Чтение онлайн

— Спорим, ты так разговариваешь со всеми девушками, — прошептала она. — Между прочим, прошлой ночью ты говорил, что мои волосы напоминают тебе закат, а не рассвет.

Смущение на лице Томаса порадовало ее. Именно таким она хотела бы его запомнить.

— В таком случае извини, — ответил он. — Я не очень романтичен, как ты успела заметить. Не знаю, что с тобой делать, София. Ты притягиваешь меня, я пытаюсь сдерживаться, но не получается.

— В этом нет ничего плохого.

Неужели это не сон? Единственный шанс до отлета. Только не останавливаться! Луна освещала его лицо. Сердце девушки начало бешено колотиться, во рту пересохло. Поцелует ли он ее?

— Что мне делать с тобой? — повторил Томас с тем самым легким испанским акцентом, который сводил ее с ума.

— Не знаю. Но решай как можно скорее. Уж будь любезен!

Второе приглашение не потребовалось. Легкий ветерок пробежал по листьям дерева омбу. Томас прильнул к ее губам, пытаясь распробовать их на вкус, насладиться ими. У Софии перехватило дыхание. Его губы были прекрасны, впрочем как и все сегодня — вино, альфайорес и даже мате. Нежно и страстно Томас прижал ее к себе. Она чувствовала себя в полной безопасности, более уверенной и невероятно женственной. София положила руки ему на плечи и поцеловала в ответ. Томас застонал, схватил ее и приподнял, словно пушинку. Не спуская с девушки глаз, он опустил ее на теплую траву под деревом. Она полностью растворилась в нем. Прошлое осталось далеко позади. Его руки соскользнули на ее талию, и Софию охватило дикое желание. Она прильнула к Томасу.

Неожиданно София услышала, как распахнулась дверь дома. Она вскочила. Пора уходить. Не стоит усложнять ситуацию. К тому же это ничего не изменило бы. Остается принять все как есть.

— Я завтра уезжаю, — сказала София довольно резко.

— Завтра? — повторил Томас и попытался обнять ее.

— Не надо, — взмолилась она. Стоит ему до нее дотронуться, она тут же передумает. — Я так не могу, Томас. Теперь меня тут ничто не держит. Даже оплаченный отдых. Что мы с тобой делаем? Флиртуем? Обманываем себя? Я планирую завтра утром расплатиться с Марией и вернуться в Буэнос-Айрес. До отъезда я хочу полюбоваться водопадом Игуасу. А для этого мне непременно нужно уехать завтра.

— Игуасу всего в паре часов езды от нас.

— Я воспользуюсь экскурсионным автобусом или же возьму машину напрокат. В конце концов, можно добраться при помощи карты.

София с радостью осознала, что она уже не та беззащитная напуганная девочка, которая приехала несколько дней назад на ранчо.

— София, это глупо.

— Ни капельки, — возразила она, стараясь не смотреть на его растрепанные волосы и темные глаза.

Он, наверное, даже не предполагает, как ей тяжело отказывать ему. Но разве у нее есть выбор? Она не была своей на ранчо. Ей просто нравилось так думать. Здесь очень мило, но это не ее дом. Софии Холлингсворт еще предстоит найти свой дом.

— Ты мне небезразлична, — с горечью произнес Томас. — Я уже давно не испытывал ничего подобного. Но это пройдет. Ты все равно рано или поздно уедешь.

Сердце Софии заныло. Она поняла, что это конец. Томас прав. Но почему же ей так больно?

— Я не готова к тому, чтобы это закончилось, — неожиданно заявила она. — Ты говоришь мудрые вещи, но я не знаю, как мне реагировать, что предпринять. Мы совершенно разные, Томас. И у нас мало времени.

— Так давай насладимся моментом.

— Я не могу. Я всегда все планирую заранее. Взвешиваю за и против.

— И что это тебе дает?

— Честно говоря, ничего… Томас, отвези меня завтра в Буэнос-Айрес и отпусти.

— София…

— Если не ты, то Карлос обязательно согласится.

Томас кивнул. Он протянул девушке руку, и они уселись на выступающий из земли корень. София положила руку на колено Томаса, пытаясь хоть немного унять дрожь.

— Раз уж ты решила уехать… — начал он, — я купил для тебя кое-что в городе. Я все никак не мог найти подходящее время, чтобы подарить тебе это. Но, по всей видимости, сегодня — последняя возможность.

София раскрыла рот от изумления. Вот это неожиданность!

— Подарок? Мне?

— Помнишь, в ювелирной лавке тебе понравилось серебряное украшение? Я купил его для тебя.

София очень обрадовалась, но ей было грустно от мысли, что это их последняя ночь. Казалось, поездка в город состоялась давно, хотя это было всего пару дней назад. Он уже тогда думал о ней? Даже до поцелуя?

— Тебе не стоило этого делать, — смутилась она.

— Я очень хотел. Пожалуйста, прими это в память о поездке. — Томас протянул ей маленькую коробочку. — Открой.

София взяла коробочку и подняла крышку. Ее поразила красота лежавшего в ней кулона.

— О, Томас!

— Он подходит к твоим аметистовым серьгам.

Девушка аккуратно достала кулон из коробочки. Он был выполнен в форме листа дерева омбу. В середину был вставлен аметист.

— Он просто великолепен. У меня нет слов.

— Ничего не говори. Когда вернешься в Канаду, кулон будет напоминать тебе об отпуске.

Губы Софии задрожали. Она гладила кулон. Теперь у нее есть вещь, которая будет напоминать о Томасе. Он научил ее быть самой собой, любить и уважать себя. Это гораздо ценнее всего серебра мира.

Мысль об этом была одновременно радостна и печальна, так как София не могла не помнить о близости расставания. Она протянула кулон Томасу:

— Помоги мне застегнуть цепочку, пожалуйста.

— Конечно.

Она чувствовала его близость и холод серебра на своей груди. Томас заправил непослушный локон ей за ухо, и это мимолетное прикосновение взволновало Софию. Он защелкнул замок и коснулся ее затылка.

— Не уезжай, — прошептал Томас. — Останься до конца недели.

Она была готова тут же согласиться, а это тревожный знак.

— Я не могу, Томас.

Он не любит ее. Задержавшись на ранчо, она будет страдать еще сильнее.

Утром Томас зашел в кухню. Он постоял немного в дверях, прислушиваясь к разговору Карлоса и Марии. Он собирался встать пораньше и поговорить с Софией о ее планах, однако заснул очень поздно, раздумывая об их разговоре под деревом омбу. Может, София права? Может быть, он на самом деле скрывается от мира, бежит от себя? Его родные в Буэнос-Айресе, семейный бизнес… С этим было покончено, и Томас не собирался дважды входить в одну и ту же реку. Но почему он упорно не желал рассказывать об этом Софии?