Чтение онлайн

– Редкий зверь, – сказала продавщица. – Желаете посмотреть?

Она надела толстую перчатку, подранную и пожженную, сунула руку в террариум и ловко ухватила дракончика за бока. Тот от неожиданности заверещал. Горка песка в углу зашевелилась, и из нее высунулась еще одна драконья морда, обладатель которой был в длину не меньше ладони. Кэт перехватила серебрушку у продавщицы – умело перехватила, под передние лапы. Дракончик пыхнул огоньком, как спичка, и сверкнул хрустальными глазками.

– Ой, какой ты грозный, – пропела Кэт, близоруко вглядываясь в добычу.

Дракончик изогнулся, обвил хвостом палец и вывернулся из хватки. Подумал-подумал – и обвился вокруг пальца окончательно, пристроил хвост, расправил крылышки.

– Значит, колечко… Беру.

– Выбор славный. Из страны Амаравати привезен! И ящерке вашей скучно не будет.

Вся кровь на мгновение собралась в груди и сильно толкнулась в сердце, аж в ушах зазвенело и голова пошла кругом. Кэт схватилась за прилавок.

– Амаравати? А где это?

– Далеко-далеко, сударыня. За горами, за лесами, за пустынями, там, где солнце восходит. Зачарованная это страна и опасная. Мало кто осмеливается туда ходить, редко оттуда сокровища к нам попадают.

– А вы там бывали?

– Нет. И мало что могу поведать, – отрезала продавщица, словно заранее прекращая расспросы.

– Давайте его сюда скорее, – выдохнула Кэт и принялась отсчитывать деньги. Это успокоило ее. – А хороша ли у вас торговля, хозяюшка?

– Не жалуемся, – степенно ответила хозяйка. – К Рождеству торговля бойчее идет, чудес-то люди ждут даже в нынешние времена.

Кэт улыбнулась. Ей стало легко и хорошо и захотелось всем сделать много-много подарков.

– А вот нет ли у вас чего-нибудь такого, на подарки? – спросила она.

– Чего душа ваша изволит! – обвела рукой лавку хозяйка. – Царские дары для Святой Ночи! Берите, отдам недорого! Только условие – все раздарить без остатка!

Кэт проследила взглядом ее жест и с изумлением увидела, что лавка-то куда больше и что сокровищ тут как в пещере Али-Бабы. Собственно, они и стояли в подземелье – со сводчатым, грубо высеченным потолком, и на потолке играли светлые отблески, словно где-то волны перекатывались над ярко пламенеющим золотом.

– Так, – сказала Кэт. – Только не разбрасываться. А то ведь еще и не раздаришь…

И целенаправленно двинулась в недра сокровищницы.

Выбралась она наружу, как ни странно, всего через полчаса, хотя ей показалось, что проторчала она в лавке до ночи. А в сумке лежал пакетик с подарками – ожерелье с кулоном-адресником для кокетливой Просто-Машки, кольца для Эвриалы и ее сестрицы, саламандра на подвеске для Виктории Васильевны – пусть греет, когда еще не топят как следует, и еще немного всяких мелочей, которые она даже и не знала, кому будет дарить. Кэт шла к метро и дарила всякие безделушки кому придется, и люди, обычно такие недоверчивые и хмурые, принимали подарки и улыбались в ответ и желали всего хорошего в Новом году, и Кэт становилось все радостнее и радостнее.

В фойе метро она остановилась. Под гитару и флейту пела кругленькая кареглазая девушка в короткой шубке, и несколько человек стояли поодаль полукругом, слушали.

Кэт протерла запотевшие в тепле очки и бросила в раскрытый гитарный футляр последнюю хрустальную подвеску.

А над городом вдруг расцвела огромная зеленая звездища.

Всего лишь фейерверк. Но почти чудо.

Ощущение праздника и долгожданного подарка не покидало Игоря всю Рождественскую неделю. Теперь у него был и дом, и кот, и привычные до незаметности домашние «зеленые человечки». И – соседи! Неплохие, кстати, люди. Да что там, просто замечательные! Прежде они казались ему все на одно лицо, вроде сереньких картинок, которых и не упомнишь. Но вот ведь какая интересная штука – как выяснилось, и он им тоже казался этакой незапоминающейся тенью. И когда с утра с ним вдруг чрезвычайно вежливо поздоровался тихий алкоголик дядя Костя, Игорь от неожиданности чуть не выронил пакет с мусором.

Дядя Костя, пятидесятилетний седой битломан и печальный бывший хиппи, был ныне опрятен и держался подчеркнуто прямо, стараясь не выдать алкогольного предрождественского состояния. Говорил интеллигентнейше и о возвышенных материях, и, когда Игорь вдруг осознал, что увлеченно обсуждает Борхеса с общеизвестным пьянчугой, стоя на лестничной клетке с пакетом мусора в руке, ему стало не по себе. Такого с ним раньше не бывало. Но это было, черт возьми, приятно!

– Ну с Рождеством? – сказал дядя Костя, с заговорщическим видом доставая из кармана вытертых джинсов фляжку коньяку. – Будете?

– С Рождеством, – улыбнулся Игорь. – Буду.

– Ну все. – Анастасия улыбнулась искренне, как могла. – Не горюй, малыш, я приеду. Я всего на пару месяцев. Буду звонить каждый день.

Катя надулась. Покладистый ребенок. С ней можно договариваться. Но кому же нравится, когда мама уезжает?

– Папа тоже говорил, что вернется, – насупилась она.

– Ну что ты! Что ты! – Она подхватила девочку на руки. – Я же совсем недалеко, под Москву, просто сейчас много работы, потому придется все время быть там. А если получится, я буду и приезжать. Честное слово!

Девочка молча крутила локон.

– Ла-а-адн, – протянула она наконец. – Маммм, я тебя люблю. Ты меня не бросай, – добавила шепотом.

Мама поцеловала девочку.

– Ну иди к бабушке. Я ненадолго.

Она еще раз помахала рукой дочке и свекрови, повернулась и пошла к черной машине с тонированными стеклами и с небольшим необычным логотипом в правом верхнем углу лобового стекла. Оранжево-зеленый узел, похожий на двух переплетающихся змей.