С Е М Я
Шрифт:
Вера повернула голову, заглядывая ему в глаза с грустной улыбкой. Привалилась устало на грудь.
– Жалко... Улетела...
– Ничего! Нам и своей хватит!..
– А я успела... отдала деньги. Антон не брал. А я сказала, что должна отдать!.. Избавиться... до двенадцати!.. Тогда он взял. Пошли?.. Подарки есть? – доверчиво заглянула ему в глаза.
Тихо подошли к крыльцу. Она выглядела усталой и рассеянной. Будто невыносимая ноша свалилась с плеч, а она не верила ещё в это, и кажется, что ещё давит и висит.
– А ты отдыхаешь завтра?
– Нет, - вздохнул он, - надо дороги чистить, но я до обеда успею, пораньше выеду... Второго отдыхаю, а выезжать скоро. В пять часов...
Зашли в домик. Оба усталые и слегка взволнованные и радостные. И радость была тихой. Скинув шубу, она подошла к нему улыбаясь, и медленно обхватив шею, повисла, тоненько пискнув.
– Есть хочешь? – спросила шёпотом.
– Нет уже...
– Тогда ложись... Хоть немного поспишь... – заглядывала снизу в глаза.
– Вера... Я тебе хотел сказать...
– Нет! Ты поспи!.. У нас ещё будет время!
Отшумел праздник, и ослабли морозы. Сделалось тепло и кружил лёгкий, крупный снежок. У всех – приятные воспоминания. Особенно про «Землю». Здорово придумали! У каждого возникли свои, особые ощущения. Всех это как-то разволновало. И часто потом в разговорах вспоминали об этом.
У Вадика с Брантом куча отгулов. Организовывать «Новый год» и проводить его, им пришлось вместе. Теперь, мысли постепенно перетекали к весне. Ещё такой далёкой, но такой желанной. А зима ещё вовсю хозяйничала и развлекалась вволю. То застынет и затихнет на несколько дней. Ясное солнце искрит снег, а ночью, полноокая луна рисует причудливые тени.
В иные дни, разгуливает ветер по полям. Несёт колючий снег вдоль земли, взбивает фонтаном, будто хочет смешать сугробы с небом, тогда уж на улицу не суйся: все тропы переметёт, всё лицо исколет. Но вот утихнет погода и снова зачирикают синицы возле домов. Тихо на улице. Спят деревья запорошенные снегом. Где-нибудь в стороне послышится треск трактора. Потом утихнет всё. Чей-то кот пробирается по комкам снега, возле расчищенной дороги. Иногда голоса перекликаются возле посёлка.
Недавно Маринка с Юрой уехали в город. Анька жалела сестру. Как она там будет, с маленьким ребёнком? Юрке работу предложили на местном телевиденье. Комнату обещали. Здесь ему не интересно. Постоянной работы нет, а там, хватит работы. Маринка пришла попрощаться. Сидели у Вадика, она улыбалась, а глаза беспокойные.
– Зря вы... – сочувствовала Аня.
– Ладно, Ань, посмотрим!.. Не понравится – вернёмся! – смеялась для вида.
– Зря... – морщила губы Анька, - у нас тут такой посёлок скоро будет! Всё по другому! Дорога в другом месте будет в Калачёво! Может, тоже, своё телевидение будет... Вот, газету хотят...
– Вот тогда и вернёмся! – улыбалась Марина.
– Как же одна-то... Здёсь мама хоть...
– Ничего, Ань, как-нибудь... Я бы конечно... Но Юрка рвётся, чего ему здесь делать?.. А домик, никуда не денется, может, на лето приеду обратно...
– Одна?
– Не знаю, Ань, посмотрим... – без улыбки смотрела Марина в окно.
Уехали таки. Анька опечалилась совсем. Андрей редко напишет письмо, а звонить перестал совсем. Что там, за служба такая? И телефон выключен всё время. Ребята успокаивали. Говорили, армия это такая штука, Аня, ничего от тебя не зависит. Он сам, наверное, больше тебя переживает. Не мучайся. Лучше пиши чаще.
Писала. Только комкала письма часто и бросала в печку. Совсем не то получалось, что хотела. Вадик брал с собой в город, ездил, что бы отвлечься от тоскливых мыслей. У подружек тоже сидеть невыносимо. Смотреть на чужое счастье и мечтать о своём? Ещё невыносимее становиться. Но хоть бы знать, что там у него?
Недавно Антон купил «КамАЗ». А «Газель» одну продал. Сразу уехали на нём и привезли пятнадцать мотоблоков. Сложили всё хозяйство в домике-гараже. Опять по деревням разговор прокатился. Мотоблоки, это только для своих. Но Антон и не думал подогревать страсти, а просто последовательно делал то, что наметил. Во что верил беззаветно. Понимал, что люди устали от перемен. И просто бояться поверить в очередные. Но понимал, а теперь и почувствовал, в чём самая большая ценность у человека. Страсти и сомнения улягутся, а душа не даст себя обмануть. Идея с моделью Земли в Новый год, это его идея. А в соседних деревнях утверждали, что видели НЛО в Новый год.
У девчонок, одни разговоры при встрече. Весной почти все ждали пополнения в своих семьях. Как соберутся вместе или встретятся на единственной дороге в Холмах, так все об одном. У кого когда. Там же и родилась идея, на образовавшимся пустыре, напротив Антонова дома, между Катиной усадьбой и домиком Санниковых, посадить небольшой парк, с аллеей посередине. Можно погулять с детьми, скамеечки поставить, павильончик крытый от дождя и чтобы каждая семья, у кого дети родятся, своё дерево посадило или не одно. Да и дети маленькие пусть потом тут гуляют под присмотром мам. Ещё много всего девчонки нафантазировали: и про цветы, и про фонтан. И название родилось сразу – «Мамина аллея». Рассказали дома. Парням задумка понравилась. Хотели попросить Кирилла всё нарисовать всё, да передумали. Пусть весной, на месте, душа сама подскажет, где, кому, и что посадить. Прикинули место, если дряхлый домик убрать, полно места будет. Уже виделась она в глазах у всех. Красотища одна!.. И в самой середине деревни. «Мамина аллея» - так хорошо звучит. И красиво и ласково.
Смеялись девчонки и часто поглядывали на новых соседей. Кудрявый Дон Жуан стал появляться в Холмах чуть ли не ежедневно. И трактор свой тут ставит. Это Рому в бригаде так прозвали. И Вера стала часто появляться «на людях». Все с ней уже, конечно, были знакомы, ещё там, на свадьбе у Бранта, но ни с кем она не общалась. Да и сейчас не напрашивалась, но и не избегала, когда кто-нибудь из девчонок заговорит на прогулке по вечерам. А гуляли с детьми часто, и так, по пути в гости встречались. Дорога зимой – была единственная.
Сегодня Аня пришла пораньше, Вадик обещал заехать и нужно было съездить в город. Людмила Борисовна рассказывала новости, что слышала от дочки, ходила степенно из кухни в комнату, стараясь насильно накормить Аньку. Заиграл телефончик у Ани, значит надо собираться. Сейчас Вадик заедет. Но вместо него в трубки услышала взволнованный, задыхающийся голос Ольги.
– Ань! Ты где?
– Здесь, у вас...
– Ань! Ты чего сидишь-то? Тебя тут Андрюшка по всей деревне бегает, ищет!
– Где?.. – задрожал у Аньки телефон в руках.