Чтение онлайн

«А я, — сказала мама, — стану садовником и тебя отыщу».

Глаза девочки вновь остекленели.

— Нет!

Наверное, пауза через определенное время автоматически отключалась. Я быстренько нашел ту часть, которая ее будила, и вырубил проигрыватель.

— Что случилось?

Я показал ей диск:

— Я поставил его, и ты очнулась. Затем снова заснула. И я опять включил…

«Идиот, заткнись сейчас же!»

Она потерла лицо руками и принялась осматривать себя, разминаться и потягиваться. В какое-то мгновение рукав белой рубашки задрался, и я увидел татуировку. Синюю бабочку. На правом предплечье. Возможно, свою роль сыграло освещение, но я готов был поклясться: татуировка такая же, как у моего отца.

Времени на размышления не было. Увидев татуировку, девочка стала повторять одну и ту же фразу, все громче и громче:

— Не дай садовнику меня найти, не дай садовнику меня найти, не дай садовнику меня найти…

Что делать, я не знал. Просто сказал ей, что все будет в порядке. Это не помогло. Она стала говорить чуть тише, но повторяла снова и снова:

— Не дай садовнику меня найти…

Неужели строчка из книжки так ее расстроила? Как бы то ни было, от ее причитаний мне стало жутко.

Неожиданно она замолчала, посмотрела на меня и произнесла:

— Мне нужно уходить.

Я попытался улыбнуться и сказать самым что ни на есть спокойным голосом:

— Сейчас придет моя мама…

— Садовник найдет меня! — В глазах появились слезы. — Прошу, помоги!

Она прижала ладони к щекам и застонала.

В это время вернулась мама.

— Что ты сделал? Как это произошло? — испуганно спросила она, прижав руку к груди.

Вообще-то я ожидал не такой реакции. Мама взяла девочку за запястье и стала считать пульс.

— Это ведь здорово, да? — спросил я. — Теперь можно позвонить ее родителям и сказать, что она очнулась.

Не отрывая взгляда от девочки, мама медленно качала головой:

— Ей не положено просыпаться. — Ее голос понизился до шепота: — Им всем не положено.

Что за нелепое представление разыгрывалось передо мной?

— Как такое могло случиться, не понимаю. — Руки у мамы задрожали, когда она заметила, что я смотрю на нее. — Надо сообщить кому-нибудь, чтобы ее увезли.

Она несла какую-то чушь…

— К родителям, ты имеешь в виду?

Наконец мама пришла в себя и отпустила руку девочки:

— Нет. Ее родители тут ни при чем. — Мамины плечи распрямились, она подняла голову и властным тоном произнесла: — Тебе пора уходить!

Я прищурил глаза:

— Мам, что с ней будет?

— Мейсон, ступай и найди Джека, повеселитесь за городом в выходные. — Она потрепала меня по щеке. — Хватит с тебя на сегодня. А мне пора за работу. — И направилась к выходу.

Взглянув на красавицу, я крикнул маме вслед:

— Куда ты? Ее нельзя здесь оставлять!

Мама остановилась:

— Пойду позову кого-нибудь. — Она вздохнула и добавила: — Когда вернусь, чтоб тебя уже не было! — И ушла.

Девочка молча меня разглядывала.

Из мобилы снова раздались аккорды «Блэк Саббат» — звонил Джек:

— Освободился пораньше. Через две минуты буду на стоянке.

— Твои две минуты всегда растягиваются на десять.

— Клянусь, только две. Выходи через ту же дверь.

Я положил диск в рюкзак:

— Мне пора. Скоро придет мама и… — Я понятия не имел, что тогда будет и чем все это обернется для этой странной, прелестной девочки.

Она встала.

Ее макушка доходила до моего подбородка, значит, росту в ней около шести футов. Спортивное тело выглядело подтянутым — она была готова бежать или сражаться.

— Нужно уходить. Чтобы меня не нашел садовник.

Неужели намерена идти со мной?

— Послушай, мне действительно очень жаль…

Не успел я договорить, как девочка развернулась и шмыгнула в открытую дверь.

— Стой!

Когда я выскочил в коридор, она уже скрылась за пожарной дверью и бежала вниз, хлопая по ступеням шлепанцами.

— Погоди! — Мой чересчур громкий крик отдавался эхом в лестничных пролетах.

Спускаясь, девочка обретала все больше уверенности. По-моему, получившие травму мозга ведут себя иначе.

Я пытался догнать ее. Она достигла запасного выхода и собралась было толкнуть дверь, но развернулась и открыла другую дверь, ведущую с лестницы на первый этаж.

Секунду спустя я тоже нырнул туда…

Мы были не одни. Человек в форме санитара крепко держал девочку за руку, она сопротивлялась. На груди у санитара висела табличка с именем Деннис. При виде моего шрама глаза у него округлились, и грубым голосом он спросил:

— Что такое?

Я опустил взгляд, пытаясь перевести дыхание и сообразить, как выкрутиться.

— Стив?

До меня дошло: на мне такая же форма, как и на нем. Возможно, удастся найти выход из положения.

Я поднял голову, улыбнулся и постучал пальцем по бейджику на груди:

— Э-э-э, да… Я — Стив.

— А я и не знал, что у нас два Стива. — Деннис снова взглянул на девочку.

— Я новенький.

Он потер подбородок и спросил:

— С какого она этажа?

Я насилу вспомнил:

— С шестого.

Деннис посмотрел на мой рюкзак.

— Я уже собирался уходить, а эта подорвалась с места и побежала… — Стараясь как следует сыграть роль санитара, я тряс головой и пересыпал речь ругательствами.

— Веришь ли, со старикашками тоже такое случается, — ухмыльнулся он, — но ловить их легче.