Чтение онлайн

Ей так и не удалось заставить его ревновать. Она не может соперничать с прекрасной Габриэллой, это совершенно ясно. Виолетте хотелось только одного — как можно скорее попасть домой.

— Вы искусная партнерша, леди Гудвин, — улыбнулся барон.

Получив в награду за комплимент одобрительную улыбку, барон поклонился и оставил ее. Впервые за эту ночь она оказалась не среди танцующих, а среди жмущихся к стенке. Неужели Блэйк до сих пор любит Габриэллу? У Виолетты от досады ныло сердце. Девушка окинула взглядом зал, оценивая, удастся ли ей незамеченной выскользнуть на лестницу и уехать домой. Не успела она решить, как ей быть, как из толпы вынырнул один из ее многочисленных поклонников — молодой человек ее возраста, в металлических очках.

— Ле-леди Гу-гудвин, позвольте при-пригласить вас на та-танец.

Виолетта с трудом вспомнила его имя.

— Лорд Лофтон, я очень утомлена. Прошу простить меня. Если вы не против, мы могли бы потанцевать чуть позже, когда я немного отдохну.

— Ну ко-конечно, — согласился молодой человек, — по-позвольте пре-предложить вам прохладительные напитки?

Из уроков, преподанных Катариной, следовало, что настоящая леди не имеет права отказываться.

— С удовольствием, — обворожительно улыбаясь, согласилась она.

Лофтон бросился в буфетную. Виолетта предпочла остаться в зале и понаблюдать за танцующими. Ей вовсе не требовалось внимание Лофтона или кого-либо еще. К несчастью, среди беседующих на другой стороне зала Виолетта заметила барона Фелдстоуна и его жену Джоанну.

Сердце девушки сжалось. Она проскользнула в ближайшую дверь и вышла в коридор, ведущий в вестибюль. Навстречу ей шествовали только что приехавшие гости. Внезапно изменив решение, Виолетта развернулась и пошла куда глаза глядят, лишь бы не слышать шума и не видеть гостей. Пройдя бильярдную и комнату, где мужчины играли в вист, Виолетта отворила арочные двери и вышла на террасу. Обрадовавшись, что место никем не занято, она направилась в дальний конец террасы и в изнеможении опустилась на каменную скамью.

Какой она была дурочкой! Как она могла подумать, что может стать настоящей леди и завоевать сердце Блэйка, в то время как он вообще о ней не думает. Он десять минут проболтал с Габриэллой и ни разу за целый вечер не взглянул на нее, Виолетту. Теперь Виолетта была уверена в том, что некогда эти двое были любовниками.

Она больше не хочет его любить. Она больше не хочет страдать. Она больше не хочет пытаться стать частью его мира. Больше всего ей захотелось отправиться в свою квартирку в Найтсбридже, лечь в постель и укрыться с головой одеялом.

Дома ее ждет верный Ральф, который коротает время за кружкой пива. Он бросит на нее косой взгляд и примется расспрашивать, что с ней случилось. Ей хочется, чтобы ее кто-то утешил, а вместо этого он скажет, что он ее предупреждал.

Виолетта рукавом утерла глаза. Будущее ее ясно. Она продолжит работу у леди Алистер и будет трудиться еще усерднее. Она будет копить деньги, откладывая каждое пенни. Годика через два ей, наверное, удастся открыть свой магазинчик. Жизнью ее станет необходимость одевать богатых женщин.

Она, конечно, сразу же забудет о Блэйке. Пусть ухаживает за Габриэллой или за любой другой женщиной.

Неожиданно Виолетта услышала покашливание. Чарлз Лофтон с состраданием смотрел на нее.

— Ле-леди Гу-Гудвин, с ва-вами все в порядке? — В руках он держал два фужера с шампанским. — Я всю-всюду ищу вас.

— Я думаю, мне следует отправиться домой.

— Позвольте я про-провожу вас до дверей.

— Спасибо, — просто поблагодарила Виолетта. Виолетта и лорд Лофтон покинули террасу. Чарлз взял ее под руку и повел в дом.

Но прежде чем она встретится с Ральфом, ей нужно привести себя в порядок.

— Я ненадолго поднимусь в зал, — сказала Виолетта.

— Когда я снова увижу вас? — спросил лорд Лофтон. — Вы no-позволите… пригласить вас на прогулку?

— Спасибо, — поблагодарила Виолетта, но время прогулки не назначила.

Поднявшись на второй этаж, Виолетта остановилась. Прямо под ней был вестибюль. Сэр Лофтон вернулся в танцевальный зал. Блэйка нигде не было видно. Виолетте нужно было в дамскую комнату, и она скользнула в дверь, противоположную той, откуда выходили мужчины. Перед зеркалом поправляли прически несколько женщин. На пуфиках отдыхали еще две дамы, сняв с натруженных в танцах ног туфли. Виолетта шагнула через порог, и в дамской комнате воцарилось молчание.

Конечно, ей не место среди этих дам, но что же ей делать? Виолетта уже привыкла к чопорному пренебрежению, и молчание высокородных дам вовсе не задело ее. Не обращая ни на кого внимания, девушка опустилась на диванчик, стоящий напротив зеркала. Она была бледна, очень бледна.

Виолетта приказала себе не думать о Блэйке, потому что всякий раз, когда она о нем вспоминала, ей хотелось плакать.

Неожиданно одна из женщин с необутыми ногами вскочила с пуфика:

— Я думаю, мне лучше покинуть дамскую комнату. Есть некоторые вещи, которые я отказываюсь принимать. Выскочка из трущоб… это противоречит моим взглядам на жизнь.

Виолетта вздрогнула.

— Я уйду вместе с вами, — громко заявила вторая женщина.

С трудом водрузив на распухшие ноги бальные туфельки, дамы важно выплыли из дамской комнаты.

Виолетта и бровью не повела.

Две другие дамы выскользнули из комнаты, едва лишь им удалось привести в порядок собственные головы. Леди Гудвин осталась одна.

Она закрыла лицо руками. Какой дурочкой она была, когда воображала, что может стать хозяйкой Хардинг-Холла! Ей не удалось надуть ни Блэйка, ни кого-либо другого. Она была выскочка, самозванка, а на балу могли танцевать только аристократы. Итак, она едет домой. Ей больше не нужен Блэйк. Ей никто больше не нужен.

Виолетта вышла на площадку, соединявшую мужскую и женскую комнаты. Прямо на нее шли два джентльмена. Виолетта была незнакома с ними, но один из них присвистнул и загородил ей путь. От него попахивало виски.

— Вы ведь леди Гудвин, не так ли? — ухмыльнулся он. Это был молодой, красивый негодяй. — Не имел чести быть представленным, хотя много слышал о вас.

— Мы незнакомы, — холодно ответила Виолетта. Он стоял так близко к ней, что его колени касались ее юбки, что было верхом невежливости. Виолетта двинулась вперед, но молодой нахал уперся рукой в стену, загораживая девушке проход.