Чтение онлайн

Он доехал до салона «Елена», в котором работала Лариса, и сразу же увидел ее сквозь прозрачные аквариумные окна – она сидела за маленьким столиком, освещенным электрическим светом лампы, и делала маникюр клиентке с высокой прической. Странное и довольно унизительное занятие для женщины такого пошиба, как Лариса. Да и вообще, с ней связано слишком много всего странного и необъяснимого. Это ранение… Какая-то убитая агентша…

Крымов вышел и машины и появился в дверях салона, раздувая ноздри от удовольствия, которое он получал уже от самого присутствия здесь, в этом царстве женских тайн. Даже запахи – химического и физиологического толка – действовали на него возбуждающе, как и сами посетительницы с белыми тюрбанами на головах или вообще похожие на страшненьких овечек с десятками стягивающих скальп тугих и жестких бигуди… На фоне этих безобразных в своей неприбранности женщин, Лариса Белотелова (а он узнал ее по довольно точному описанию Шубина) в голубом прозрачном пеньюарчике, с аккуратно уложенной прической, смотрелась превосходно. Крымов, еще не успевший остынуть от тепла и запахов Ларчиковой, с которой провел почти все утро, не мог не сравнить с ней Белотелову. Безусловно, Лариса выглядела более сильным и цельным человеком, нежели запутавшаяся в своих слабостях Ларчикова. Хотя обе женщины были на редкость хороши, соблазнительны и вызывали у Крымова прилив желания. Однако последнее обстоятельство уже начинало настораживать его, и он даже забеспокоился, не скажется ли его чрезмерное влечение к женщинам на его здоровье, работоспособности и предстоящей женитьбе.

Он молча стоял и смотрел на нее, пока она, почувствовав этот взгляд, повернула в его сторону голову. Да, теперь он окончательно понял, как нелепо смотрелась эта чудесная и чистая женщина на фоне грязной парикмахерской, нахально присвоившей себе название салона. Это не салон, а забегаловка, где голову клиенту моют дешевым средством для мытья кафеля и унитазов, а вместо духов используют освежители воздуха для туалетов. Крымову вдруг захотелось взять Ларису за руку и вывести из этого душного помещения, чтобы она никогда больше не стригла грязные ногти клиенток и не дышала этим смрадом. Но вместо этого он лишь поклонился, приветствуя ее, на что Лариса, показав взглядом, что сейчас, мол, занята, подождите немного, снова принялась работать пилочкой. Спустя несколько минут она и в самом деле освободилась, получила с клиентки деньги и, сунув их в карман, стремительным шагом направилась к Крымову.

– Вы на маникюр? – улыбнулась она, показывая белые, ровные, будто у голливудской звезды, зубки. – Проходите, я сейчас принесу горячую воду…

– Моя фамилия Крымов.

Она уронила мокрое полотенце, которое держала в руках. Подняла его, выпрямилась и покачала головой:

– И как же это я сразу не догадалась. А ведь я видела вас мельком… Агентство, ну как же!

– Вы не могли меня видеть, потому что сразу же зашли к Земцовой.

– Я видела вас через окно, вы сидели, должно быть, в своем кабинете. Кроме того, я видела рекламу вашего агентства в газете, а там, если вы помните, была ваша фотография.

– Тем более странно, что вы предложили мне сделать маникюр…

– Вы по делу? У вас есть новости? Готовы результаты экспертизы белья? Крови?

– Какой красивый у вас крестик… – Крымов уже несколько секунд смотрел на глубокую ложбинку на груди Ларисы, в которую уткнулся, словно спрятавшись от нескромных глаз, совсем уж интимный, до неприличия маленький золотой нательный крестик; тончайшая цепочка, держащая это крохотное распятие, сверкала вытянутым треугольником от шеи и до выреза халата.

