Чтение онлайн

— Всё отделение назад тянешь?

Куда я кого тяну? Никуда не тяну.

Дальше стою и молчу. Может, это — представители администрации больницы скорой помощи, а начинать мне знакомство с ними в ругательном виде совсем не хочется.

— Мариночка, запиши, что Петров на семь минут опоздал, — это могутная худосочной строго говорит, а та и послушно записывает в какую-то тетрадочку.

У женщин ещё и красные нарукавные повязки имеются...

Ну и порядочки у нас тут сейчас будут с этим присоединением! Строем ещё ходить заставят...

Так, а откуда они мою фамилию знают?!

За спиной у меня шаги забухали, словно слон из зоопарка сбежал и своим ходом к нам в реанимацию направляется. Не знаю, почему такая ассоциация мне в голову пришла.

— Серега, привет!

Мужик, весьма габаритной комплекции, меня по плечу хлопнул. Чуть руку не оторвал. Травматолог он. Ему и пришивать её бы пришлось.

— Коромыслов! Стой!

Крупная дама с повязкой обширностью лексикона не страдала.

— Опаздываешь?

Травматолог Коромыслов виновато развел руками.

— Транспорта не было... — начал оправдываться мой коллега.

— Всё отделение назад тянешь?

Мне минуту назад подобный же вопрос был задан.

Коромыслов отдувался, с ноги на ногу перетаптывался.

— Мариночка, запиши, что Коромыслов на восемь минут опоздал.

На Коромыслова смотреть даже стало больно. Скукожился как-то он, голову опустил. Чуть не в половину меньше стал.

— Может, не надо?

— Надо, Коромыслов, надо...

Мадам была непреклонна.

— Пошли, Серега. — кивнул мне на дверь доктор-травматолог. — Бесполезно с ними разговаривать.

Дамочки при этом лучились от счастья — нарушителей трудовой дисциплины они выявили.

В кадры я решил попозже зайти, сначала надо в отделение наведаться, прояснить для себя, что тут такое творится.

Экстренная хирургия у нас на первом этаже, а ординаторская — вторая дверь от входа. Первая дверь — кабинет заведующего отделением.

— Ты куда? — остановил меня Коромыслов.

— В ординаторскую.

— Стой, так нельзя. Сначала надо переодеться.

Так, и тут новые порядочки...

Я пошел за травматологом.

Стоп. Тут раньше у нас хозяйственное подсобное помещение было, а сейчас что, после ремонта — раздевалка?

Ну, дела...

В комнатушке в рядок стояли шкафчики для одежды. Я пробежался по прямоугольникам с надписями глазами. Вот и мой. По крайней мере с моей фамилией и инициалами.

Что-то ещё там мелконько написано.

Я шагнул к своему шкафчику.

«Санитар» — так был обозначен мой статус черненькими буковками.

Они, что, из аккредитационного центра уже сюда сообщили, что я станцию по сердечно-легочной реанимации не сдал? Меня из докторов, сразу в санитары перевели?

Глава 4 Палата для ударников

Я переоделся. Свою одежду в шкафчик поместил, а казенную робу на себя напялил.

Ишь, в санитары меня...

Почему это так? У меня же ещё прежнее свидетельство об аккредитации годное, не вышел срок его действия. Я заранее хотел всё сдать, у нас так кадры требуют. Ну, чтобы дыра между старым и новым свидетельством не получилась. Одно уже закончилось, а нового ещё нет.

Досдавался... Кукла ломаная у них. Козлы...

К дверям ординаторской еле ноги меня донесли. Шел и думал, а надо ли мне туда? Не во врачебном я уже сословии...

Нет, надо заглянуть, о новых порядках узнать.

— Можно?

В ординаторской — пятиминутка. Это — по названию, а по времени она и гораздо дольше может затянуться.

— Зачем? — завотделением на меня глаза вытаращил. — Сергей, я ведь тебя на палату ударников поставил, иди туда и делом занимайся!

Во дожил... В ординаторскую не пустили!

В палату Петрович отправил! Горшки выносить!

Ну, допустим, про горшки ничего не было сказано.

Стоп. А, почему в ординаторской половина народа мне незнакомая? Из больницы скорой помощи докторов к нам перевели? Их — сюда, а наших — к ним? Ротацию сделали?

Что-то я совсем ничего не пойму. Сходил, называется, на аккредитацию. До санитара по карьерной лестнице вырос.

Тут ноги мои к полу и приросли. Куда меня Петрович поставил? На палату ударников? Что это ещё за ударники? Вообще я такого не слышал. После ординатуры, вот уже почти пять лет работаю, а про каких-то там ударников первый раз слышу.

На некоторых дверях палат, и правда, какие-то таблички висели. На одних дверях — только номера, на других — номера и таблички. Что там на них написано?

«Образцово-показательная палата для ударников».

Вот так, черным по белому. Для дураков.

Рядом с дверьми, на которых таблички, стендики какие-то под стеклом. Надо почитать, может что-то и прояснится.

Оказалось, что это положения об этих самых палатах. Кто такие ударники, там не было прописано. Подразумевалось, что это и так всем понятно.

Из вывешенного под стеклом я узнал, что в данных палатах стены, пол и окна должны быть приведены в самый лучший порядок. А, порядок может быть лучшим? Порядок, он порядок и есть. Что, может быть и худшим? Тогда это — совсем не порядок.

В палате должны стоять лучшие одинаковые койки с лучшими одинаковыми матрацами и подушками.

Тут меня смех начал разбирать.

Прикроватные тумбочки должны быть покрыты салфетками.

Это, вообще, кто придумал?

На каждой тумбочке и окне должны стоять живые или искусственные цветы.