Салон для робота
Шрифт:
Деш огляделся и прошел к ближайшему столику, где нашлось место. Двое широкоплечих в одинаковых кожаных куртках парней сидели друг против друга, молча посасывая мутную жидкость из стаканов. Деш взял с подноса подъехавшего робота бокал, бросил смятую купюру на поднос и щелкнул робота по голове — жест означал, что сдачи не надо.
— Вот что ребята, — обратился Деш к двум молодцам таким тоном, будто знал их давно и был с ними в дружбе. — Я ищу кое-что. Конкретно… — он понизил голос. — Сенсорный блок, — те двое не ответили, но насторожились, плечи приподнялись, головы чуть подались вперед. — Модель «Диэна»… — он назвал номер.
Один из парней едва заметно кивнул и сказал, будто обращался к своему напарнику:
— С блоками теперь паршиво.
— Сколько? — спросил Деш.
— Сто… — проурчал в ответ один, а второй смотрел на Деша не мигая. Щеки его покрылись неестественным малиновым румянцем.
Деш положил купюру на стол и придавил ладонью.
— Пошли… — парень поднялся и мотнул головой в сторону двери.
Его напарник пробормотал что-то невнятное и потянулся за новой бутылкой. Но приятель даже не взглянул на него и вновь сделал нетерпеливый знак Дешу. Они вышли на узкую холодную лестницу. Лифта не было и пришлось подниматься по каменным истертым ступеням. Наверху горела одна-единственная лампочка. Парень отыскал нужную дверь и стукнул костяшками пальцев в ободранную фанеру. Никто не отозвался. Тогда он толкнул дверь и она отворилась. Комната была забита стеллажами. На них, небрежно замотанные в полиэтилен, стояли «головы» роботов. Некоторые — разбитые, с торчащими пучками проводов и обрывками изоляции, другие — совсем новые, блестящие никелем и хромом покрытий.
Парень остановился у входа и ждал. Деш прошелся сначала вдоль одного стеллажа, потом вдоль другого… Голову «Диэны» он узнал сразу. Узнал, но… Что-то его кольнуло. Какая-то тревога, неясное подозрение. Он не мог сказать, почему, но при первом же взгляде понял, что голову, прежде чем поставить сюда, внимательно изучили… А если изучили, то, разумеется, поняли, что голова модернизирована. Безопаснее всего было бы отказаться от «Диэны». Деш дошел до стены и остановился. Сейчас он мог сказать «нет» и мог сказать «да». Он мог еще спастись, но только без «Диэны». Он сжал кулаки, понимая, что его загнали в угол. Если бы старик не трогал сенсорный блок! Что он там натворил кто знает… Но… Деш шагнул к стеллажу. «Диэну» он оставить не мог. Не мог — и все…
— Вот эта…
— Эта так эта… — с напускным безразличием пробормотал парень.
Деш перевернул голову и ухватил ее за обломок шейного шарнира левой рукой, оставив правую свободной. Парень у двери шевельнулся.
— Выйдем там, — он кивнул на узкую железную дверь в углу. — Чтоб нас не видели…
— Да, конечно… — Деш послушно шагнул между стеллажами и тут же мгновенно обернулся.
Рукой он успел сблокировать удар, а ногой ударил парня в бок. Тот прорычал от боли и осел на пол. Деш бросил голову «Диэны» и, упершись плечом в стеллаж, сдвинул его и загородил железную дверь в углу. Почти сразу же с той стороны начали ломиться.
— Откройте! Именем закона!
— У меня свой закон! — весело крикнул Деш и, подхватив голову «Диэны», бросился назад к двери в коридор. Он пнул ее ногой и отскочил в сторону. Никого… Это было похоже на игру и он увлекся, пьянея от опасности, как пьянеют от вина, забываясь. Сейчас он мог пройти по лезвию и не порезаться. Он счел себя неуязвимым. Он мчался к лестнице по коридору, весело помахивая головой «Диэны».
И тут одна из дверей приоткрылась, прямо в лицо Дешу вспыхнуло фиолетовым, ослепляя. Короткий разряд прошил тело сверху вниз. Дыхание тут же прервалось, помутилось сознание и Деш рухнул на пол, будто кто-то одним рывком выдернул из его тела стержень…
Гранд присоединил тело «Диэны» к временной базе. Теперь надлежало ждать возвращения Деша. Дважды Гранд пытался связаться с ним, но ничего не получалось. Давно наступил вечер и можно было заняться информационной подпиткой, но Гранд сидел в кабинете Деша в мягком удобном кресле и размышлял.
Он хотел разобраться и решить… Маль и Деш. Отец и сын. Маль — безобразен и ничтожен. Деш — прекрасен. Но Гранд как будто колебался и не мог выбирать… В мыслях все время появлялся сбой. В принципе, и Маль, и Деш занимались одним и тем же. Они хотели сделать из роботов людей. Они оба нарушали законы. Но почему тогда они так ненавидели друг друга… Почему?
Где-то внутри корпуса возникло противное жжение и стало расти — мозг работал с перегрузкой.
«Я долго так не выдержу, — подумал Гранд. — Роботы тоже сходят с ума…»
Внезапно прозвучал вызов и на экране телеголографа появился Маль; его жалкая комнатка, залитая желтым больным светом. Маль по-прежнему лежал на кровати, вокруг — развал, какие-то обрывки, обрезки…
— А где Артур… То есть Деш? — спросил старик испуганно.
— Не знаю, — голос Гранда сделался резким, визгливым. От перегрузки все в нем исказилось.
— Слушай, парень… — Маль беспомощно пожевал губами. — Я снова связался с салоном. Хотел аннулировать заявку на самоликвидацию.
— Заявку же не приняли…
— Все равно… Мало ли что этим скотам придет в голову… Так вот, я получил ответ… — Маль на секунду задохнулся. — Заявка принята. «А.Мальвинский будет ликвидирован сегодня. Основание — личное обращение». Ясно?.. И дальше: «Резерв указанного Мальвинского будет перечислен в фонд службы ликвидации». Но ведь у меня нет резерва! Нет! Понимаешь? Значит…
— Значит… — Гранд вскочил.
— Да, — прошептал старик. — Я — ничто. Зачем им меня ликвидировать… Торопись. Скорее…
Контакт прервался. На секунду Гранд оглох и ослеп, мозг его залило белым раскаленным светом, свет сжигал все внутри и растоплял. А когда полыхание спало, боль разлилась по всему телу, будто по каждой сенсорной точке прошлись специальными щупами.
«Ночное представление начинается…» — донеслось издалека и смолкло.
Кто это сказал? Когда? Ах да, старик-робот в салоне. Откуда тот знал? Был там? Но только если…
Гранд бросился в комнату Энн-Мари.
Девушка сидела в мягком кресле, подобрав под себя ноги и забавлялась с телеголографом, комбинируя боевик. Лишь только сюжет на экране начинал развиваться, как она все поворачивала вспять, меняла и путала, пытаясь настоять на своем, ей самой неясном решении. Фигурки толпились, мешали друг другу и застывали с Недоуменным выражением на искусственно-розовых лицах.
— Энн-Мари, мы едем…
— Куда? Опять к этому придурку?
Она даже не обернулась. Такой Гранд еще не видел ее. Лениво-расслабленная поза, капризное выражение лица. В глазах пустота.