Чтение онлайн

У меня перехватило дыхание. Я никогда не видела ничего подобного.

Голубизна и золото раннего утра. Парфенон, безмятежный и величественный, возвышающийся над крышами Афин, превратился в маленькую точку, на горизонте показались островки, разбросанные по зеркальной поверхности золотисто-голубого моря.

Я посмотрела на Ники. Он зачарованно смотрел по сторонам. Его бледное личико превратилось от удивления в одно большое «О».

Он был слишком взрослый для своего возраста, не по годам серьезный. Может быть, в этом была моя вина? Наверное, на меня давила внезапно навалившаяся ответственность, я была слишком занята и замучена. Вся жизнь расписана по минутам: утром в детский сад, потом в офис, где я работала секретарем у адвоката на Хоуп-стрит. Мистер Харгрэвис хорошо платил, но неохотно давал выходные, в которых я так нуждалась. Вечером — забрать Ники, сделать покупки, приготовить еду, постирать; сходить к зубному врачу, в парикмахерскую. Мне не хотелось злоупотреблять добротой миссис Бейтс. Она была настолько любезна, что часто брала Ники к себе, в подвал убогого старого дома, квартиры в котором она сдавала начинающим бизнесменам, нуждающимся молодым парам и студентам-медикам.

Как говорил Фрэнсис Бэкон, судьба держит в заложниках наших близких. Ники был в плену у моей судьбы. Я старалась дать ему любовь и безопасность. Но я не могла создать атмосферу счастья, оптимизма, надежды на лучшее. После смерти Алексиса я была неспособна на это, я постоянно чего-то опасалась.

Чувство одиночества заставляет людей бояться. Когда я встретила Алексиса, я была одинока, в начале того года умерла моя мать. В шесть лет я осталась без отца. У нас было мало родственников — несколько кузин в Канаде, тетя и дядя в Шотландии, к которым я ездила в гости и жила какое-то время. Но дядя Дональд, министр в отставке, был старым, а тетя привыкла жить так, как ей этого хотелось. Я чувствовала, что они терпели меня в доме из чувства долга и не испытывали привязанности, поэтому я поблагодарила их за доброту и вернулась в Англию.

Мне было восемнадцать, и я впервые пошла работать. И тут появился Алексис. Он играл на бузуке в группе, которая называлась «Континентальс». Кто-то нас познакомил. Это была любовь с первого взгляда.

Одинокие люди любят особенно сильно. Алексис тоже был одинок. Он был очень подавлен из-за ссоры с отцом, но все равно был готов бороться до конца и завоевать себе имя в музыке. Днем он работал официантом, только такую работу ему удалось найти. А по вечерам играл в группе, в клубе. Он жил музыкой, и у него были большие планы. Он мечтал о том, как напишет прекрасные песни, которые будут петь и играть во всем мире.

Через шесть месяцев мы поженились, твердо веря в то, что двое людей могут прожить так же бедно, как и один. Мы сняли квартирку на чердаке у миссис Бейтс и были счастливы, как два маленьких ребенка, которые попали в сказочный лес.

У Алексиса было немного денег — наследство матери. Я ушла с работы только за два месяца до рождения Ники, и мы как-то сводили концы с концами. Алексиса все чаще и чаще стали приглашать выступать, он становился известным, и мы продержались еще год.

— Я поеду к отцу и докажу ему, — хвастался он. — Я докажу ему, что деньги и власть — это еще не все, что радость и награду можно получить от творчества, когда чувствуешь, что отдаешь людям частичку себя.

Должно быть, в его речах звучал слишком большой пафос, но я верила в его слова и в то, что он был талантлив.

Однажды поздним ноябрьским вечером, когда Ники был год, мы с Алексисом возвращались из клуба на машине наших друзей. Густой туман, гололед. На крутом повороте машина влетела в грузовик. Никто не был виноват: обвинение не предъявили ни водителю грузовика, ни другу Алексиса, который сломал ногу. Я получила сотрясение мозга.

