Чтение онлайн

Хетта тяжело вздохнула и пытливо уставилась в лицо своего обожаемого мучителя.

– Да-да, жить заботами и молить Святовита о его милости к нам! убеждённо добавила она немного погодя.

Князь открыл глаза. Сел. Тяжело вздохнул.

– Спасибо, Хетта!
– грустно сказал он и глянул на неё исподлобья.
– Я понимаю, что молчание моё затянулось и пора хоть как-то объясниться с советом племени, - тихо начал он.

– Ты не понял меня.
– Лицо Хетты приняло обычное своё задумчивое выражение.
– Не надо ни с кем объясняться! Юббе ждёт тебя!
– как заклятие повторила она.
– Верцин поручил Дагару с Юббе занять дружину, пока ты болен, на постройке жилья для воинов Геторикса. А у Юббе нога разболелась. Он устал заменять тебя всюду, - добавила она глухо и виновато осеклась.

Рюрик удивлённо смотрел на неё.

– Не волохам же доверять дружину!
– Она пожала плечами и мягко улыбнулась ему. И в этой улыбке было столько любви и понимания, что у князя защемило сердце. Он грустно улыбнулся, наблюдая за быстро меняющимся выражением красивого, смуглого её лица. Своим поведением она напомнила ему знаменитую её тёзку Хетту - отважную предводительницу одного из германских отрядов, служившую у датского короля Харальда Хильдетанда. "Но та Хетта - из племени фризов, а эта…" - прищурившись, он хитро улыбнулся своей "молчунье" и протянул к ней руки. Счастливая Хетта бросилась в его объятия, дав себе слово больше не бередить ни его, ни свою душу…

– Юббе!
– хриплым голосом, пряча смущение, окликнул Рюрик друга, который что-то объяснял десятку воинов, стоящих возле одного из строящихся домов на городище.

Юббе обернулся, и лицо его искривила лёгкая гримаса: видимо, движение было слишком резким и он потревожил свою больную ногу. Рюрик покраснел, не зная, куда деваться от стыда, увидев болезненную гримасу на лице знаменитого пирата. Ни разу Юббе не напомнил о своей тяжёлой ране, ни разу не посетовал на то, как давно он оставил свою семью и свой промысел, а ведь его заждались в родных местах. И самого его, и воинов-фризов, пришедших вместе с ним.

Князь фризов окинул взглядом смущённого Рюрика. "Что призадумался?.. Наконец-то увидел, что рядом с ним тоже живые люди, со своими бедами и несчастьями. Опять одет как простой рарог". Фриз задержал взгляд на красной рубахе Рюрика, поверх которой не было кожаной накидки с вышитым на груди соколом. "А где же твой великолепный сокол?
– хотел спросить Юббе, но передумал.
– Значит, обида ещё живёт в твоей душе? Или ты думаешь, что с принятием новой веры твоему народу не нужен будет князь с дружиной? Дружина нужна и старым и новым богам. Все они нуждаются в защите, в твёрдой руке, такой, как у тебя, князь! Ну и дитя же ты, князь рарогов!" - Юббе вздохнул, хлопнул широкой крепкой ладонью Рюрика по плечу и пригласил:

– Давай-ка сядем рядом, князь рарогов-русичей, достославный Рюрик, сын конунга Белы!

Рюрик вспыхнул. Вздёрнул подбородок. Откинул длинные волосы за спину. Нервно провёл правой рукой по груди, где висела обычно драгоценная цепь с соколом, которой он любил, разговаривая, слегка позванивать, но тут же колюче, сиротливо опустил руку и молча сел рядом с фризом.

– Почему на тебе нет цепи с соколом?
– всё-таки спросил Юббе Рюрика, чтобы начать тот серьёзный разговор, который он уже давно вёл с ним мысленно.
– Ты что, ослаб духом? Или головой?
– Фриз не отводил сурового взгляда от глаз Рюрика.
– Ну, что молчишь? Разве впервые вера твоя подверглась испытанию?

– Нет, - грустно ответил Рюрик и тотчас же быстро добавил: - Но раньше я не принимал всё это всерьёз. Мне просто понравился семисвечник. Он так красив… В нём есть какая-то тайна. А теперь я, как в паутине, в этих тайнах. Самые близкие мне люди что-то недоговаривают, что-то таят от меня и Верцин, и Бэрин, и Руцина! Я отпустил миссионеров и думал, что на этом всё кончилось…

– Нет, не кончилось, - резко оборвал его Юббе.
– Семисвечник стоит у тебя на столе до сих пор. Значит, уже тогда, возможно, и не отдавая себе отчёта, ты решил, что за словами миссионеров что-то есть, уже тогда тебе захотелось разобраться. Ты задумался, и вот результат! Нужно было сразу гнать их вон!

– Но… я предупреждал их, что разговор наш - просто моя прихоть… растерянно оправдывался Рюрик.

– Пора с детством кончать, князь рарогов, - сердито проговорил Юббе. Мы с тобой воины. Наше дело - биться с врагом. Пусть жрецы решают, чей бог сильнее и от кого из них больше пользы. А миссионеры - они только смущают воинов, отвлекают их от дела.

– Но… это не я позволил им… Это Верцин!
– виновато молвил Рюрик и запнулся, поняв, что сказал глупость. Он так растерянно посмотрел на фриза, что Юббе рассмеялся.

– Верцин-то мне понятен. А вот ты со своим семисвечником запутал не только меня, миссионеров, но и старого вождя! Ведь он подумал, что ты сомневаешься в Святовите!
– возмущённо пояснил Юббе и вдруг грустно сказал: - Семь свечей говорят о мудрости и стремлении их хозяина познать откровение бога Йогве… Какая же мудрость иудеев неподвластна нам?.. В чём она заключается?..
– хмуро спросил фриз.

Рюрик не знал, что ответить на это, и низко склонил голову. Он уловил непонятную грусть пирата и боялся той правды, которая таилась в ней.

– Ладно, - примирительно сказал знаменитый пират и хлопнул Рюрика по плечу.
– Слава Святовиту, всё кончилось миром, и мне пора в свою Арконию собираться! [65]– Он испытующе посмотрел на Рюрика.
– Так почему ты своего сокола не носишь? Ждёшь, когда попросят? Ты что же, решил оставить свою дружину? Да твоя дружина - это награда Святовита и Перуна за твои труды! И если ты забыл об этом, то они быстро тебе напомнят обо всем! Воины преданы тебе, но они ждут того же и от тебя.
– Юббе встал, выпрямился, одёрнул свою княжескую сустугу с изображением горы на груди и с вызовом посмотрел на Рюрика.

"Ты прав во всем, мой дорогой друг, - сконфуженно подумал Рюрик и залюбовался горделивой выправкой пирата.
– Но… мне действительно так плохо, что я никому об этом не могу сказать… Мне никто не поверит… Но ты прав! Прав, Юббе! Я не имею права забывать дружину! Отныне и навсегда я буду жить только её заботами и не буду впускать смуту в свою душу! Да принадлежит она вечно только Святовиту!" - взволнованно думал молодой князь, но вслух произнёс только одно:

– Да пошлёт тебе Святовит крепкого здоровья, Юббе! Ты настоящий друг!