Самая темная ложь

Гидеон внимательно смотрел на женщину, спящую на небесно-голубой и мягкой, словно облако, кровати.

Его жена.

Возможно.

Иссиня-черные волосы спутались вокруг чувственного лица, а на изящные скулы легли тени от длинных ресниц. Одна ее рука покоилась на виске, на чуть согнутых пальцах в золотом свете лампы поблескивал лак цвета лазури. Ее нос имел идеальную форму и размер, подбородок был упрямым, а губы самыми соблазнительными из всех, которые он когда-либо видел – пухлые и алые.

А ее тело… о, боги. Возможно эти, словно созданные для греха, изгибы являлись причиной того, что она носила имя Скарлет. Ее бесстыдно округлые груди… тонкая талия… женственные бедра… стройные длинные ноги… всё в ней было создано для соблазна, заманивая в ловушку.

Без сомнения, она была самой незабываемой и прекрасной женщиной во всем мире. Настоящая спящая красавица. Только эта красавица вполне могла врезать ему, если бы он попытался разбудить её поцелуем.

Эта мысль заставила его ухмыльнуться, вызвав чувство истинного мужского удовлетворения.

Один взгляд, и мужчина понял, что под этой белоснежной кожей скрыты страсть и огонь. Однако большинство мужчин не знало того, что, как и Гидеон, она была одержима демоном.

Разница лишь в том, что своего я заслужил. А она нет.

Много долбаных лет тому назад, он помог своим друзьям украсть и открыть ларец Пандоры, освободив зло внутри него. Да, да. Это была ошибка. Едва ли достойная снисхождения, если бы спросили его, но боги решили иначе и в наказание каждый воин, ответственный за это, был проклят и стал носителем демона в своем теле. Поганцев вроде Смерти, Бедствия, Насилия, Болезни и им подобных.

Но демонов оказалось больше, чем воинов, и оставшихся поместили в бессмертных заключенных Тартара. Где Скарлет провела всю свою жизнь.

Гидеон был в паре с Ложью, Скарлет с Ночным Кошмаром.

Очевидно, он пострадал от демона куда сильнее. Она просто спала как мертвая и вторгалась в сны других людей. Он же не мог произнести и слова правды без мучений. Сказать симпатичной женщине, что она красива, означало пасть на колени в агонии, непохожей ни на что, взрывающейся внутри него, разрывающей все его органы, кислотой, разливающейся в его крови, отнимающей силы, подрывающей даже его желание жить.

"Ты уродина", – был он вынужден сказать вместо этого. Большинство женщин разрыдалось бы и убежало к чертям. Таким образом, да, у него был иммунитет к слезам.

Но что станет делать Скарлет? Ему было интересно. Будут ли её слезы беспокоить его?

Он протянул руку и провел кончиком пальца по линии её подбородка. Такая шелковистая, теплая кожа. Будет ли она смеяться над ним или останется равнодушной? Попробует ли она перерезать ему горло? Поверит ему? Назовет ли лжецом?

Или сбежит, как и остальные?

Мысль о том, что он обидит ее, разозлит и, в конечном счете, потеряет, не давала ему покоя.

Он убрал руку, сжал её в кулак. Возможно, я скажу ей правду. Возможно, я буду восхвалять её. Но он знал, что не станет. Совершив эту ошибку однажды, проштрафишься. Словно глупец. Сделав это дважды, подтвердишь теорию Дарвина.

Он уже сделал это однажды.

Ловцы, главные враги Гидеона, захватили его и сказали, что убили Сабина, хранителя демона Сомнения. Гидеон любил этого человека, как брата – этот парень раздавал оплеухи как никто другой – и он не справился с собой, кричал о том, как сильно ненавидит их, как он собирается убить их всех, и это было чистой правдой, каждое слово. На выполнение всех обещаний могли уйти годы, века, но это не имело значения. Незамедлительная боль стала наказанием за правду.

После этого, свернувшись на полу и корчась от боли, он стал легкой мишенью для пыток. И Ловцы пытали его. Постоянно.

После того как его избили настолько сильно, что глаза его заплыли и вылетело несколько зубов, после того как ему под ногти воткнули булавки, пытали на электрическом стуле и вырезали знак бесконечности – их знак – на спине, ему отрезали обе руки. Он тогда всерьез думал, что пришел его конец. Но вскоре очень даже живой Сабин нашел его, спас и отнес домой (после раздачи нескольких оплеух, тех самых, что упомянуты выше).

К счастью, обе его руки, в конце концов, восстановились. То, чего он ждал. Очень… терпеливо. Теперь он мог отомстить, да. Или вернуться к прежней жизни. Но когда его друзья пленили эту женщину, Скарлет, она заявила, что они муж и жена.

С этого момента его приоритеты слегка изменились.

Он не помнил её, а тем более свадьбы с ней. Её образ преследовал его все эти тысячи лет. Почти всегда он падал поверх женщины утомленный, в поту, не до конца удовлетворенный, поскольку был полон тоски о чем-то или о ком-то, он не мог дать этому имя. Таким образом, он не мог с полной уверенностью опровергнуть её претензии. Но должен был отказать ей. Чтобы доказать её неправоту.

В противном случае, ему придется жить с осознанием того, что он отказался от женщины, которую обещал защищать. Он должен будет жить с осознанием того, что он спал с другими женщинами, пока его жена страдала.

Он будет вынужден жить с осознанием того, что кто-то поимел его память.

Да, он потребовал от Скарлет объяснений, но она была упертой до мозга костей и отказалась сказать ещё что-либо. Например, как они встретились, когда встретились, любили ли они друг друга, были ли счастливы. Как они расстались.