Чтение онлайн

Вскоре зал стал наполняться зрителями: в основном молодежью, рабочей, мелкобуржуазной и деклассированной. Явились и девицы из названного Жакеттой «заведения»: безвкусно накрашенные и дурно одетые, они прошествовали цепочкой со своей «мамашей» во главе и заняли места в одном из первых рядов.

— Эй, девчонки, гостей принимаете? — крикнули сзади.

— Приходите завтра, мальчики, мы нынче выходные, в профсоюзе состоим! — гордо ответила мадам, не обращая внимания на насмешки.

— Сегодня вместо них — Зизи Мартен! — схохмил белокурый парнишка в соломенной шляпе.

— Что?! — С места вкочила девушка в грязном свитере и с густо подведенными глазами в стиле «вамп». — Да как ты смеешь оскорблять меня, червяк?! Признайся всем, что я тебя бросила! Я пошла с Шарло, а не с тобой, вот ты и злишься! Посмотрите-ка на него, каков выискался!

— На себя погляди! — отозвалась с другого конца зала пышная особа средних лет. — Уж молчала бы, шалава! Про твои прогулки все наслышаны!

— Язык попридержи! — разозлилась Зизи Мартен. — Я, в отличие от некоторых, не строю шашни со свекром!

— Потому что у тебя его никогда не было и не будет! — ответила, не моргнув глазом, оппонентка. Из-за пианино вскочил тапер.

— Это правда?! — истошно заорал он, обращаясь к пышной особе. — Это правда, Софи?! Правда то, что я только что услышал?!

— Что за шум? Раскричались… Поспать не дадут… Сволочи! Негодяи! Чтобы вам всем провалиться! — зарычал из-под скамейки Арно.

— Прошу внимания! — объявил появшийся перед экраном человек с пачкой листовок. — Минуточку внимания, товарищи! Все вы, наверное, знаете о жестокой захватнической войне, развязанной фашистским диктатором Шпицрутеном против молодых республик Шпляндии и Фратрии! Всем вам известно о братоубийственной бойне в Котвасице! Все вы слышали о бесстыдной аннексии вячеславских земель! Шармантийское правительство трусливо потворствует распускающей свои щупальцы фашистской гидре! Кто может остановить грабежи и убийства? Кто может защитить мир от надвигающейся катастрофы? Кто должен схватить за руку зарвавшегося брюннского шакала? Есть такая партия, товарищи! Вступайте в…

— Пошел вон! — вскричал Арно, высунувшись из-под лавки.

— Пошел вон!!! — хором заорали зрители. — Кому ты нужен со своей чертовой болтовней?!

— Дай хоть здесь отдохнуть! — заворчали «девочки» из «заведения».

— Убирайся с глаз долой, безбожник! — взвизгнула какая-то старушонка.

Тапер и еще один тип, выбежавший из подсобки, схватили пропагандиста, пытавшегося раскидать свои листовки, и выволокли из зала.

Наконец погас свет. Жакетта нежно прижалась к Красленову плечу. Кинопроэктор застрекотал, на экране появились белые закорючки…

— А я не буду играть! — раздался в темноте голос тапера. — Я отказываюсь играть до тех пор, пока Софи мне все не объяснит!

Белые закорючки исчезли, кинопроектор замолк, снова включился свет. Зал засвистел, завозмущался.

— Играй уже, дома разберешься! — кричали зрители.

— Играй, собака, иначе я тебе шею сверну! — заплетающимся языком проговорил обитатель Торговой улицы и грохнулся обратно под лавку.

— Я верна тебе, пупсик! — вскричала Софи. — Клянусь Богом!

Вышел хозяин кинотеатра и начал ругаться с тапером. Зизи Мартен продолжила перепалку с бывшим поклонником в канотье. Те, кто не болел ни за него, ни за нее, принялись задирать девиц из «заведения».

«Кажется, совершить революцию в этой стране будет труднее, чем где бы то ни было, — удрученно подумал Кирпичников. — Шармантийский обыватель — главное препятствие на пути построения коммунизма. Так, пожалуй, и назову свою статью об этом. „Красные зори“, наверное, напечатают».

Наконец тапер с Софи пошли решать свои проблемы, хозяин театра более-менее успокоился, свет снова погас и пустили кинохронику.

Сначала, естественно, шли новости первостепенной важности: замужество какой-то киноактрисы, хождение акробата по канату, натянутому между небоскребами, слон в зоопарке, игра в теннис на крыльях аэроплана… Затем долго демонстрировали нового премьера и его рукопожатия с каждым членом кабинета. Мельком показали бастующих горняков и почтальонов. Наконец дошла очередь и до событий в мире. Кадры бегущих солдат на фоне вздымающихся столбов пыли и летящих во все стороны шматков земли вперемешку с осколками сопровождались текстом о том, что «в Шпляндии и Фратрии продолжается вооруженный конфликт». Вслед за этим появилась довольная, откормленная и здорово отретушированная физиономия брюннского канцлера. Несмотря на щегольской черный фрак и розу в петлице, вид у него был, как обычно, слегка придурковатый, вернее сказать, безумный: лихорадочно блестящие глаза, налипшая на лоб редкая челка, измятый, словно его жевали, галстук. «Премьер-министр Брюнеции демонстрирует способности к предвидению», — последовал текст на экране.

«Что-о-о???» — изумился про себя Кирпичников.

«Вся страна в восторге от того, как господин Шпицрутен верно предсказал динамику курсов акций и развитие событий в Маняне. Его считают настоящим пророком!»

«То ли я рехнулся, то ли он», — подумал пролетарий. Не успел он сообразить, кто же все-таки лишился разума, как хроника сообщила еще более сногсшибательное известие: Гласскугель освобожден и снова приближен к Шпицрутену. На черно-белых кадрах канцлер обнимал наряженного в парадный мундир с аксельбантами похитителя ученых и позировал фотографам.

— В мире творится что-то странное! — шепнул Краслен задремавшей Жакетте. — Что-то очень подозрительное! Мне это не нравится!

— Мяу! — ответила девушка. — Мур-мур-мур!

Свет включился снова. Перед залом опять появился директор кинотеатра. Лицо у него было испуганное.

— Ну что, где тапер-то? — спросили из зала.

— Друзья… Шармантийцы… — промямлил директор. — Сограждане! Фильма не будет.

— Как «фильма не будет»?! — вскричала толпа.