Сапфир

«Увидев тебя однажды, я сразу же подобрал имя, которое могу подарить. Отныне тебя зовут Сапфир».

«Красиво! А что значит это слово?»

«О, я не могу ответить, дитя. Хоть в моих архивах и осталось много знаний из дальнего прошлого, со временем они начали превращаться в пустые слова да символы. Придай смысл своему имени сама. Заново».

Одинокая дельфинья самка стремительно рассекала водную гладь, огибая рифы и островки водорослевых зарослей. Она часто всплывала на поверхность, чтобы подышать, издавая при этом жалобный писк. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь облака, скользил по темно-серой коже дельфина с причудливым белым пятном в форме кристалла под глазом. Теплый воздух поверхности не снимал напряжения с дыхала из-за долгого и непрерывного движения вперед.

Проплыв некоторое время урывками и остановившись, самка начала безвольно опускаться на неглубокую равнину, усеянную причудливыми разноцветными полипами.

«Это и была… Это и была Пагода?» – сложилась мысль в её разуме.

Через мгновение самка быстро всплыла с колонии донной фауны, на которую приземлилась, издавая короткие щелчки и писк:

«Больно жгут».

Она продолжила своё плавание сквозь рифы и подводные скалы, несколько замедлившись. Пара беглых взглядов вокруг, затем короткий рывок вверх, чтобы вдохнуть, и снова движение вперед. Прибыв в водное пространство с незримым дном, она принялась осматриваться по сторонам.

«Где же я?» – проверещало китообразное.

Ничего не заметив вблизи, самка изучала воды вокруг, медленно отдаляясь от рифов. Затем ускорилась и начала спускаться ближе ко дну. Потратив долгое время на спуск, но так и не достигнув самого дна, самка начала делать хаотичные рывки в разные стороны в толще воды. Не обнаружив рифов позади себя, она поплыла прямо к поверхности воды, издавая писк и жалобные трели.

«Также я подарил вам язык, чтобы вы не только дополняли и передавали знания о прошлом, которыми я делюсь с вами, но и могли лучше понять себя и ваших дельфинов-сородичей».

Самка вернулась под воду и начала кружить на месте, продолжая верещать и свистеть. К мольбам о помощи прибавился другой дельфиний зов, означавший:

«Аорта, где ты? Аорта!»

Вскоре крики превратились в клокотание, а из дыхала начал выходить поток пузырей. Самка закрутилась на месте, затем чередой скачков добралась до поверхности.

Пуская фонтаны воды, с громким воем она вынырнула на мгновение всем телом, после чего задержала голову над поверхностью. Самка рассматривала пасмурное небо и водную гладь, бесконечно простирающуюся вдаль. Постепенно она впала в состояние сна, позволив телу плыть самому.

«Немедленно вернись, я не закончил! Все должны знать по твоей метке на плавнике, что ты приближена к нам».

«Оставь её. Она слишком слаба, чтобы выдержать даже маленький игривый укус, а печать будущей дельфиньей знати и подавно. Ни к чему ей ненароком помирать. Даже её жалкое тельце начнёт привлекать акул. Не то чтобы эти безмозглые твари нас пугали…»

Самка полностью пробудилась, когда почувствовала на своей коже капли дождя. Рывком погрузившись под воду, она обнаружила всё тот же бездонный океанический пейзаж кругом и продолжила движение, ориентируясь по тучам на небе. Наконец, под водой показалась возвышенность, и самка стала «нащупывать» дальнейший путь при помощи сонара.

«Очень устала. Никогда не плыла так быстро. Куда же я направилась и как далеко уплыла от Аорты и других?!» – размышляла она.

Проплыв долгое время под водой, она сделала рывок к поверхности и задержалась там после того, как вдалеке раздались громовые раскаты.

«Это называется гром. Я помню, мне рассказывал об этом Телос. Я слышала этот звук в небесах раньше, когда взмывала над поверхностью, вопреки нервному стрекоту Аорты. И то, что произошло сейчас, звучало как гром, только во много раз громче, ближе и страшнее…» – вспомнила самка.

Она вернулась под воду и продолжала испускать волны звука, перемещаясь в самых разных направлениях. Движения вновь стали стремительными и беспорядочными. Спустя время, она перестала бросаться во все стороны и поплыла в одном направлении.

«Нужно успокоиться, но я не могу. Это гнетущее чувство… Наверное, потому что Аорты нет рядом, или потому что та Пагода меня испугала. Нет, что-то другое, будто я потеряла кого-то еще. Но кого? Ведь ближе Аорты у меня никого не было», – рассуждала про себя одинокая самка, значительно сбавив скорость.

Она всплыла на поверхность, оглянулась вокруг и посмотрела на небо, с которого больше не лил дождь. Вернувшись под воду, она застыла на пару мгновений, после чего резко ринулась ко дну в поисках ориентира.

«Нам нужно уйти от них, навсегда! Мы ничего не сможем сделать, чтобы они перестали так вести себя с нами».

«Я не знаю, смогу ли жить без него».

«Ты прикрываешь свой страх привязанностью, мнимым чувством защиты. Им нет дела до нас, и ему тоже, ведь он один из них. Для них мы лишь слуги и жалкие рыбины, которые хуже их. Но мы выше этого, я знаю».

«А что такое «слуги»?»

«Это те, кто делают что-то для тех, кто не хочет этого делать или слишком ленив, чтобы это выполнить. И именно так они относятся к нам!»

Достигнув песчаного дна, самка начала водить носом вдоль поверхности. Она заметила косяк рыб неподалеку и бросилась на него, заглотив пару мелких рыбёшек. Затем вновь искала глазами добычу, но остальные рыбы успели уплыть или укрыться в песке. Она поплыла к поверхности, продолжая направлять сонар в разные стороны.

«Приёмыш, даже не смей помышлять о том, чтобы покинуть нас! Только благодаря нам ты беспечно рассекаешь эти теплые воды. Ты должна гордиться, что принадлежишь к числу тех, кто был просвещен Телосом».

«Тебе оказана большая честь – служить будущим повелителям расы плавников».

Волны сонара вскоре позволили ощутить поблизости не только внушительную структуру с множеством укромных уголков, но и присутствие там разумных существ: два мелких дельфина скрывались неподалёку от затопленного атолла, периодически всплывая подышать в одной из пещер обширной системы полостей. Самка направилась туда.