Сарти
Шрифт:
– Кстати, уважаемый Жак… А вот ваш обрез – это местное производство?
– Конечно! – Жак кивнул с гордостью. – Скажу вам больше: это мое личное изделие. Второго такого нет. Я собственноручно делаю к нему патроны. И знаете, что самое интересное? О, это предмет моей особой гордости!
– Что же? – Господин Дройт отхлебнул пива.
– Боёк! – Кисленнен извлек использованную гильзу и на ладони протянул г. Дройту. – Вот здесь, видите? Боёк выбивает надпись «Три кружки». Здорово, правда?
– О да… Впечатляет. – Г. Дройт внимательно оглядел латунный цилиндр. – Стреляет совершенно пушечно.
– А убойная сила какая! А?
– Аллен! – В комнате появился Люлю Шоколадка: в кимоно и с двумя мечами за поясом. – Аллен, я выйду разомнусь?
– Да, конечно, Люлю, – благосклонно улыбнулся г. Дройт. – Только ты не очень там… Смотри, чтобы тебя случайно не подстрелили.
Люлю усмехнулся и исчез; только пятки его коротко простучали по ступеням ведущей на крышу лестницы.
– Смотрите, Жак, сейчас будет интересно. – Г. Дройт приник к окошку и Кисленнен последовал его примеру.
Бравый Шоколадка спрыгнул прямо в самую гущу нападавших и в воздухе тут же засверкали клинки. Варвары падали как снопы и вокруг Люлю моментально образовался широкий свободный круг, обозначенный свежеразрубленными телами. Из задних рядов кто-то выпустил несколько стрел, но Шоколадка небрежно отбил их мечом, а потом, высоко подпрыгнув, снова оказался на расстоянии уверенного удара – точными скупыми движениями он выводил из строя одного нападающего за другим, заодно рубя и их незамысловатое оружие. Выстрелы стихли: защитники близлежащих домов заворожено наблюдали, как приезжий методично вырезает варваров.
– Видите, Жак, – комментировал происходящее г. Дройт, – Люлю уничтожил группу десантников с веревками, он подавил противника и сейчас окончательно его деморализует.
– Вы это называете «деморализует»? – саркастически усмехнулся Кисленнен. – По-моему, он просто крошит всех в капусту. Варвары не успевают деморализоваться.
– Ну… можно и так сказать, конечно, – согласился г. Дройт. – Однако же не это главное и не на это я хотел обратить ваше просвещенное внимание. Вы видите, какое выражение появилось на рожах этих детей степей? Правильно, безмерное удивление и даже ужас. Некоторая, я бы сказал, затравленность и грядущая обреченность. А почему? Потому что в лице Люлю они столкнулись с неумолимым прогрессом – ведь раньше с ними никто не бился холодным оружием, не скрываясь за неприступными стенами, причем – один-единственный человек. Это для них что-то новенькое, и если бы местные варвары умели думать головным мозгом, то они со всей неизбежностью увидели бы в происходящем свой скорый, но неизбежный конец, потому что смешно стоять на пути у прогресса – даже если это всего лишь Люлю Шоколадка. Не так ли?.. Вот, смотрите, сейчас Люлю пробьется к их вожаку. Вот, уже пробился. Эй, Люлю! Люлю! Не убивай его! Мы должны с ним немного побеседовать!.. Знаете, уважаемый Жак, мы поживем в вашем трактире с недельку пока не устроимся. У вас ведь есть свободные комнаты?