Чтение онлайн

– Сообщуху из штаба флота? Да зачем, выбрось!
– заржал Пефтень, соскребаясь в подобие бодрого состояния.

– Так и знала, уже выбросила, - покатилась по смеху Ольша.

Однако, смех с мехом, а грызь уже читал, что там написано. Написано же было следующее: "в расположение флота идёт транспорт ПТБ-37, ваша задача - встретить и сопроводить." Далее шли координаты, по которым можно найти этот транспорт... а можно и не найти.

– А можно и не найти, - цокнул Пефтень, плюхнувшись за стол и открыв карту, - Если без пеленгов, слишком широкий район для поисков.

– Он уже прошёл Тад-болото?
– уточнила грызуниха, имея вслуху Тадский пролив.

– Вроде да, - почесал за ухом грызь, - Но один пух, море широкое.

– Поперёк не цокнешь, - повела пушными рыжими ушами Ольша, - Что будем делать?

– Чаю выпьем.

– Всмысле, с полученными инструкциями.

– Пойдём на восток, топтать морских гусей, - пожал ушами Пефтень.

– Но какой смысл, если мы всё равно не сможем найти транспорт?

– Какой смысл нападать на Союз?
– задал риторический вопрос грызь, - А для нас смысл есть. Если мы будем достаточно близко, сможем прийти на помощь, абы этих на "баклане" припрёт. ПТБ-37, хм... "Плюхановецъ", насколько мне верен склероз.

– Топтаные гуси!
– икнула белка, достав списки флота и проверив, - Ты что, все их помнишь?

– "Бакланов" - да. Тряс на заводе, который их строит, - хмыкнул Пеф, - Сейчас не знаю, строят ли новых.

Цокая, грызь влез по лесенке на главный пост, где сидел на вахте Ришт.

– Курс - сто!
– с выражением озвучил Пефтень.

– Кур-с?
– хихикнул грызь, поворачивая рычаг управления рулём, - Сто кур-с это приличный такой курятник.

– Под ушами у тя курятник, - заржал Пеф, - Кхм! Короче, двигаться этим курсом до следующих команд.

– Или пока в берег не упрёмся?

– Сечёшь, морячок, - вспушился грызь.

– Пеф-пуш, были ещё контакты, - добавил Ришт, - Только с самолётами, толку никакого.

– Да, гурцы тут летают как дома, - серьёзно цокнул Пефтень, и грызи опять заржали.

Неюжное море находилось в самом таки тылу Гурпанской империи, так что гурцы действительно летали тут, как дома. Показываться на поверхности было чрезвычайно рисковано, ибо велик шанс попасться на глаза летунам и огрести бомбами. Сейчас, когда небо затянуто низкой облачностью, ещё не так опасно, а вот при более лётной погоде - самолёты высматривают добычу с большой высоты и затем планируют, иногда даже выключив двигатели. Для кораблей, не имеющих радара, обнаружить тихо снижающийся самолёт довольно сложно. По этой причине подводный торпедный катер - ПТК, как его погоняли - двигался исключительно в подводном положении, выставив длинную трубу воздухозаборника и хватая воздух с поверхности.

По сути ПТК, ясен пух, просто подлодка, но имеющая принципиальные отличия от обычной боевой подлодки. Два торпедных аппарата, заряженные на базе и не имеющие запаса торпед, это только на всякий случай, главное вооружение - два подводных штурмовика "Клык", пристыкованых на палубе корабля, сзади за рубкой. Кроме того, у ПТК приличный надводный ход... правда, не в такую погодку. Эти небольшие корабли были в новинку в советском флоте, строительство активно начали только после начала войны, но уже сейчас ПТК достигали значительных результатов за счёт использования хитрых технических решений. Главное из них - те самые подводные штурмовики; по ходу шерсти, "Клыкъ" представлял из себя управляемую торпеду с экипажем из двух морячков, которая крепилась к двум боевым торпедам. Гурпанцы ещё ранее пытались сделать нечто похожее, однако попытка превратить управляемую торпеду в мини-подлодку успеха не имела, из-за крайне низкой скорости и мизерного запаса хода. "Клыкъ" не тащил торпеды на себе, а только направлял в цель после запуска с носителя - поэтому вся связка двигалась на впечатляющей скорости. Назначение управляемого аппарата состояло в том, чтобы до последней возможности корректировать курс боевых торпед, а затем доставить операторов обратно на носитель.

