Чтение онлайн

Говорят, что Землю создал Господь, а город – человек. За виновника торжества, выдающегося архитектора!

Рассказывают, что когда Бог лепил людей из глины, у него осталось много запасных частей. В одном углу лежали длинные ножки, короткая юбочка и хлопающие ресничками глазки. Когда Бог отвернулся, все это захихикало и убежало пить кофе – так появились секретарши.

В другом углу лежал галстук, сотовый телефон, строгий костюм и дипломат. Когда Бог отвлекся, костюм завязал галстук, взял дипломат, поговорил по телефону, пробасил :«Скоро буду» и удалился в неизвестном направлении – так появились начальники. А в третьем углу лежала большая куча мозгов, много волос и джинсы. Когда Бог ушел на обед, все это встало и задумчиво побрело к ближайшему компьютеру – так появились программисты.

Так выпьем же за нашего юбиляра, представителя самой интеллектуальной профессии!

Винкельман сказал: «Кто в искусстве привык постоянно следовать за другими, тот никогда не выступит вперед. Кто не способен воспроизводить что-нибудь хорошее сам от себя, тот не смеет хорошо пользоваться и творениями других». За новое в искусстве, которое вводит наш виновник торжества!

Говорят, что художество – это вино жизни, а не хлеб. Так давайте за него вина и выпьем!

Говорят, что критика легка, творчество трудно. Так выпьем же за виновника торжества, настоящего гения, который никого никогда не критикует!

Гете сказал: «В каждом художнике высказывается известная доля отваги, без которой никакой талант не может быть и мыслим». За ваши отважные таланты!

Художник должен нарисовать свою картину с огнем, но выполнить его с хладнокровием. За огненное хладнокровие виновника торжества!

Кто-то сказал, что деньги художника только питают; награждать же его за творческую идею может одно только признание знатока.

Так выпьем же за питающие нас признания!

Шуман сказал: «Кто в искусстве сам себе границы ставит, от того, к сожалению, требуют, чтобы он вечно в них и оставался». За виновника торжества, нарушителя всех искусственно поставленных границ!

Винкельман писал: «Художники и мудрецы древнего мира всегда старались в малом высказывать многое. Оттого ум древних глубоко затаен в их творениях; новейший же мир большей частью напоминает собою обедневших торговцев, которые выставляют лицом весь свой товар». Так выпьем же за то, чтобы для нашего товара оказались слишком малы любые витрины!

Говорят, что тщеславие есть необходимый порок всех людей великих, особливо тех, которые пленяют мир своим словом и звуком. Художник, чуждый тщеславия, похож на женщину, которая не желает нравиться, оба они наводят скуку. Так выпьем же за наши так необходимые нам пороки!

Говорят, что наибольшее число подражателей вызывает то, что неподражаемо. Вот и давайте выпьем за наших неподражаемых милых дам!

Говорят, что выдуманное можно усовершенствовать. Созданное же может быть только предметом подражания. Так выпьем же за нас, не только изобретателей, но и настоящих творцов!

Мастер тот, кто изобретает, подмастерье – кто знаком с делом; учеником же всяк бывает. Пьем за виновника торжества, настоящего мастера своего дела!

Доказательством умения является творение. За успех наших доказательств!

Гейне сказал: «Что такое музыка? Она образует середину между мыслью и явлением и составляет воздушную переходную ступень от духа к материи. Сродни она обоим им и, однако, от обоих отлична. Она дух, но дух, которому необходима мера времени; она материя, но материя, которая не нуждается в пространстве». За именинника, настоящего музыканта!

Свифт сказал: «О появлении истинного гения легко вам будет узнать по заговору, заключаемому всегда против него безумцами». За то, чтобы против нас почаще устраивались такие вот заговоры, и чтобы все они были безуспешны!

Говорят, что человек с великими идеями всегда будет соседом неудобным. За нас, таких неудобных для всех, кроме друг друга!

Шиллер писал:

«В союзе незыблемом гений бывает с природой;

Что первый замыслит, то даст непременно вторая».

Так пусть же и нам природа дает все, что мы замыслили!

Шопенгауэр сказал: «Учеными бывают те, которые начитываются книг; мыслителями же, гениями, просветителями мира и двигателями человечества – те, которые читают непосредственно из книги Вселенной». Так пусть же эта книга всегда будет для нас открыта!

Говорят, что гений для людей науки то же, что полководец для армии; он только дает рядам ее надлежащий строй, и она одерживает победу. Вот за надлежащий строй наших рядов, приводящий к победе, мы и выпьем!

Кто-то сказал: «Истинность есть главное начало всякой гениальности, и люди вышли бы далеко умнее, если бы они были правдивее». Вот и выпьем за нас, таких правдивых и гениальных!

Говорят, что истинно великие люди всегда прямодушны; поступки их чужды искусственности и прикрас. Вот и выпьем за нас, прямодушных и неприукрашенных!

Лессинг писал: «Гению позволительно не знать тысячи вещей, известных любому школьнику. Не то, что накопляется запасом в его памяти, а то, что он черпает из живого родника своих собственных чувств, составляет его богатство». За наше подлинное богатство!