Чтение онлайн

Конечно, это была тематическая коллекция, и в ней были представлены, за редким исключением, экземпляры оружия России и стран, с которыми Россия воевала. Стоимость коллекции уже тогда была несколько миллионов, а сейчас она была бы бесценна.

Когда сын бригадира, ротмистр Александр Самарин, вернулся домой на излечение после взятия Измаила в 1790 году, он привез отцу в подарок трофейную саблю, принадлежавшую ханам Гиреям. Старик ничего не знал об истории сабли, но через некоторое время саблю начал искать Платон Зубов, фаворит Екатерины II. Об этой сабле справлялся сам султан, и Зубов узнает о ней от французского посланника.

Оказалось, что сабля является знаменитой реликвией Чингизидов. По распоряжению отца фаворита, обер-прокурора Зубова, производится следствие, где выясняется, что сабля находится у Самариных, и Платон присылает к бригадиру своего придворного, генерала Левашова. Левашов хорошо знает Самарина, они бывшие однополчане по лейб-кирасирскому полку. Он убеждает бригадира отдать саблю. Да и убеждать-то особенно не понадобилось. Попасть в немилость к фавориту тогда было смерти подобно. Тем более что старик находился в немилости еще у Орловых, когда, будучи секунд-майором лейб-кирасирского полка, вместе с шефом полка Измайловым отказался вывести кирасиров из казарм и поддержать путч Екатерины против Петра III.

Но в последнюю минуту страсть коллекционера берет верх над благоразумием. Самарин понимает, какое сокровище оказалось у него в руках, и вместо ханской сабли выносит генералу жемчужину своей коллекции, саблю знатного турецкого сераскира XVI века. Такое оружие султан дарил своим главным военачальникам исключительно за выдающиеся победы в решающих битвах Османской империи. Сабля была украшена драгоценными камнями редкого размера и красоты. Таких сабель известно по описаниям всего несколько. Стоила такая сабля огромное состояние, и ни одна до наших дней не дошла. В восторге от сабли, Левашов везет ее к Зубову.

Самарина оставляют в покое. Он надежно прячет ханскую саблю, и она надолго становится семейной тайной Самариных. В конце XIX века сабля сераскира как родовая сабля Чингизидов попадает в коллекцию графов Уваровых. Под этим ошибочным именем она вошла во многие каталоги того времени. А настоящая сабля Чингизидов продолжает храниться в доме Самариных, и о ней знают только посвященные в семейную тайну люди. К сожалению, следы реликвии во время революции были утеряны, и я, как и Ройбахи, надеялся, что сведения о ее местоположении содержатся в архиве Архипа Каратаева. И, как вы видите, он действительно составил подробную карту тайника, но тот оказался пуст.

– А как выглядела эта сабля?

– О, она была сделана без особых украшений. На клинке и на рукояти – тамга дома Бату, несимметричный двузубец. Клинок из дамасской стали, рукоять серебряная. Но в торце рукояти вделан алмаз уникальной величины и чистоты. Об этом камне писали еще генуэзские хроники. Камень сам стоит бешеных денег, а вместе с саблей его цена увеличивается минимум в несколько раз.

– А почему вы начали искать архив только сейчас?

– В конце апреля я получил информацию от своего артдилера в Берне, что аукцион «Сотбис» принял для торгов лот из России под названием «Сабля Чингизидов». Через несколько дней поступила информация, что владельцы лота хотели бы его продать до аукциона. Цена была более чем приемлемой, и я дал знать, что заинтересован в покупке. Но при этом не знал, какая сабля находится в «Сотбис». Настоящая сабля Самариных или сабля сераскира Уваровых. Когда я приехал в Париж и увидел саблю, я понял, что она из коллекции Уваровых. О чем и сообщил эксперту фирмы «Сотбис» Извольскому. Владелец сабли, по-видимому, знал о зубовской истории, потому что он меня несколько раз переспросил, уверен ли я, что сабля зубовская.

После этого случая мы с бароном и решили активизировать свои поиски, так как опасались, что разочарованные владельцы зубовской сабли, которым, судя по всему, что-то было известно, начнут свои поиски. Они произвели на нас впечатление людей, связанных с мафией, и мы решили начать действовать. Я изложил свой план барону, однако Ройбах под влиянием Эмилии не счел необходимым согласовывать свои действия со мной. За что и поплатился.

– Так значит, когда вы говорили о зубовской сабле, вы имели в виду Платона Зубова, фаворита Екатерины? – уточнил Розум.

– Ну да, а кого же еще? И для владельца сабли это не было сюрпризом. Он меня несколько раз переспросил, действительно ли сабля зубовская.

Розум мысленно представил себе, что испытал Корень, когда узнал, что сабля зубовская, и усмехнулся:

– Он, Владимир Георгиевич, имел в виду Зуба, Зубовских Эдуарда Иннокентьевича, известного в России эксперта-антиквара.

– Постойте, именно о нем меня спрашивал вчера следователь!

– Потому что его убили в начале мая.

– И вы думаете, что причиной было данное недоразумение? О боже, какой ужас! Я хотя и неумышленно, но стал причиной гибели этого человека?

– Не стоит переживать, граф, вы ни в чем не виноваты.

– Может быть, нужно позаботиться о его семье? Я готов.

– Ну, о его семье есть кому позаботиться, Владимир Георгиевич. Я думаю, они в вашей помощи не нуждаются. Сейчас нам надо подумать о вашей безопасности. Насколько я понимаю, ставки в игре гораздо выше, чем мы предполагали. Речь идет об очень больших деньгах.

– Колоссальных деньгах, – подтвердил Панин. – Если сабля не погибла, на сегодняшний день она один из самых дорогих предметов антиквариата в мире.

– Это меняет дело. Те, кто охотится за саблей, ни перед чем не остановятся. И главным их объектом становитесь вы. Они убеждены, что вы знаете, где ее найти, или уже нашли. И наверняка попытаются не выпустить вас из России, чтобы с вашей помощью выйти на саблю.

– Но что же делать?

– Для начала мы организуем вам круглосуточную охрану. До самого вашего отъезда. Это в дополнение к охране из «Ратника». Вообще я бы предпочел, чтобы вы сегодня ночевали у нас.

– Нет, Алексей, исключено. Я возвращаюсь к себе в отель.

– Тогда вы не должны никуда выходить из отеля, и в вашем номере все время будет находиться наш сотрудник.

– Ну, это мне нетрудно, я старый домосед. Я хочу попросить вас об одном одолжении, Алексей. Обещайте мне, что, если найдете саблю, обязательно известите меня.

– Обещаю, Владимир Георгиевич. Обязательно дам вам знать.

– Спасибо. А сейчас, уж извините старика, разрешите откланяться. Устал я за эти два дня. Отвык по гостям ходить.

Через час после ухода Панина на мобильник Розума позвонили.