Чтение онлайн

Я беру маму под руку и увожу родителей из торгового центра. Он что следит за мной? Козел. И что ему нужно от меня? Чего он прикопался?

Мы приезжаем в ресторан Le Brise Miche по улице Бреземиш. Уютная домашняя атмосфера, чисто и приятно пахнет специями. Мы занимаем столик у окна и делаем заказ.

— Как твоя нога? — спрашиваю папу.

— Иногда болит. Ты за меня не переживай. Сегодня твой день. А обо мне позаботится твоя мама.

Она кисло улыбается и отпивает с бокала белое вино.

— Так кто был тот симпатичный парень? Ты была с ним груба. Что-то случилось?

— Он хамит много. И никакой он мне не парень. Сморозил какую-то фигню.

— Он с тобой учится?

— Нет, он из Декарта. Я даже не знаю, на кого он учится. Давай не будем о нем.

Я беру бокал и делаю два глотка терпкого вина. В обществе родителей обед проходит весело, папа постоянно подшучивает над мамой. Она звонко смеется, от выпитого ее щеки горят, серые глаза блестят. Они рассказывали, что познакомились в университете на последнем курсе. Оба ходили на одни и те же предметы в течение четырех лет, а увидели друг друга, когда дороги расходились. Папа говорил, что влюбился в маму с первого взгляда, а мама лишь бросала намеки.

Через час родители отвозят меня домой.

— Ты приедешь на Рождество? — спрашивает мама.

— Конечно. На все каникулы.

Папа сует мне в карман деньги.

— Папа, что ты делаешь?

— Ни в чем себе не отказывай, — он целует меня в лоб. Мама передает мне покупки. Мы обнимаемся.

— Береги себя. Чаще звони.

— Хорошо. Осторожнее на дороге.

Мама посылает мне воздушный поцелуй. Я машу им вслед. Они скрываются за поворотом, я обвожу глазами улицу, и поднимаюсь в квартиру. Девочек дома нет. Я разбираю покупки, усаживаюсь на кровать и звоню Эмили.

Она завела общение с новым парнем и теперь мне все реже звонит и пишет. Но нам хватает общения в университете. Она все чаще заикается, что пойдет работать. К сожалению, она так и не взяла. От скуки я захожу в анонимное приложение и завожу общение с непонятным arce99. Он тут же представляется Валентином, ему двадцать четыре года и он журналист. Речь его очень грамотная, он пишет быстро, я не успеваю отвечать. Он засыпает меня вопросами. Я переписываюсь с ним, пока не разрежается телефон. Уже выходя, я вдруг замечаю сообщение от Раинера. Всего одно слово:

Привет.

Это все что он может сказать? Экран на телефоне тухнет и я с облегчением выдыхаю, включаю его на зарядку и ложусь спать. Но мысли в голове так и вертятся. Зачем он написал? Хочет все вернуть? Снова извиниться? Завтра понедельник тяжелый день. Что надеть? Думаю новое платье. Ох, шуба, как я о ней мечтала, и сапожки. Девчонки обзавидуются. А черт с ним. Пусть пишет, хоть запишется. Не буду отвечать. Который час? Кажется уже полночь. Спать пора, давай Софи закрывай глаза и баички. О чем он думает? За кого он меня принимает? Думает, я такая дура, а он такой крутой. Его совесть мучает. Точно. Наверное, не может вынести мысли, что я его почти послала. А на что он надеялся? Что я закрою глаза на ложь, прыгну в его объятия и отдамся в первый же день? Если он так думает, то он просто дурак. Так! Пора спать! А Валентин интересный парень, хотя по его описанию внешность у него так себе. При метр восьмидесяти у него большой вес. Говорит, спортом занимается. Сомневаюсь. Черт, сколько уже время? Он мне еще что-нибудь писал? Да нет, нет. Спать надо. Ничего не буду отвечать. Пусть пишет. Пусть, пусть. Пусть видит, что я ничего ему не пишу и злится. А-а-ах. Я сегодня усну?! Чертовщина, кушать захотелось. А зуб он мне хорошо запломбировал. Твою мать.

Отбрасываю одеяло, сую ноги в тапочки и шуршу на кухню. Последнее время на меня жор напал. Думаю от нервов. Я делаю бутерброд с печеночным паштетом. На кухню заходит Ивет.

— Чего ты тут в темноте шуршишь как мышь?

— Я думала, вы спите…

— Ужинать надо было нормально.

— Да, вот же. Который час?

— Половина первого.

Ивет пьет воду и уходит. Я съедаю бутерброд и возвращаюсь в кровать. Замерзла, кутаюсь в одеяло, и закрываю глаза.

Рано утром меня будит Жаклин.

— Просыпайся соня, иначе опоздаешь.

А почему так темно? Я поднимаю голову. За окном льет дождь. Вот же хрень.

Через полчаса я уже еду в автобусе. Он как никогда полный и едет очень медленно. Пробка на пробке. Создается впечатление, что все машины страны собрались на дорогах Парижа. Я гляжу себе под ноги. В туфлях немного прохладно. Но платье теплое, а в кожаном плаще я не боюсь промокнуть, но все же прихватила с собой зонт. Наконец, я добираюсь. Эмили, несмотря на мрачную погоду, светится как солнце. Наверное, наконец, встретила хорошего парня.

— Ты сегодня потрясно выглядишь.

— Я?

— А кто еще. Красивое платье.

— Ко мне вчера родители приезжали.

— Я вчера вечером тебе писала, но ты не ответила.

— Я еще не включила телефон. Он у меня вчера разредился. Долго общалась с неким Валентином.

— А я с Джори. Он такой смешной. Ему двадцать один, он учится в инженерном колледже Франса.

— Гм, в трех кварталах от нас.

— Да, он хочет после учебы встретиться со мной.

— Уже?

— Да, говорит, что не хочет общаться по телефону ему нужно живое общение.

— Вот и правильно.

Мы идем в аудиторию. Я умалчиваю про Раинера. Ее подначивания только вызывают у меня жалость к нему.

Из-за дождя день кажется очень длинным, бесконечным и скучным. Сегодня ничего кроме теории. Я едва не клюю носом на уроке химии. Как же он все скучно и уныло рассказывает и объясняет. Нет, это все от недосыпания. Нужно быть более внимательной к мелочам, ведь именно эта самая мелочь оказывается очень важной при сдаче среза.

Я записываю домашнюю работу. Эмили не отрывается от телефона. Я уже толкаю ее в бок. Мы выходим во двор. Сеет дождь.

— Ты пешком собралась идти? — спрашиваю подругу.

— Черт. Я думала, дождь закончится.

Я застегиваю плащ и вручаю Эмили свой зонтик.

— Завтра вернешь.

— Спасибо. Надеюсь, он окажется не таким негодяем, как Луи. Иначе я зря лишаю тебя зонта.

Мы доходим до остановки. Эмили целует меня и уходит на встречу. Я провожаю ее глазами, поправляю ремешок на сумке и выглядываю автобус. Сегодня очень холодно. После теплого помещения я начинаю быстро замерзать. Где этот чертов автобус. А что если на метро? Блин до него топать долго и как раз мимо Декарта. Ноги уже леденеют. Я хочу поднять ворот плаща, но рядом со мной тормозит красный Порш с черной крышей и серебристыми дисками. Даже в плохую погоду, она сверкает и блестит. Открывается дверь.