Рыжик
Шрифт:
По причине воскреснего утра, в прачечной было свободно. Люда выбрала первую попавшуюся машину и шмякнула перед нею мешок одёжки.
"О-о, какой глазиссе!"
"Где?! Тьфу ты, мантэлэпа карловна - это же рот!"
"А-а-а! А он не прогло-о-отит?"
"Так ещё не включено!.. В смысле, оно ещё спит. Вот пока спит, нужно грузить. Смотри - раз!
– и открылось. А потом: раз, два, три, четыре (блин, Юлька, зараза, опять красное сунула!)... пять, шесть, семь... Фуххх! Готово".
"И цё-о-о-о?"
"Не "цё", а самое главное! Теперь надо нажать кнопочки: тык, тык, тык... и сказать волшебные слова..." - Люда картинно взмахнула руками и торжественно объявила:
– КУРРРДЫ БАЛЬОНЦЫ!
– Пффф-шл-фффл, - отозвалась машина, брызнула водой на окошко и тихо заурчала насосом.
"О-о-о-о..." - напряжённо подвыла Миклуха, юркнув в известные одной ей закоулки.
В предвкушении "цирка на дроти" Люда закусила губу.
Под негромкое гудение Миклуха немного пришла в себя и потянулась глянуть поближе.
– Грррррр!
– басовито вступила машина.
– А-а-а!
– шарахнулась малАя.
Машина, сделав несколько оборотов, затихла, будто подманивая и усыпляя бдительность. Миклуха осмелела и опять нетерпеливо заёрзала, сгорая от любопытства. И Люда его удовлетворила. Она присела и сунула голову чуть не в самое вогнутое окошко, к которому изнутри жалобно прильнули сожмяканые и перепутанные вещи, терпеливо ожидающие стирки.
"Смотри... смотри... сейчас..."
"ГР-Р-Р-Р-Р-Р-Р!" - взрыкнула вдруг машина страшным голосом, задребезжала, затряслась и злобно звертела одёжным комом.
"А-А-А-А-А-А!!!" - словно шквал пронёсся сквозь Люду и она, потеряв равновесие, врезалась в переднюю стенку машины.
"А-А-А-А-А!!! Спасите! Помогите! Рятуйте!.. Лю-у, спаси-и-и!!!"
– Ты б-пф... Да стой!.. Миклуха!..
– забарахталась Люда, хватаясь за углы.
"А-а!!! Страфно!!! Лю! Оно съест меня-а-а-а!!!
– металась Миклуха в ужасе, создавая в голове невыносимый кавардак.
Люде всё же удалось встать на ноги, держась за трясущуюся в стиральном экстазе машину. Не удалось ей прийти в себя... Едва она приподнялась, как тут же снова рухнула локтями на крышку, рыдая от хохота.
"Со ты рзосс?! Мне страссно, а она рзот!.. Лю-у!-да!-да! Спа-си!-си!-си!"
– Ща... щас... Ой, сдохну!.. Ой, насмешила!..
– с трудом продышалась Люда.
– "Тихо ты! Хочешь, шоб меня тут кондрашка хватила, да? Не съест тебя никто! Оно вообще никого не ест... кроме носков... Всё! Вщухны, дытыно! В Багдаде всё спокойно!"
"Ы... ы... ы..." - продолжала подвывать Миклуха, но заметно тише, опасливо косясь на страшный ящик, который удовлетворённо гудел и нахально крутил барабаном.
– Фух! Ой, кошмар с вами...
– стала Люда на слегка подогнувшиеся ноги, всё ещё дергаясь от одного воспоминания.
– Так, теперь имеем часик-полтора...
– Шайтан-машину увидела или так - смешинка в глаз попала?
– прозвучало сбоку.
У самого входа в зал девчонка в домашнем халате загружала своё бельё. И с интересом наблюдала за Людыной пантомимой. По идее нужно было испугаться, но Люде уже было всё равно.
– Ага, анекдот вспомнила, - махнула она рукой.
– Представляешь, вчера рассказали, а сегодня только дошло.
– Быва-а-ает...
– хмыкнула девчонка.
– О! Слу-у-ушай... У тебя постель до белого выстирывается? А то чего-то у меня, как была серая, так и осталась?
– А ты на каком режиме стираешь?
– Да я как-то не меняла.
– Ну-у-у, чего ж ты хочешь...
Из прачечной Люда вышла тщательно проинструктированная и совершенно спокойная за свою репутацию. Она помнила заветы великого Штирлица - запоминается последняя фраза...
Бедная Люда! Она думала, что ребёнок на сегодня достаточно напуган... Она даже до комнаты дойти не успела, как малАя уже снова начала наглеть.
"Лю! Теперь хоцю мутики", - заявила она приказным тоном, едва Люда вошла в комнату.
"Куда?! У нас ещё дел по горло!"
"Я узе наработалась!"
"А я - ещё нет!
– съязвила Люда.
– Жрать мы шо будем?"
"Ты как хоцесс, а я иду смотреть телик!"
"А-а-а!..
– понимающе протянула Люда... и согласилась: - Да... Действительно... Хорошо... Иди смотреть свои мультики... а я пока схожу в магазин", - и она с непрошибаемым спокойствием принялась одеваться-собираться. Миклуха даже не сразу сообразила, как именно её надурили, а когда дошло, Люда уже выскользнула за дверь.
"А?.. Ап?.. З-з-з..." - опешила Миклуха и, пока она расчухивалась, Люда уже и по лестнице спустилась.
"Так нецесно!" - опомнилась "деточка" в вестибюле.
"Что - нечестно?" - Люда была само спокойствие.
"Всё нецесно! Я зе не могу остаться!"
"А я чё? Я - ничё... Я же не запрещаю..." - бубнила Люда, выходя на улицу.
"Всё равно нецесно!
– Миклуха ещё попыталась качать права, но тут обнаружила, что уже и возвращаться поздно: - А! Куда?! Обманьсьцица!"
– Хи-хи... хм...
– чтобы не пугать прохожих, Люда прикрылась рукой.
– "Ну-у-у... моё дело предложить..."
"Мы-мы-мы..." - набурмосилась малая и обиженно замолкла.
"Ну и ладно!" - решила Люда и направилась в магазин.
Долгожданная тишина в мозгу радовала, солнышко грело, воробьи чирикали, а вся воскресная природа навевала благодушие и пофигизм. Даже перспектива угодить в ближайшее время в дурдом, уже не казалась такой реальной. Довольная своей маленькой победой, Люда "летящей походкой" вырулила на главную улицу и... едва не поплатилась за потерю бдительности. Потому что по всему тротуару стройными рядами - колоннами, семьями и в одиночку - шагали и ковыляли по дороге в церковь воскресные молельщики.