Чтение онлайн

Финальная часть программы совещания состояла в формировании комитетов и исследовательских групп с тем, чтобы, объединив усилия и информацию, остановить смертоносную волну и предотвратить угрозу человеческому существованию.

Сознавая, что подобная просьба тщетна, Гала Камиль все же вышла на подиум и попросила ученых ничего не сообщать средствам массовой информации, пока не будут найдены меры удержания ситуации под контролем. Особый упор она сделала на то, что всеобщая паника может только усугубить положение.

Она же и закрыла совещание сообщением о времени проведения следующей конференции, на которой предстояло обменяться свежей информацией и сообщить о прогрессе в деле разрешения проблемы. Обошлись без вежливых аплодисментов. Ученые группами собирались в проходах и необычно тихими голосами и без бурных эмоций обменивались мнениями с позиций представителей соответствующих наук.

Сэндекер устало погрузился в кресло. На лице его, морщинистом и утомленном, тем не менее проступала неизгладимая печать воли и решимости. Он чувствовал, что наконец-то вышел из тупика и ему больше не нужно убеждать не желающих слушать или просто настроенных враждебно.

– Это было впечатляющее представление, – сказала Гала Камиль.

Сэндекер привстал в кресле, когда она села рядом с ним.

– Надеюсь, это поможет делу.

Гала кивнула и улыбнулась.

– Вам удалось вдохновить лучшие умы специалистов по океану и охране окружающей среды. Уверена, они найдут решение гораздо раньше, чем ситуация выйдет из-под контроля.

– Мне удалось их проинформировать, но вряд ли вдохновить.

Она покачала головой:

– Вы не правы, адмирал. Они прониклись необходимой ответственностью. Стремление во что бы то ни стало отвратить угрозу было написано на их лицах.

– Ничего бы из этого не вышло, если бы не вы. Чтобы в полной мере понять грозящую опасность, нужна была женская интуиция.

– Все-таки странно, что для меня это очевидно, а для других почему-то выглядит абсурдом, – печально произнесла она.

– Я чувствую себя намного лучше, убедившись, что дебаты и контрдоводы себя исчерпали и мы наконец-то можем объединить наши усилия, для того чтобы покончить с этой штукой.

– Следующая проблема, которая встает перед нами, – удержать все это в секрете. Я почти не сомневаюсь, что не пройдет и сорока восьми часов, как эта история станет достоянием публики.

– Да, вторжение армии репортеров практически неотвратимо, – кивнул Сэндекер. – Ученые наверняка пропустили мимо ушей ваше предупреждение держать язык за зубами.

Гала оглядела уже опустевшую аудиторию. Дух сотрудничества проявился здесь гораздо сильнее, нежели тот, что ей доводилось наблюдать на Генеральной Ассамблее. Может быть, все-таки у этого мира, разделенного на такое количество этнических культур и языков, есть надежда?

– Что вы собираетесь делать теперь? – спросила она.

Сэндекер пожал плечами:

– Извлекать Питта и Джордино из Мали.

– Сколько уже времени прошло после того, как их арестовали на том предприятии по уничтожению отходов солнечной энергией?

– Четыре дня.

– Что-нибудь известно об их судьбе?

– Боюсь, что нет. В этой части мира наша разведка поставлена слабо, и мы понятия не имеем, куда их увезли.

– Если они попали в лапы Казима, я опасаюсь самого худшего.

Сэндекер никак не мог смириться с тем, что Питт и Джордино пропали. Он сменил тему разговора:

– Не обнаружили ли эксперты следов какой-нибудь грязной игры в связи с гибелью вашей исследовательской группы из Всемирной организации здравоохранения?

Гала с минуту молчала.

– Изучение обстоятельств катастрофы еще продолжается, – сказала она наконец, – Но предварительные сообщения говорят о том, что нет прямых доказательств версии аварии вследствие взрыва подложенной бомбы. Так что тайна пока не раскрыта.

– И в живых никого не осталось?

– Нет, доктор Хоппер и вся его группа погибли вместе с членами экипажа.

– Трудно поверить, что за всем этим не скрывается Казим.

– Он самый настоящий злодей, – согласилась Гала, и ее прекрасное лицо сразу омрачилось. – Я тоже думаю, что здесь замешан он. Доктор Хоппер, должно быть, нашел что-то связанное с этой чумой, которая охватила Мали. Что-то такое, чего Казиму очень не хочется предавать гласности.

– Будем надеяться, что у Питта и Джордино есть ответы на эти вопросы.

Гала посмотрела на Сэндекера с выражением симпатии:

– Но вы должны считаться с очень реальной возможностью того, что они уже мертвы, казнены по приказу Казима.

Усталость, казалось, свалилась с плеч Сэндекера, как сброшенное пальто, и на губах появилась улыбка.

– Я никогда не поверю в смерть Питта, пока лично не смогу убедиться в этом. Он со сверхъестественной регулярностью выкарабкивался из многочисленных смертельных ситуаций.

Гала стиснула руку Сэндекера в своих ладонях.

– Будем молиться, чтобы он сделал это еще раз.

Когда Исмаил Йерли спускался по трапу, в аэропорту Гао его уже ожидал Феликс Веренн.

– Добро пожаловать обратно в Мали, – сказал он, протягивая руку. – Я слышал, вы какое-то время находились здесь несколько лет назад.

Пожимая протянутую руку, Йерли не улыбался.

– Прошу прощения за прибытие с опозданием, но у самолета, который вы послали за мной в Париж, случились какие-то неполадки.

– Я знаю. Я собирался отправить другой, но вы уже вылетели самолетом «Эйр-Африк».

– Я так понял, что Массард ждет меня как можно скорее.

Веренн кивнул:

– О вашем назначении вас проинформировал Бордо?