Чтение онлайн

— Сперва напугала, потом предложила, — Ит хмыкнул. — Зачем мне по ночам в снах Вета Штерц с курицей без головы? Нет, спасибо, обойдусь.

— Такую я тебе дарить не буду, — покачала головой Дана. — Я тебе другую сплету. Для добрых воспоминаний, например. Или для путешествий между мирами.

Она сказала это так просто и буднично, что Ит сперва даже не сообразил, что именно сейчас было произнесено.

— Для путешествий? Это как? — спросил он.

— Ну… — Дана замялась. — Я и сама не знаю, как. Да и в сами миры я не научилась попадать. Вижу только звезды. Но там рядом точно есть миры, в которых можно побывать. Если получится. У меня пока не получалось, но мне почему-то кажется, что рано или поздно получится.

Что-то новое. Ит посмотрел на Дану, ожидая увидеть какие-то эмоции, но лицо девушки оставалось безмятежным.

— Интересно, наверное, — осторожно заметил он. — Слушай, правда, подари мне такую ловушку. Вдруг что-то новое и необычное сумею во сне увидеть?

— Подарю, — Дана улыбнулась. — Обязательно подарю.

Смотреть машину поехали вечером, и вдвоем — Скрипач справедливо предположил, что соваться в подобные места в одиночку небезопасно даже с подготовкой, к тому же вместе что смотреть машину будет удобнее. Ит согласился. Они забежали домой, перекусили наскоро, и отправились. Лийга осталась дома, она в последние дни засела в сети, и читала то, что считала важным — пыталась собрать максимально информацию о Штерц. Пока что картинка вырисовывалась только в общих чертах, но даже эта картинка Лийге категорически не нравилась.

— Уж не знаю, принцесса она, или нет, но личность, кажется, крайне неприятная, — говорила Лийга, пролистывая очередной сайт. — Что-то в ней есть такое… порочное. Несмотря на то, что она, между прочим, ни в одном скандале, связанном с чем-то непристойным, не засветилась. И клипы — она везде одетая, никаких фривольностей. Я не могу понять, что вижу. Какая-то она не такая, какой должна быть. Словно она показывает только оболочку, и очень тщательно скрывает то, что внутри.

— А как же конспирология? — спросил тогда Скрипач.

— Тоже не то. Это тоже оболочка, — покачала головой Лийга. — Не исключено, что она скрывает то, что является «принцессой». Причем даже от себя скрывает. Такое может быть?

— Думаю, да, — кивнул Скрипач. — Может быть, это её пугает.

…Нужный гаражный комплекс, в котором стояла потенциальная машина, находился на другом конце города. Покупка вполне могла состояться, поэтому поехали на метро — чтобы не перегонять потом домой «Чуан». Машина показалась им интересной: шестилетний «Жулан», неприметного серого цвета, с очень подробным описанием в объявлении. Хозяин просил немало, но машина была действительно сделана на совесть. Перебиралось всё, от движка до ходовой, от электрики, до гидравлики. Если всё в реале окажется так же хорошо, как в объявлении, заберем, сказал Скрипач. Очень перспективная Люся.

— Чего-нибудь интересное про певицу узнал? — спросил Ит, когда они оказались в полупустом вагоне.

— Из певицы прет трейлерная Бетти, — ответил Скрипач. — Пойдем, присядем, всё расскажу. Значит, так. Побродил я по этому дому…

— В котором она живет?

— Да, в котором одна из её квартир, — кивнул Скрипач. — Пообщался с персоналом. Говорят, девица трехнутая, до одури боится пожаров. Может закатить скандал за сигарету или зажигалку, а вся квартира у неё набита датчиками. Дома не ест, иногда заказывает что-то готовое. Разумеется, не готовит ничего сама, да и вообще, боится огня, как… как огня, прости за тавтологию. Нет, на публике всё нормально, но вот в быту — такая хрень. И эту хрень она скрывает, причем тщательно. Есть клипы, где она курит, или где на заднем плане горят костры. А быту — вот такое.

— Кем ты там бродил? — спросил Ит.

— Кем, кем… проверял системы пожаротушения, — пожал плечами Скрипач. — Пришлось одолжить форму и бумаги у настоящего инспектора. Надеюсь, он хорошо провел время.

— Куда ты его дел?

— Да в ресторан отправил, с котлетой денег, — Скрипач усмехнулся. — Чего я его, обижать буду, что ли? Мало того, я ему потом документы завез, с полной сверкой, и расписаться заставил. Я же не изверг какой. Пьяный он был, правда, но это ничего. Проспится.

— Добрый ты, рыжий, — Ит покачал головой. — Да, что-то такое я и предполагал, про Штерц. Если Дана является смесью Варвары и Киую, то Штерц просто обязана стать смесью Алге и Бетти. Значит, боится огня. Узнать бы, чего еще она может бояться.

— Скорее всего, по фактам, которые мы знаем, — предположил Скрипач. — Про Дану ты что-то узнал?

— Пока не очень много, но да, там то же самое. Кое-что она помнит, — Ит задумался. — Ладно, про смычки подумаем позже. Сейчас важно другое. Система, как ты видишь, работает. Инициация запускается заново. А теперь давай подумаем, чем это для нас чревато. Что интересно — Дана пока что ни словом не обмолвилась о Хромом и Одноруком. Про Штерц мы не знаем, но мне почему-то кажется, что она тоже об этом не помнит.

— Почему ты так решил? — спросил Скрипач.

— Да потому что сигнатура изменилась, — ответил Ит. — Это в той версии у нас, точнее, у Архэ, должны были появиться эти признаки. А в этой их нет. И это меня тревожит.

— Почему?

— Рыжий, ты что вообще? — Ит с упреком посмотрел на Скрипача. — Сам ничего не пил, случайно? Потому что инициаций без проблем не бывает. Боюсь, что-то может появиться, и совершенно непонятно пока, откуда, и что именно.

— Блин, ну да, — кивнул Скрипач. — Чего-то я действительно… ладно, слушай, давай об этом потом, а? Что у нас по стратегии со Штерц получается, в итоге?

— Разбираемся с машиной, и начинаем отрабатывать её контакты, — ответил Ит. — У нее не может не быть кого-то повыше, иначе кто бы её так ловко предупреждал про облавы? Вспомни, сколько раз мы вытаскивали Ари — а ведь она не попалась ни разу. И не засветилась нигде.

— Теперь ты должен сказать, что ты что-то чувствуешь, и что тебе это не нравится, — заметил Скрипач. Ит с досадой поморщился.

— Могу сказать, могу промолчать, это ничего не изменит, — ответил он. — Но чувствую я сейчас кое-что другое на самом деле.

— И что же? — с интересом спросил Скрипач.

— Помнишь, когда мы работали с Бертой, в самом начале… когда только-только начинались все эти темы, у нас была полоса открытий и понимания чего-то огромного и принципиально нового? — спросил Ит. Скрипач кивнул. — Это потом, много позже, темы ушли в рутину, пошла детализация, и началась тоска и скука, а тогда — словно крылья вырастали за спиной. Ощущение, когда ты начинаешь понимать, что у тебя что-то сложилось, ты отошел на шаг, и вдруг увидел не кучу кусочков пазла, а целую картину. И вот сейчас у меня нечто очень похожее. Просто кусочков намного больше, и некоторые приходится отрывать от себя, чтобы эта картина сложилась.