Чтение онлайн

— Но есть еще сам Миссал, — перебил его Берден.

Уэксфорд задумался. Потом потер подбородок и сказал:

— Не думаю, что в том, чем занимался Миссал во вторник, есть большая загадка. Он до чертиков ревнует свою жену, и как нам известно, не без веских оснований. Готов побиться об заклад, что он следит за каждым ее шагом, когда имеет малейшую возможность. По всей вероятности, он подозревает Кводранта, и когда она сказал ему, что собирается куда-то поехать во вторник днем, он тайком вернулся в Кингсмаркхэм, поскольку так сложились у него дела, что он смог вырваться, и проследил, как она уехала из дома. Удостоверился, что она отправилась не в Контору Кводранта, а в другую сторону, в Стовертон. Уж он-то знал, что для встречи с Кводрантом она разоденется в пух и в прах. Но он видел, как она поехала по Кингсбурк-роуд, что на ней было тоже платье, в котором она ходила все утро, и решил, что она скорее всего направилась в Помфрет за покупками, — там по вторникам магазины не закрываются, и на этом успокоился. Я уверен, что так оно и было.

— Да, похоже на то, — согласился Берден. — Вариант подходит. Сэр, а двенадцать лет назад Кводрант здесь жил?

— Да, он здесь жил всю свою жизнь. Правда, три года он учился в Кембридже, но в 1949 году он уже вернулся. И все-таки я уверен, что миссис Парсонс абсолютно не в его вкусе. Я спросил его, знал ли он ее раньше, он просто расхохотался. Ты бы слышал, как он хохотал. Я не преувеличиваю, Майк, — у меня кровь стыла в жилах.

Берден поглядел на шефа с уважением. «Да, не так-то просто его пронять. Наверно, это действительно была жутковатая сцена», — подумал он.

— Мне кажется, что другие женщины для него, как бы это выразиться, так, бабочки-однодневки, минутные увлечения. А миссис Парсонс была его любовью настоящей, любовью на всю жизнь.

— Боже! — закричал Уэксфорд. — Зачем только я велел тебе прочесть ту книжку! «Минутные увлечения», «любовь на всю жизнь»! Меня сейчас стошнит. Пожалей меня, пойди и выясни, где живет Друри, и мы с тобой туда смотаемся.

По справочнику значилось, что Друри, Дадли Дж., и Друри, Кэтлин, жили в доме номер 14 на Спарта-гроув, в Стовертоне. Берден знал эту улицу. Там стояли маленькие типовые домики довоенной постройки, смежные, для двух семей, и как раз неподалеку находился гараж Пита Миссала. Нет, он не мог представить себе Дуна на фоне подобного пейзажа. Они с Уэксфордом взяли по паре коробок с бутербродами в «Карусели» и около семи часов вечера были уже в Стовертоне.

Входная дверь дома, в котором жил Друри, была покрашена желтой краской, а над ней и по бокам, по стене дома, вились ползучие розочки, аккуратно подвязанные к решетке. В середине газона хозяин устроил из обычной пластмассовой ванны нечто наподобие маленького бассейна, и на краю его стоял маленький пластмассовый гномик с удочкой. У въезда в гараж виднелся «форд» дешевой марки, но до блеска надраенный и чистенький. С точки зрения миссис Кац, для тайных романтических путешествий он, бесспорно, был бедноват, но мог бы ослепить своим блеском неприхотливую Маргарет Парсонс.

К двери была приделана чугунная львиная голова с кольцом во рту. Уэксфорд Несколько раз стукнул кольцом по двери, но Никто не отозвался. Тогда он толкнул боковую калитку, и они вошли в сад, который находился за домом. В глубине сада располагался огород, и там человек окапывал картошку.

Уэксфорд кашлянул, и человек обернулся. Лицо его было обожжено солнцем и лоснилось от пота, а рукава рубашки были спущены и застегнуты на пуговицы, хотя стояла жара. Уэксфорд заметил, что у человека были очень светлые, выгоревшие на солнце волосы и белые кисти рук, что дало ему основание полагать, что у него нежная кожа, восприимчивая к солнечным лучам.

«Нет, — подумал Берден, — не похоже, чтобы такой человек увлекался поэзией и посылал возвышенные сонеты своей возлюбленной, и, уж конечно, вряд ли он способен покупать дорогие книги и тем более сочинять утонченные, заумные послания, выводя их изящными буквами на титульных листах книг».

— Мистер Друри? — спокойно обратился к нему Уэксфорд.

Друри удивился, увидев их, затем на лице его выразилась тревога. Возможно, неожиданное появление в саду двух явно превосходящих его по силе мужчин немного испугало его. На верхней губе у Друри блестели капельки пота, что, наверно, объяснялось тяжелой работой, за которой они его застали, не мог же он так сразу вспотеть от страха.

— Кто вы такие?

Он говорил высоким, тонким голосом, словно в момент, когда он был подростком и у него должен был поменяться голос, что-то остановило его в развитии.

— Главный инспектор Уэксфорд и инспектор Берден, сэр. Окружная полиция.

Друри обстоятельно занимался садом и огородом. Помимо тех двух квадратных метров, на которых росла картошка, всюду между клумбами с цветами почва была вскопана и взрыхлена. Он воткнул лопату в землю и вытер руки о штаны.

— Это насчет Маргарет? — спросил он.

— Может быть, нам лучше пройти в дом, мистер Друри?

Он провел их через стеклянные двери, совсем не такие красивые, как выходящие в сад двери в доме Миссалов, и все трое оказались в маленькой комнатке, уставленной мебелью послевоенного образца, практичной и дешевой.

На столе были видны следы недавней трапезы — тут кто-то пообедал в одиночку, небрежно оставив на скатерти грязные тарелки.

— Жены нет, — сказал Друри, — она сегодня утром повезла детей к морю. Чем я могу вам помочь?

Он сел на стул у обеденного стола, Другой такой же стул предложил Вердену и, как бы соблюдая протокол, указал

Уэксфорду на кресло, единственное в этой комнате.

— Почему вы задали вопрос, связан ли наш визит с Маргарет, мистер Друри?

— Я узнал ее на фотографии в газете. Такой был удар для меня. А потом я пошел на службу в нашей церкви, и там все об этом только и говорили. Мне было как-то не по себе, потому что мы с ней в этой церкви познакомились.

«Вероятно, в методистской церкви во Флэгфорде», — решил Берден. Ему вспомнилось темно-красное кирпичное здание с рифленой крышей, которое находилось в северной части зеленой деревушки.

Друри, похоже, оправился от страха и теперь в его глазах светилась грусть. Вердена поразило его сходство с Парсонсом, и не только внешнее, — он был так же, как Парсонс, сухощав и невысок ростом, — но и то, как он выражал свои мысли: скупо, немногословно, страдая той же бедностью речи. Весь он был серенький, неприметный, под стать невыразительной своей речи. Трудно было себе представить человека, по внешности и поведению столь резко отличавшегося от Дугласа Кводранта.

— Расскажите мне о ваших взаимоотношениях с Маргарет Годфри, — попросил Уэксфорд. Друри изумленно на него посмотрел.