Санитары

Каким должен быть роман серии «Вселенная Метро 2033»?

Полным приключений? Обязательно — с элементами триллера? Фантастическим? С перестрелками и беготней? С чудовищами всех мастей? С городскими легендами и мифами метро? В какой пропорции мешать все эти ингредиенты, чтобы читатель непременно остался доволен?

Многие книги из нашей серии — такие. Приключенческие романы с молодыми героями, которые спасают своих близких и весь мир заодно, проходят через все метро — каждый в своем городе, — меняются к лучшему сами и меняют реальность, которая их окружает.

А если представить себе роман из «Вселенной Метро», герой которого вообще не покидает своей наглухо закупоренной станции и вместо этого всю книгу расследует убийства, которые совершает один из заточенных на ней людей? А если описать отношения мужчины и женщины, которые навсегда разделены одним перегоном и не могут быть вместе, потому что их станции враждуют? А представить себе театральную пьесу, герои которой живут на брошенном полустанке в окружении призраков любимых, которые погибли еще два десятилетия назад, в Катастрофе?

Я бы хотел прочитать и такие книги тоже.

Я не знаю, каким должен быть идеальный роман «Вселенной Метро». И я очень надеюсь, что чем больше новых, неожиданных авторов мы будем приглашать в наш проект, тем многограннее и живее будет становиться наша Вселенная. Ведь у каждого писателя — свои герои и свой сюжет, своя философия и своя истина.

Роман Сергея Зайцева «Санитары» дает нам возможность по-другому взглянуть на уже изученное, казалось бы, Московское метро. Пришел новый автор — и принес с собой новые тайны, новые драмы, свой стиль. Мир «Метро» узнается, но раскрывается вдруг с неожиданных сторон. И это хорошо. Это правильно.

Мне очень хочется, чтобы «Вселенная Метро 2033», которая хоть и заявлена как «проект», была проектом, прежде всего, творческим. И мы стараемся дать каждому автору как можно больше свободы, чтобы вместе со своим героем он сам проживал маленькую жизнь в метро. Чтобы вы ему верили и жили здесь вместе со всеми нами — теми, кто Вселенную создает.

С этими библиотеками вечно проблемы.

Непонятно, почему они так привлекают самых разных тварей с поверхности, но факт остается фактом — от зданий, где когда-то хранились книги, лучше держаться как можно дальше. Потому что их нынешние «квартиранты» словно задались целью охранять знания, когда-то принадлежавшие человеку. Охранять не на жизнь, а на смерть… А здесь, в районе Боровицкой, куда ни ткни — то бывшая библиотека, то университет, то картинная галерея. Рассадник просветительской мысли. Рай для монстров.

Олег сдержал усмешку, осторожно выглянул из-за угла здания, медленно поводя стволом автомата. Грешно смеяться над могилой усопшей человеческой цивилизации.

Вот он, нужный перекресток.

Конечная точка маршрута находилась в угловом двухэтажном здании на пересечении Знаменки и Малого Знаменского переулка, так что поход в библиотеку не планировался. Но страх все равно стягивал кожу на спине и затылке ледяной коркой, стоило лишь бросить взгляд вдоль улицы, где в нескольких десятках метров впереди пряталось в глубоком мраке злополучное здание Библиотеки естественных наук.

Перекрестки всегда требуют повышенного внимания. Высоток в этих кварталах немного, в основном старинные здания, но застройка плотная, и, путешествуя по узким улицам, чувствуешь себя почти так же, как при переходах в туннелях метро. Почти уютно.

Затянутое облаками ночное небо прятало лунный полумесяц, так что приходилось рассчитывать на собственное зрение и на внимательность спутников. Один из них, Виталий Колотов по кличке Ворчун, был опытным сталкером, а второй — всего лишь стажер, совсем еще пацан. Олег даже его имени не запомнил.

Сейчас стажер, полуобернувшись, присматривал за тылом, держа «калаш» наготове. Хотя бы проблем по дороге эти двое не создавали. Интересно, откуда паренек? В Полисе, по разнарядке, проходили обучение на сталкеров большинство новичков со всего метро, независимо от политических взглядов своих мини-государств. Впрочем, неважно…

Бойко планировал сделать ходку до убежища, устроенного недалеко от Боровицкой в двухэтажке, в одиночку — были у него тут свои дела, требующие кое-каких исследований. Не вышло. Ворчун со своим стажером, как только увидел его возле шлюза, прицепился, как репей. Олег скривился под маской респиратора. Сам виноват. Нечего трепаться о находках.

Пару минут он постоял, впитывая в себя окружающее пространство — звуки, движение воздуха, запахи. Ворчун терпеливо ждал в двух шагах позади, присев на корточки и сгорбившись. В правой лапище — обрез дробовика, за широкой спиной над плечом торчит конец ломика. Самый натуральный, увесистый десятикилограммовый лом, но для габаритов владельца он — словно спичка. И инструмент, и оружие, против которого, как известно, нет приема… А еще эта его вечная дурацкая шуточка: «Знаешь, чем ломик лучше автомата? Патроны никогда не кончаются, гы-гы-гы!» Можно только позавидовать силе этой сволочи.

Олег тихо ненавидел Колотова, но на территории Полиса, куда его и так пускали лишь как гостя, от его просьбы отмахнуться не смог. Пошлешь куда подальше, а в следующий раз пошлют тебя самого. И тогда к нужному месту придется искать обходные пути по поверхности с других станций, что чревато лишним риском. А еще Олег Бойко дико не любил, когда срываются планы. Надо поскорее отвязаться от этих двоих и заняться своими делами, а значит, шустренько довести до условленного места и распрощаться. Но в душе все сильнее ворочалось мерзкое ощущение, что сегодня все пойдет через пень-колоду.

Тишина в ночном городе — понятие относительное…

Слабый осенний ветер мел пожухлые листья по выщербленному асфальту, вздымал ленивые облачка пыли, сдувая ее с мусорных куч, разраставшихся под стенами зданий с каждым прошедшим после Катаклизма годом.

И среди всех этих шорохов так легко пропустить шорох крадущихся шагов…

Поздняя осень. Снег не за горами. Дыхание зимы уже чувствуется в воздухе, проникает холодным октябрьским воздухом сквозь фильтры респиратора. Мешковатый костюм химзащиты сковывает движения, но к этому сталкер давно привык. После частых многочасовых ходок рано или поздно перестаешь обращать внимание на мелкие неудобства, связанные с пребыванием на поверхности. Особенно когда сама поверхность без устали напоминает, что от этого костюма, не меньше чем от оружия в руках, зависит твоя жизнь. В правом нагрудном карманчике разгрузки успокаивающе молчит дозиметр. Сгустившаяся вокруг тьма смотрит на трех человек, дерзко бродящих по ее владениям. Изучает тысячами глаз притаившихся где-то рядом невидимых существ.