– Кстати, о крестике. Вы знаете, это не мой. Я говорила о нем Юле – этот крестик с цепочкой я тоже нашла в моей новой квартире. Это – единственное, что я забыла отдать ей на экспертизу. А ведь крестик необычный, я таких раньше нигде не видела. Вот, посмотрите, в самом центре, на пересечении линий, крошечный бриллиант или, возможно, хрусталик. А рядом – вмятинка, ее довольно хорошо видно.

– Я лично ничего не увидел, потому что этот крестик предпочел дневному свету ваше нежное тело. Его почти не видно на вашей груди…

– Крымов, я знала, что вы опытный соблазнитель, но не предполагала, что до такой степени.

– И кто же вам рассказывал обо мне?

– Подружки, – хмыкнула она, качнув головой в сторону притихших девушек, работающих рядом и с любопытством рассматривающих Крымова. – Они знают вас, а вот уж откуда – этого я не знаю. Должно быть, у вас был роман с одной из них…

– Скорее всего у меня были романы с их клиентками – я предпочитаю богатых бездельниц парикмахершам и маникюршам…

– Мне можно прямо сейчас ударить вас по физиономии или отложить на потом? – покраснела Лариса, явно шокированная такой грубостью и цинизмом.

– Вы не маникюрша, Лариса, и прекрасно об этом знаете. Человек, который в состоянии купить квартиру в доме, о котором даже я могу только мечтать, не может целыми днями вычищать грязь из-под ногтей… Пойдемте ко мне в машину, и вы мне все-все расскажете, хорошо? Я понимаю, что с Юлей вы могли бы быть более откровенной, но время идет, дело стоит, а Юля сейчас занята другим, тоже очень важным и срочным делом – я отправил ее в командировку в Москву, и вернется она не раньше, чем завтра-послезавтра.

Он не мог сказать ей, что Юля улетела в Петрозаводск, а потому на ходу выдумал Москву.

– Я не пойду в вашу машину. Рассказывать вам мне абсолютно нечего. Но если вас что-то интересует, то я готова ответить на ваши вопросы прямо здесь, в холле, тем более что он пустой. Спрашивайте.

– Откуда у вас деньги на покупку квартиры?

– У меня был мужчина, который неплохо зарабатывал. Он купил мне две квартиры в Петрозаводске, их я впоследствии продала.

– А мужчина? Куда делся мужчина? И разве можно так разбрасываться богатыми любовниками?

– Значит, можно.

– Он жив?

– А почему вы спрашиваете об этом?

– Мало ли…

– Да, он жив, я даже могу дать вам его адрес и телефон в Петрозаводске, и вы сами убедитесь в том, что я говорю правду. Он держит два ресторана и казино. Его фамилия Соляных. Зовут Николаем.

– Почему вы с ним расстались?

– А вот это уже не ваше дело.

– И он смирился с тем, что вы уехали из Петрозаводска и продали подаренные им квартиры? Ведь должно было случиться что-то особенное, чтобы вы решились на такой отчаянный поступок.

– Что случилось, то и случилось. Говорить с вами на эту тему я не собираюсь. Быть может, когда у меня будет соответствующее настроение, я сама расскажу об этом, но только Земцовой, тем более что она мне очень понравилась. Она умная и сердечная девушка, а сейчас таких мало… Я вообще не понимаю, как вы могли ее отправить в какую-то там командировку, если я наняла вас и заплатила вам деньги, чтобы вы вели в первую очередь МОЕ дело… А ведь сумма-то довольно приличная. Если вы пришли сейчас ко мне, чтобы я доплатила вам за срочность, то я готова… Ради этого я могу снять с книжки остальные деньги и отдать их вам. Поймите, что я плачу НЕ ВАМ, а лишь за свое спокойствие. Мне надоело жить в постоянном страхе. Ведь вы все сначала не поверили мне, посчитав меня сумасшедшей, но теперь-то так уже не думаете? Ведь и Шубин видел кровь на зеркале… А Юля, бедняжка, так испугалась, когда появилось это платье…