Алексис погиб.

Я не могла не думать об этом, о зиме, которая с тех пор так и тянулась.

Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, я посмотрела на Майка. Он сидел передо мной на месте пилота, его огромные руки спокойно лежали на пульте управления. Он почувствовал мой взгляд и обернулся:

— Ну как, нравится вид?

Я кивнула в ответ:

— Потрясающий! Так мало островов и так много воды!

— Вы знаете, как здесь говорят: Греция — это море. Люди живут на побережье и плавают по воде. Это их жизнь. Горы затрудняют общение, и зимой островитяне впадают в спячку. А летом они выходят в море, рыбачат, торгуют, навещают друг друга. — Он махнул рукой куда-то вниз, к земле. — Даже на материке иногда проще передвигаться по воде. Горы тянутся от Балкан, проходят через Коринф и Пелопоннес и, наконец, уходят в море, возвышаясь повсюду пиками островов. Если бы вы увидели всю картину сразу, то четко проследили бы их расположение.

— А Меленус?

— Он принадлежит к группе островов Северные Спорады. Меленус — один из самых красивых островов, на нем роскошная растительность.

— Алексис не раз говорил мне об этом.

— Алексис… — Он замолчал. — Я помню его, но не очень хорошо. Я в первый раз приехал на Меленус, когда еще учился в школе. Алексис был немного младше меня, ему было около двенадцати лет. А вернулся я на остров пять лет назад, в то время Алексис уже жил в Англии. Василис очень переживал. Никто не имел права упоминать имя его сына. — Он покачал головой. — Я не виню Алексиса за то, что он хотел порвать с отцом, тот не может не управлять другими. Я думаю, поэтому Пол и оставался так долго в Штатах, управляя филиалом в Сан-Франциско.

— Сейчас он живет на Меленусе?

— Да, он вернулся в прошлом году, когда Василис начал работу над проектом Карноса. Мать Пола живет в Америке. Она была первой женой Василиса. У них что-то не сложилось, и они развелись. После того как Василис женился во второй раз и появился Алексис, Пол в основном оставался с матерью.

— Мать Алексиса умерла, когда он уехал в Англию?

— Она была гречанка, и очень красивая, гораздо моложе Василиса. Сейчас он остался один и не хочет отпускать Пола. Он надеется, что тот женится на Леде, обоснуется на острове и будет растить маленького Карвеллиса. Я имел в виду много маленьких Карвеллисов.

— Кто это — Леда? — спросила я.

— Воспитанница Василиса. Ее отец был партнером Карвеллиса. Когда он умер, его доля акций перешла к Леде. Василис считает, что было бы неплохо объединить интересы двух семей.

Мне стало любопытно.

— Они помолвлены?

Майк покачал головой:

— Официально нет. Но все считают, что так оно и будет.

Я не могла удержаться и спросила:

— Мне кажется, что вы знаете все и обо всех.

— У меня есть свои источники информации. Не из первых рук, но очень надежные. — Он опять взглянул на меня через плечо, его голубые глаза снова стали как две маленькие щелочки. — Смешно, но я ничего не знаю о вас. Как вас зовут?

— Стейси.

— Стейси. Мне нравится. А еще мне нравятся рыжие волосы и веснушки. — Он обезоруживающе улыбнулся, повернулся к пульту управления и добавил: — Звучит просто, но вы выглядите просто очаровательно.

Я уже давно не слышала комплиментов от мужчин и снова покраснела. К счастью, Майк этого не заметил. Я молчала, а Майк продолжал:

— У вас очень светлая кожа. Будьте осторожны на солнце. В мае погода хорошая, а позже станет очень жарко. В Афинах можно умереть от жары в июле и в августе. Нам повезло, что мы живем на острове. С конца весны до осени здесь дует северный ветер, который мы называем «мелтеми». Это очень прохладный бриз, он освежает здешний климат, несмотря на палящее солнце. Говорят, что именно он придает греческому небу такую чистоту, не сравнимую ни с чем во всем мире.