Санта-Барбара
Шрифт:
Круз чувствовал себя так хорошо, что упросил врачей утром отпустить его по своим делам. Он не уточнил, что это будут за дела.
Прежде всего Крузу надо было выяснить, что же произошло с Линдой Дайал и маленькими девочками покойного Мак-Клора. Что-то ему подсказывало, что ответ на вопрос должен был знать Мартин Гастингсон. Его Кастильо мог в такое время застать только в участке.
К тому же пора было объясниться с комиссаром. Ему уже наверняка позвонили и передали все подробности происшедшего с Крузом. Также старику не могли не сказать причины, по которой Круз оказался привязанным к водопроводной трубе в ванной Рикардо.
Еще позавчера Соммер намекал, что ему известно больше, чем Круз мог себе представить. Тогда у старика не было доказательств, и потому он не стал приставлять нож к горлу Кастильо.
Теперь доказательства должны были появиться. Шейла говорила, что Круза будут ждать крупные неприятности, и что она при всем своем желании эти неприятности предотвратить не сможет.
Она сама или кто-то из ее начальства должен был поставить начальника Круза в известность.
«Что ж, неприятности так неприятности, — подумал инспектор. — Если мне их суждено пережить, то надо поскорее начать переживать. Тогда они скорее и закончатся».
Размышляя таким образом, Круз Кастильо шел по улице в сторону своего полицейского участка. Он решил, что в это утро может, наконец, позволить себе никуда не спешить.
Погода была чудесной. Над городом было чистое синее небо без единого намека на облака.
«Если бы я был уверен, что и надо мной так же чисто, подумал Круз. — Но нет, я точно знаю свой прогноз погоды. Меня ожидают страшные бури».
Круз утешал себя мыслями, что ему это все равно, что победителей не судят, но все-таки подсознательно стремился оттянуть развязку.
Именно поэтому весь путь от больницы до места работы полицейский Круз Кастильо проделал пешком.
...Не спеша, приостанавливаясь на каждой ступеньке, Круз поднялся ко входу в участок и показал пропуск дежурному.
То, что постовой просто кивнул головой и пропустил Круза внутрь здания, несказанно удивило Кастильо. Почему-то ему казалось, что, лишь только его здесь увидят, сразу же дадут приказ арестовать как опасного преступника, вооруженного налетчика, грабителя и убийцу.
Тем не менее, Круз шел по коридору, и с ним спокойно здоровались сослуживцы.
«Ну, конечно, они же просто ничего не знают, сказал себе Круз. — Пока что в курс дела введен один шеф, он мог сказать... ну, допустим, Гастингсону. Вот и все!»
Круз представил себе, как его выводят из здания в наручниках, и сослуживцы, которые только что жали ему руку, шарахаются от него в стороны.
Он усмехнулся своим мыслям. «Нет, похоже, что я схожу с ума, — подумал Кастильо. — Мне не нужно об этом думать. Все-таки, я почти что один расправился с Рикардо. Это они должны учесть...»
Круз Кастильо немного поколебался, но затем решительно открыл дверь в комнату инспекторов. Он ожидал сразу же услышать суровый окрик комиссара Соммера: «Ага, кто пришел! А ну-ка, ко мне!»
К удивлению Круза, в комнате было тихо. Комиссара на месте не было, и Круз почувствовал что-то похожее на разочарование, перемешанное с почти физической болью: час объяснения откладывался.
Зато на месте был Гастингсон. Он спокойно потягивал свой обязательный утренний кофе. При виде вошедшего Круза брови его поползли вверх, он поперхнулся и торопливо поставил чашку на стол.
Мартин вытер подбородок ладонью и нерешительно посмотрел на Круза.
Несколько секунд он открывал рот и снова закрывал его, не решаясь заговорить с напарником.
Круз сделал вид, что все его внимание уделено какой-то внутренней глубокой мысли. Он прошел рядом с Гастингсоном молча, сурово сдвинув брови на переносице и тихо опустился на стул спиной к напарнику.
Гастингсон кашлянул.
«А ведь я даже не хочу разговаривать с ним, — подумал Круз Кастильо, представив взгляд, которым напарник сверлит его спину.
Но Мартина Гастингсона тянуло начать разговор.
— Привет, старик, — услышал Круз за спиной. Ему пришлось повернуться и ответить:
— Привет, Мартин... Гастингсон моментально спросил:
— Что с тобой произошло? Тебя не было вчера на работе!
— А ты сам был? — поинтересовался Круз.
— А то как же! — воскликнул Мартин. — Весь день я патрулировал один.
Кастильо вздохнул и сел к напарнику вполоборота.
— Что у тебя с рукой? — снова задал вопрос Мартин.
Круз посмотрел на свое плечо. Толстая повязка выделялась под пиджаком.
— А-а-а... Это Рикардо.
— Как — Рикардо? Где ты с ним успел обменяться любезностями?
«Он делает вид, что ничего не знает, — поморщился Круз. — Или он в самом деле не в курсе?»
— Ты хоть домой-то заходил? — не вытерпев, спросил Мартин.
Кастильо долгим взглядом посмотрел Гастингсону в глаза.
— Послушай, напарник, — сказал Круз подчеркнуто мягко. — Давай начистоту. Ты ведь знаешь обо мне больше, чем делаешь вид.
Крузу показалось или в самом деле Мартин покраснел?
— Хорошо, — сказал Мартин и откинулся на спинку кресла. — Спрашивай. Что бы ты хотел узнать?
— Во-первых, где Линда и дети?
Гастингсон помедлил с ответом.
— Они... Они у меня, Круз.
— Как у тебя? — воскликнул Кастильо, хотя в душе давно готовил себя к такому ответу.
— Подожди, успокойся, сейчас я тебе все объясню, — сказал Гастингсон.
Он вытащил сигарету, закурил.
— Дело в том, что Линда видела из окна, как к тебе в машину села какая-то девушка, и вы уехали, — начал рассказывать Мартин. — Также она заметила, что из подворотни выехал другой автомобиль и поехал за твоей машиной. По описанию я понял, что это один из автомобилей Рикардо...