Чтение онлайн

К несчастью, как это часто случается, счастье одних людей является несчастьем других. И счастье этой троицы приносило страдания хозяйке пансиона.

Она с ужасом ждала наступления того момента, когда Жюстен и Мина, то есть ее преподаватель и преподавательница, уедут вместе с генералом в Париж.

Генерал догадался о причинах ее огорчения и успокоил ее тем, что дал слово сразу же по прибытии во Францию подобрать с помощью Жюстена и прислать в Голландию двух лучших парижских учителей.

Однажды утром в конце завтрака им вручили письмо от Сальватора. Прочтя его, генерал нахмурил брови.

– Что с вами, отец? – воскликнули испуганно молодые люди.

– Прочтите сами, – сказал генерал и протянул им письмо Сальватора.

Они вместе прочли это коротенькое послание:

«Генерал, для того, чтобы сделать полным Ваше счастье от находки Вашей дочери, я спешу сообщить Вам о том, что господин Лоредан де Вальженез, ее похититель, был вчера в моем присутствии убит на дуэли господином де Морандом.

Я поздравляю Вас с тем, что Вам не пришлось рисковать Вашей полезной для общества жизнью для того, чтобы покончить с подобным негодяем.

Передайте мои наилучшие пожелания Вашим детям и примите, генерал, заверения в моих самых дружеских чувствах.

Конрад де Вальженез».

– И что же вас огорчило, отец? – спросила Мина.

– Что же в этом письме могло вас опечалить? – присоединился к ней Жюстен.

– То, что этого подлеца должен был наказать я, – сказал генерал. – И я сожалею о том, что кто-то другой выполнил за меня этот труд.

– Отец, – грустно произнесла Мина, – значит, вы сожалеете о том, что нашли меня, поскольку вы опечалены тем, что не смогли подвергнуться риску меня потерять.

– Милое мое дитя! – вскричал господин Лебатар де Премон, обнимая дочь, и лицо его мгновенно просветлело.

Вскоре был однозначно решен вопрос с отъездом. Он был намечен на ближайшую субботу. Утром этого дня, тепло попрощавшись с хозяйкой пансиона и всеми девушками, которые там воспитывались и которые были одновременно ее подругами и ученицами, Мина, взяв под руку отца и жениха, направилась на почтовую станцию. По пути она неоднократно оборачивалась и блестящими от слез благодарности глазами глядела на этот гостеприимный город, который, казалось, стал ее родиной, поскольку тут она нашла своего отца.

В день отъезда генерала госпожа ван Слипер получила письмо с чеком на предъявителя на три тысячи франков, по которому можно было получить деньги у известного амстердамского банкира. Этот чек предназначался вроде бы для содержания шести девушек, шести бедных розочек, три из которых должна была выбрать сама госпожа ван Слипер, а три других – бургомистр.

Вернемся же к господину Лоредану де Вальженезу, которого мы оставили лежащим со смертельной раной в груди на траве Булонского леса.

Он умер на руках своих секундантов спустя всего несколько секунд после отъезда Сальватора, господина де Моранда и обоих генералов.

До чего же трудно видеть в такие моменты, как ваш друг, которого вы сами сюда привезли веселым, живым, с презрительной усмешкой на губах, умирает на ваших руках с перекошенным от боли лицом, остывающими руками, блуждающими и потухшими глазами.

Эти чувства бывают более или менее острыми в зависимости оттого, кто умирает, и от того, кто видит, как он умирает.

Проведению было угодно, чтобы дружба, этот чистой воды алмаз, проникала в души если не абсолютно чистые – кто может похвастаться чистотой своей души? – но уж по крайней мере добрые.

Души же фривольные и порочные знают имя этого святого божества, но смеются над ним, как смеются волокиты над честными женщинами, когда им никак не удается запятнать их имя.

Поэтому не будем говорить о большом горе, которое испытывали секунданты господина де Вальженеза, которые были не друзьями, а так, знакомыми его, когда они увидели, что Сальватор не ошибся в диагнозе и что Лоредан испустил последний вздох.

Эта смерть их очень огорчила. Именно это слово и подходит для выражения их чувств. Но еще больше их, вероятно, огорчила необходимость что-то сделать с трупом. Вернуться с покойником в Париж было невозможно. Законы о дуэли в те времена были довольно строгими, и гораздо строже наказывали секундантов, чем самого оставшегося в живых участника дуэли, который считался человеком, защищавшим свою жизнь. Кроме того им предстояло на заставе для того, чтобы ввезти в город труп, выполнить ряд сложных формальностей. А кроме того, должны признаться, что дуэль несколько затянулась, а поэтому молодым людям очень хотелось есть.

Именно это, признаемся честно, и было основной причиной их огорчения.

Они приехали на место дуэли в карете Лоредана. Посему было решено, что карета с двумя слугами отвезет тело в Париж, а Камил и его приятель вернутся в город своим ходом.

Карета была подогнана. Слуги, спокойные, словно они находились на обыкновенной утренней прогулке, сидели на облучке. Камил подозвал их к себе.

Они слышали два пистолетных выстрела, видели, как уехали Сальватор, господин де Моранд и его секунданты. Но все это не навело их пока на мысль о катастрофе.

Однако же поспешим рассказать вам о волнении, которое слуги испытали при виде трупа хозяина. Лоредан был человеком грубым, своенравным, деспотичным и не пользовался любовью своих слуг. Ему служили только потому, что он четко и довольно хорошо платил. Вот и все.

Поэтому слуги ограничились тем, что удивленно вскрикнули, не выказав при этом особенного сожаления. После чего, полагая, что отдали покойному то, что должны были отдать, они помогли молодым людям положить труп в карету.

Камил приказал им ехать не спеша, поскольку ему нужно было время на то, чтобы найти наемный кабриолет и успеть подготовить Сюзанну к этой ужасной новости.