.

— Но неужели люди не способны отказаться от оружия? Разве они не понимают, что почти все их беды происходят из-за него? Яр, почему они так привязаны к нему? — почти в отчаянии спросила Юэла.

— Все не так просто… История оружия столь же древняя, как и история самого Человека. Собственно, когда он впервые взял в руки дубину и понял, какую силу приобрел над враждебным миром, с этого момента и начинается его история. Но вскоре он понял, что дубиной можно убить не только зверя, но и другого соплеменника.

— Почему так произошло? Что двигало им в тот момент?

— Не знаю, Юэ, тогда Человек недалеко ушел в своем развитии от Зверя. Тогда же он навсегда привязался к оружию, полюбил его, постоянно совершенствовал и никогда не расставался с ним. Оно давало ему уверенность в себе, власть над природой и себе подобными, а значит, и значительные преимущества. Если бы Человек избрал другой путь… Если бы он сумел найти гармонию с окружающим миром… Вся наша история могла бы стать другой. Быть может, мы стали бы такими, как вы. Но Историю не переделать. Придется пройти весь путь до конца, пока «любимое дитя» не опротивеет, пока Человек не поймет, что нет иного выхода, как навсегда расстаться с оружием, потому что в противном случае оно уничтожит своего хозяина, да и саму жизнь. Это понимают многие, но не все.