Чтение онлайн

В «Вигьяна Бхайрава Тантре» описывается практика открытия естественного состояния благодаря осознаванию себя как Ясного Света: «Ходя, спя, мечтая, осознавай себя как свет». Это наставление указывает на практику удержания Ясного Света присутствия. Однако следует заметить, что когда говорится: «Осознавай себя как свет», в практике естественного состояния мы не предполагаем визуализацию или представление какого-либо света внутри или снаружи, поскольку такой способ задействует грубые слои внешнего ума. Исконная ясность света саморожденной Мудрости находится за пределами визуализаций или представлений. Как сказал Шри Рамана Махариши: «Он не свет и не тьма». Поэтому, когда мы используем слово «свет» мы имеем в виду не видимый физическими глазами свет, а постигающую ясность нашего сознания, которая подобна свету. Свет, видимый глазами, усиливает ясность нашего осознавания. Именно эта ясность осознавания имеется в виду, когда мы говорим об исконном Ясном Свете.

Если йогин не открыл Ясный Свет и находится в грубых слоях сознания, то когда появляются или исчезают мысли, его поверхностный, грубый слой ума и исконный Ясный Свет перемешиваются. Здесь важно, может ли йогин сосредотачиваться на главной точке своей практики в тот момент, когда трудно различать движения мыслей и состояние незапятнанного мыслями Ясного Света. Обычно, йога предписывает контроль активности ума (читта вритти ниродха).

Концентрация, полнота внимания, медитация,

созерцание, интеграция

Йогин всегда понимает отличие между концентрацией, медитацией, полнотой внимания, созерцательным присутствием и интеграцией.

I. Концентрация. В концентрации ум искусственно сужается и фиксируется на точке, дыхании или внутреннем объекте, таком, как чакры. И здесь сохраняется субъект (тот, кто концентрируется) и объект (то, на чем концентрируются) и остается разделение на внутреннее и внешнее.

II. Полнота внимания. Здесь мы прилагаем бдительное осознавание, внимательность к чему-либо движущемуся, к примеру, дыханию, шагам, действиям тела или ситуации. Мы наблюдаем за чем-либо, непрерывно пребывая в движении.

III. Медитация. В медитации мы, сидя неподвижно закрыв глаза, останавливаем мысли либо отпускаем их, исследуя пустотную природу Ума, медитируя на Пустоту «Я» и удерживая Пустоту, подобную пространству.

IV. Созерцание (йога немедитации). В созерцании мы прямо воспринимаем Реальность, где нет ни субъекта, ни объекта, ни внешнего, ни внутреннего, ум распахнут и ясен и пребывает раскрепощенно, не фиксируясь ни на чем, не создавая образы, не борясь с мыслями, однако и не следуя за ними. Мы момент от момента поддерживаем безвыборочное осознавание, не отвлекаясь мыслями о прошлом или будущем и не увязая в настоящем, при этом глаза открыты, и мы ходим, стоим, сидим, едим или лежим.

Созерцание в Лайя-йоге нашей традиции является основой практики, и его понимание передается от Учителя к ученику с непревзойденной тонкостью и мастерством. Это четкое, особое состояние осознанности, в котором ученик упражняется вплоть до полной реализации. Учитель объясняет ключевые моменты созерцания, давая ученику пережить его «вкус» (раса).

Концентрация, медитация на Пустоте, тантрийские методы превращения с использованием визуализаций и образов божеств в Лайя-йоге считаются вторичными. Они могут применяться, если того требует ситуация. Если мы их применяем, они выполняются нераздельно от созерцания.

V. Интеграция (объединение). Интеграция является кульминацией созерцания, его продолжением, когда мы созерцаем в условиях плотных энергий или отвлекающих факторов, таких как звуки, видения, ощущение блаженства в теле, эмоции (гнев, страсть и т.д.). Вместо того чтобы цепляться за переживания и копить кармические реакции, вместо того, чтобы пугаться или отвергать их, считая неправильными, мы, оставаясь в созерцании, не выносим никаких суждений, когда воспринимаем движения мыслей, страстей, ощущения, объекты. Пребывая в осознанности без интерпретаций и выбора, мы сливаем созерцание с тем, что переживаем, до тех пор, пока не будет раскрыта истинная сущность того, что переживается, его пустотность. Мы видим, что что бы мы ни переживали, если это соединить с созерцанием, в этом есть глубина, необъятность, свобода и танец, как игра проявления энергии, а значит, наше созерцание не теряется, а, наоборот, усиливается, получив импульс в виде свежих ярких впечатлений от энергии, которую несут переживания. В этот момент переживание становится частью созерцания, интегрируясь в присутствие осознанности и растворяясь в нем. Интеграция подобна наливанию масла в масло и воды в воду или таянию сахара в воде. Таким образом, не остается ничего вне поля нашей осознанности, ничего скрытого, неясного, подавленного, мешающего или пугающего. Осознавание струится свободно, проникая в любые энергии во Вселенной и растапливая их, подобно огню, который растапливает масло.