Пефтень Мрыков, как уже указывалось, отличался изрядным толстобочием внутри обычной беличьей шкуры, и давно гонял по морям всякие посудины, так что испугать его какими-то штурмовиками никак нельзя. Если более молодые грызи и испытывали некоторую дрожь хвоста от всего происходящего, то Пеф просто сыто порыгивал и продолжал сидеть на вахте. "Нет смысла топтать гусей, вот мой девиз" - цокал он, и ржал после этого, само собой. Сидеть же приходилось в довольно тесном помещении - на подлодках вообще редко где разгуляешься, но ПТК отличается скромными размерами, так что, побегать точно негде. Впушись в кресло и квохчи, как клуша на гнезде. Можно ещё воткнуть наушники в разъём сбоку, и послушать собственными ушами, что ловит гидрофон.

Со слухом у ПТК было не столь хорошо, как у большой лодки, и отчасти это могло бы вызвать затруднения. К удаче, сейчас большая часть гурпанских подлодок была брошена против листовцев, так что в Неюжном море они встречались редко. К тому же, шанс поразить подводную цель самонаводящейся торпедой с подлодки был настолько небольшой, что зачастую гурпанские капитаны даже не тратили торпеды - зато отстукивали в эфир координаты, что не менее опасно. На выходе из Тадского пролива ПТК-14 уже обстреливали торпедами, и оказалось достаточно остановить двигатель, чтобы они пролетели совсем мимо.

Подняв перископ, Пефтень оглядел хмурое небо с тучами и тёмные валы воды, валящие один за другим. На горизонте маячило какое-то крупное судно, возможно даже, очень крупное, но задание не предусматривало топить по пути всё встречное, для этого тупо не хватит боезапаса. Поэтому, как ни жаль упускать возможную жирную добычу, грызь только записал факт в журнал, а потом пихнул в пушнину Ольшу, чтобы она записала радиограмму и выбросила в эфир импульсом. Если повезёт, данные примет кто-нибудь из своих, и гурпанскую калошу таки искупают.

Неслушая на то, что вокруг паслось полно вражеских судов, а сверху летали самолёты, Пефтень не проявлял никаких признаков беспокойства - а скорее, и не было его вовсе. Как только в опасном радиусе кто-нибудь появлялся, подлодка сбавляла ход, если надо - прятала под воду воздухозаборники и увеличивала глубину погружения - и молчала, как рыба. Даже светя радаром или активным сонаром, гурпанские эсминцы не могли обнаружить ПТК с дистанции более десяти километров, особенно если он стоял к ним носом или кормой. Кроме того, грызи оставались полностью спокойны, потому как закатать эсминец, если уж он станет наглеть, для них не представляло большой проблемы. Однако, таких встреч следовало всячески избегать, чтобы не палить диспозицию и не тратить боезапас.

– Пеф-пуш, - цокала Мурка, когда грызи в очередной раз рассиживались в столовке, - Не могу только понять, какого пуха мы тут делаем?

– В машинном шумно, поэтому жрём тут, - пояснил её брат Раждак, и белки заржали.

– Нет, я про то, что в Жирном море полно гурпанских подлодок, - цокнула грызуниха, - Почему бы для начала не выловить их все там, у наших собственных берегов? А мы тащимся в невгрызяческую даль и бомбим какой-то Бдрздорф, где стоят утлые баркасы.

– Ты ухом картину окинь, - хмыкнул Пефтень, - Все лодки ты не выловишь, даже если припашешь к этому весь флот. А эти утлые баркасы, как ты изволила выцокнуться, возят из Вегнории минеральное сырьё для гурпанской военной промышленности. Причём они представляют большую опасность, чем большие корабли. Большие можно отследить и уничтожить подлодками, и а эти калоши стоят меньше, чем торпеда.