Чтение онлайн

– Давай нашего медового вина попробуем!
– тихо проговорил он, понимая, какую тяжесть взвалил на фриза своим откровением.

– Ну что ж, давай попробуем!
– охотно согласился Юббе, пододвинул к себе кубок и, слегка поклонившись Рюрику в знак благодарности за гостеприимство, молча осушил его до дна, надеясь на быструю перемену в настроении друга.

Хозяин тотчас последовал примеру гостя. Ели они медленно и молча. Как и следовало ожидать, выпитое вино не взбодрило их. Из головы гостя не выходил сон Рюрика, ибо он знал, что пустых снов не бывает. Об этом знали все славяне-рароги. В это верили и все фризы, и все родственные им племена.

Видения всегда будоражили душу людей. И толковать сны учились сызмала. Некоторые люди даже пытались предотвратить то, что предсказано сном, но ни у кого это не получилось. Так как же быть сейчас?

– Полно, забудь о сне, - уловив неспокойные мысли князя фризов, попытался успокоить его Рюрик, но тут же удручённо заметил: - Как бы то ни было, а мне суждено прожить тот срок, что отмерен богами… - Он остановился, словно поперхнувшись, и уже тихо, почти про себя продолжил: Отец завещал мне прожить жизнь достойно. И я сделаю это! Я должен выполнить завет отца, какие бы испытания ни уготовила мне судьба… - с горечью решил рарожский князь, но спохватился: "Громкие слова нужны только дружине, а Юббе - мой гость, и уши гостей ласкают другими речами".

– Молодец, Рюрик! Ты настоящий мужчина!
– восторженно перебил мысли рарога фриз и восхищённо посмотрел на него: бесстрашного и предприимчивого предводителя пиратов-фризов покорило мужество молодости.

– Я боюсь только одного: слишком мало я успел свершить, а уже пророческий сон напомнил: приготовься, конец близок. Страшно стало!
– угрюмо признался Рюрик, медленно и тяжело выговаривая каждое слово. II вдруг он почувствовал облегчение: "Вот и все! Самое постыдное, слабое и… сказал!" Он расправил свои ещё по-юношески узкие плечи, поднял голову и тихо прошептал: "Слава Святовиту!"

– Ну-ну, успокойся. Сон твой дальний. Сначала ласточка совьёт гнездо, потом вас будет греть солнышко, лотом и только потом… Нет, подожди, может, ураган - это что-то другое?..
– Фриз всё же захмелел от крепкого медового вина, и слова давались ему с трудом.

– Не надо меня утешать, - гордо вскинул голову Рюрик.
– Что будет, то и будет. Ничего не изменить. Я хотел бы вот о чём спросить: а словене, какие есть: русции, вагры, рароги, лютичи, ободриты, волохи и ильменские словене сможем ли мы объединиться, разбить германцев и поселиться все вместе на одной земле? Как ты думаешь?

Юббе вздрогнул: молодой двадцатилетний Рюрик, обречённый на короткую жизнь и знающий об этом, замышляет объединить родственные племена, побитые по отдельности, разбросанные в разных местах - спрятавшиеся кто в горах, кто за болотами, кто в лесах… Да мыслимо ли это?!

– Да… Тяжело будет!
– задумчиво ответил отважный пират, прикинув все тяготы выбранного Рюриком пути.
– Разные вожди и уже разные боги… - Фриз посмотрел на Рюрика, указывая небрежным жестом на семь зажжённых свечей в массивном подсвечнике, языки пламени которых склонялись то к одному, то к другому князю, как бы принимая участие в их разговоре.

– Меня волнует пока только то, что ты думаешь, - заявил Рюрик, в упор глядя на князя фризов, не обратив внимания на его жест.

– Мы с тобой и так вместе, - улыбнулся Юббе и ласково пояснил: - Нас ведь разделяет только Эльба. В любое время я готов помочь тебе в битве с германцами. Благо, с моей стороны поморяне не нападают, а лютичи, вагры, ободриты и волыняне "делают" такие же дела, что и я.

Фриз отвернулся от подсвечника, уловив видимое безразличие князя к столь знаменательной детали убранства его гридни, и снова улыбнулся, но теперь уже самому себе.

– Повезло тебе с соседями, не то что мне, - резко вдруг проговорил Рюрик.

– Значит, дня через два будет ясно, что скажут волохи?
– после некоторой паузы спросил Юббе, вновь удивлённо ловя себя на мысли: откуда у Рюрика взялся такой великолепный светильник…

– Да, - ответил Рюрик и рассеянно проследил за взглядом фриза, направленным в сторону древнего подсвечника.

– А к тевтонам и куршам посылал кого-нибудь?
– дипломатично спросил Юббе, переводя взгляд с подсвечника на священный котелок.

– Руальда с Эбоном [50] , - ответил Рюрик и уже сознательно перехватил взгляд гостя…

– Храбрые воины и мудрые послы!
– похвалил выбор Рюрика гость.
– Но Руальд, наверное, уже совсем стар?

Юббе отложил расспросы о семисвечнике на более подходящее время. Он твёрдо решил отвлечь внимание хозяина от его вещего сна и, не сбиваясь, начал задавать вопросы, на которые князь рарогов, фриз был уверен в этом, будет отвечать охотно.

И Рюрик отвечал, казалось, охотно:

– Да, Руальд стар, но ещё крепок. Думал, он сможет уговорить вождей этих племён не поддаваться германцам, да, видно, опоздал я.

– Подкупили?
– скорее утверждая, чем спрашивая, сказал Юббе.

– Похоже, что так, - горестно подтвердил Рюрик. Юббе осуждающе покачал головой.

– Не скрою, я думу держал даже о русциях, - усмехнулся над самим собой Рюрик.
– Да решил, что накрепко осели они возле своего моря.

– Уж очень далеко они, князь рарогов. Вряд ли кто из них откликнулся бы…

Рюрик согласно кивнул головой.

– Да и у греков на службе много таких, кого отец когда-то питал надежду присоединить к себе, - добавил он, но не успел договорить, как внезапно отворилась дверь и запыхавшийся старый Руги возник на пороге гридни и срывающимся от волнения голосом возвестил:

– Прибыли! Ладьи только что пристали к берегу!

– Сколько?
– с радостной надеждой выкрикнул Рюрик, быстро вскочил с места и чуть не опрокинул скамью. Юббе тоже встал и жадно ждал ответа слуги. В это мгновенье в гридню вбежал юноша, раскрасневшийся, большеголовый, светловолосый, в простой рубахе, поверх которой была надета кожаная сустуга, на которой выделялся особый знак - силуэт сокола, пришитый суровыми красными нитками.