Медитация в Лайя-йоге

Для практикующего Лайя-йогу медитация – это пребывание в изначальной Мудрости покоя, когда нет отвлечений, пребывание в том мировоззрении, которое Учитель показал йогину прямо.

Как сказал Шри Рамана Махариши: «Просто оставайтесь в покое». Этот покой проистекает из глубины погруженности в созерцательное присутствие. Он не является неким искусственным видом покоя, когда мы просто блокируем наши мысли, пытаясь быть тихими. Поэтому медитация Лайя-йоги заключается в простой внимательности к естественному состоянию, когда мы свободны от любых построений ума и полностью расслаблены, тогда нет цепляния за восприятие, формы, звуки и, тем не менее, нет отвлечения от естественного состояния. Поэтому с точки зрения Лайя-йоги мы не столько медитируем, сколько привыкаем отождествлять себя с недвойственным взглядом. Мы учимся руководствоваться недвойственностью в любых ситуациях, мы как бы напитываемся самим духом недвойственности. Мы не столько стремимся сами медитировать, сколько открываемся духу недвойственности, словно призываем его так, чтобы он пропитал все наши действия.

Цель и метод медитации в Лайя-йоге заключаются в том, чтобы закрепиться и стабилизироваться в естественном состоянии, выпестовать его и дать ему стать мощным и глубоким потоком. Старый ум, схваченный прошлыми кармами, будет продолжать отвлекаться и сбивать наше присутствие осознанности, как только мы проявим невнимательность. Часто приводятся такие сравнения: наша осознанность подобна легкому ветерку, а наш ум, схваченный старыми кармами, подобен твердой каменной стене; наша осознанность подобна мерцающему огоньку пламени, а наш ум, обусловленный кармическими ветрами, подобен яростному бушующему урагану. Наше естественное состояние вначале подобно слабому крохотному зеленому ростку, едва пробившемуся сквозь почву, а наш ум, схваченный прошлыми самскарами, подобен мощному ливню, граду или ураганному ветру, поэтому истинный практик всегда бережет и пестует свое естественное состояние, оберегая его от любых воздействий, в благоприятном окружении. Поэтому медитация в Лайя-йоге заключается в поддержании непрерывного потока естественного состояния, после того, как такой поток передан вдохновляющей силой Гуру.

Вначале нам не обойтись без определенных усилий, когда же этот поток становится сильным, мы не столько прилагаем усилия, сколько настраиваемся на этот поток, позволяя потоку словно изливаться на нас. Такое изливание называется беспричинным, спонтанным нисхождением естественного состояния (Ануграхой), трансцендентальной силой самораскрытия.

Критерий того, находимся ли мы в естественном состоянии или нет, таков: если наш ум постоянен в радости и горе, перед лицом страданий и боли или наслаждений и блаженства, перед лицом отталкивающих явлений или, наоборот, очаровывающих нас, если мы нигде не теряем свое истинное лицо до рождения, пребывая в неизменном расположении духа, можно сказать, что мы находимся в глубоком состоянии присутствия. Тогда мы не выдумываем чего-либо нового, не обращаемся к каким-либо искусственным способам контроля за реальностью, но просто пребываем в этом изначальном покое девственного осознавания, подобного зеркалу (Сахаджа). Напротив, когда с нашей стороны есть надежда на что-либо внешнее, искусственное, и мы пытаемся конструировать и манипулировать реальностью или возникают цепляния за внешние объекты или их отталкивание – это нельзя назвать естественным состоянием.

Когда мы находимся в естественном состоянии, наш поверхностный, оценивающий, рассуждающий ум, связанный понятиями, перестает иметь значение, поскольку мы имеем духовное видение и способны прямо видеть Реальность, поэтому у пребывающего в Сахаджья никогда нет сомнений. Пребывая в таком состоянии Сахаджья, у нас появляется глубинное доверие к нему или вера. Подобная вера, в отличие от двойственных религий, не основана на поклонении божеству, имеющему имя и форму, или на следовании каким-либо религиозным догматам, авторитетам или философиям. Эта вера возникает как глубинное доверие к своему абсолютному «Я», можно сказать, мы обретаем истинную веру, открывая природу Ума подлинного самого себя. Когда мы начинаем верить в нашу подлинную часть, мы видим, что наше великое «Я» (Маха Атман) не является нашей собственной индивидуальностью, оно является единым со всей Вселенной. Тогда мы обнаруживаем, что нет разницы между внешними объектами и внутренними, мы понимаем, что такая вера и есть то, на что мы можем опираться, и у нас возникает к ней абсолютное доверие.