Шрифт:
С Валентиновым днём поздравляют своих читателей
Ирина Крицкая, Диана Машкова, Лилит Мазикина, Елена Нестерина, Александра Милованцева, Елена Вернер, Татьяна Луганцева, Ганна Шевченко, Алиса Лунина, Марина Туровская, Елена Усачёва, Маргарита Южина, Ариадна Борисова и Екатерина Неволина
Ирина Крицкая
Сюрприз от Валентина
В нашем городе никто не любит День святого Валентина. Потому что февраль, мороз, короткий световой день, счета за отопление, на дорогах пробки из-за снежных, обратите внимание, заносов… Может быть, в Европе это нормально – начинать любовные игрища в феврале… Им хорошо, у них там климат мягче, а у нас в феврале глубокая зимняя спячка, и лично меня по такой холодине на романтику не тянет. Весь февраль я сплю. И ем. Сплю и ем, в феврале мне всегда хочется сладенького.
Вечером я наливаю себе никакого, к вашему сведению, не коньячка, а наливаю я себе стакан молока, тёплого, добавляю туда ложку мёда, похрумкаю печенюшками – и спать, до весны. Я вышла замуж, чтобы вам было понятнее, восемнадцать лет назад. С чего бы вдруг я стала веселиться и отмечать всемирный день любви?
К тому же!.. К тому же никто в нашем городе толком не знает, кто такой святой Валентин. Слышали, что жил в Риме, что тайно венчал… Но сомневаемся. История, если присмотреться, подозрительная. Кого, когда и где он венчал? Легионеров императора Клавдия в третьем веке после Рождества Христова? Представьте сейчас нашу десантуру и подумайте, с чего бы вдруг молодым солдатам захотелось венчаться? [1]
1
Согласно средневековым легендам Европы, римский император Клавдий II запретил своим солдатам жениться, чтобы они не отвлекались от службы. Монах Валентин тайно венчал желающих и за это был приговорён к смерти.
И наш священник, отец Василий, тоже не любит День святого Валентина. Он так и говорит:
– Не знаю никакого Валентина. У нас свои святые, Пётр и Феврония.
Сегодня отец Василий снова был не в духе. В наш ювелирный магазин, который находится как раз напротив храма, привезли волшебные амулеты, которые вроде бы приносят счастье в любви, и именно в честь Дня святого Валентина в этой лавочке устроили выставку-продажу. Наши незамужние клуши накупили этих безделушек и тут же побежали в церковь освятить. И вы представьте, как должен чувствовать себя православный священник, когда ему приносят приворотные амулеты и просят: «Окропите, батюшка»?
Конечно, наш отец Василий сразу рассердился.
– Никудышный я поп! – сказал он. – Уйду! И нечего мне делать в храме! Зачем я служил тридцать лет? Зачем мы с матушкой вставали в пять утра? Да шли на службу, аж за десять километров? Когда ищь никакого храма у нас тут не было? Да с детьми шли! Да пешими! Зачем я строил этот храм? Пятнадцать лет я его строил! Только полы мозаикой покрыли – и вот спасибо! Пришли они ко мне… Язычницы!
Девицы безделушки попрятали, извинились:
– Ой, батюшка! Мы чтой-то не подумали.
– Вот идитя, – нахмурил брови отец Василий, – и подумайте. Нужон он вам, этот Валентин, или не нужон!
И так каждый раз, с тех пор как пошла эта новая мода – венчаться в День святого Валентина. Если праздник выпадает на воскресенье, в храме собираются по десять, а то и по двенадцать пар. Обряд, и без того нелёгкий, затягивается, все устают – и жених, и невеста, и гости… Отец Василий пытается уговорить желающих перенести венчание на другую дату. Но наши настырные тётки рвутся к алтарю именно четырнадцатого.
– Ох, батюшка, куда ж переносить-то? У нас невеста на пятом месяце…
– А где ж вы раньше были? – возмущается отец Василий.
Но что теперь возмущаться…
Знавала я одну парочку, эти красавцы тоже венчались на четырнадцатое. Платье, машина, фрак жениха, торт и собачка – всё у них было в красных сердечках. Развелись через год, маскарадные костюмы продали, пришли ко мне, просили, чтобы я приютила бедного бультерьерчика…
И для меня этот праздник тоже – сплошная нервотрёпка. Весь день приходится отслеживать входящие сообщения. Мало ли… Вдруг обо мне кто-то вспомнит некстати, пришлёт валентинку… А муж у меня деспот.
Между прочим, сегодня утром он намекнул, что жаждет крови. И началось всё как обычно, на ровном месте. Он попивает кофеёк, я залезаю на беговую дорожку, хотя бежать мне совершенно не хочется, я бы ещё с удовольствием повалялась… Но я же вам сказала, муж – деспот, каждое утро, даже в выходной, даже в феврале, он вытаскивает меня из постели и заставляет бегать.
Я начала трусцой. Он уплетал яичко всмятку, а по радио как раз поинтересовались: «Вы уже написали валентинку своему любимому человеку?»
И тут мой муж ехидно усмехнулся:
– Ну вот… Сейчас только выйду за порог, и полетят телеграммы!
– И что уж в этом страшного? – заметила я на бегу. – Подумаешь, валентинка! Какая мелочь…
Муж-деспот начал чистить третье яйцо и объяснил:
– Ничего страшного в этом нет. Давайте! Веселитесь! Переходите в католичество! Только учтите, что с вами может случиться неприятная история.
– Какая? – спросила я.
На восемнадцатом году совместной жизни мне всё ещё любопытны его истории.
– А вот такая! – Он добавил сливки в кофеёк и тут же сочинил: – Получила баба валентинку – и понеслось! Измены мужу, отвязные пьянки, неожиданные поездки по святым местам, дети брошены, рубашки не глажены, носков не найдёшь… Но морда у неё счастливая. И тут вдруг раз, приходит эта баба домой, а на столе у нее – гроб!
Я решила ускориться до десяти километров в час.
– Откуда гроб? – выкрикиваю.
– А ниоткуда! – Муж вдарил ложкой по скорлупе. – Супруг пошутил. Купил ей гроб к Восьмому марта.
В это время моя дорожка странно засвистела, датчики погасли и лента резко остановилась. Тренажёр отдал концы, что, в общем, и понятно – лет пять, а то и больше беговая дорожка была нашей любимой сексуальной игрушкой. Но я не сильно горевала, покупку нового тренажёра решила отложить до весны и ещё подумала: «Ничего страшного не случится, если сегодня я слопаю маленький сливочный тортик!»
Так что четырнадцатого февраля я, как обычно, поехала в магазин, чтобы купить себе сладенького. А в магазине, разумеется, уже подготовились. Шоколадные сердечки, бантики, амурчики и прочая мишура… Я кинула в корзинку десяток маленьких шоколадок с ангелочками, не для себя – для сына.