Чтение онлайн

Потерявшийся в долине жеребенок был всего лишь минутным утешением для отчаявшейся матери. Но это минутное утешение могло здесь же ее и погубить.

Эльса увидела в небе стервятников, – первый признак того, что где-то поблизости бродят грозные хищники долины. Самка напряглась и с опаской взглянула в сторону притихших холмов: ее насторожил донесшийся оттуда протяжный зев льва.

Этот голос был хорошо знаком львице. Хищники из ее прайда не раз подвергались нападениям Алихана и его негласной своры.

Лев, который отказывался признавать границы раздела земель хищниками, которому была чужда семейная жизнь и присущие ей устои. Он свободно бродил вместе с кочевыми зверями по северу континента и оставлял за собой право охотиться на территориях, подвластных тамошним хищникам.

Алихан зарекомендовал себя тираном и в долине озер. При первой же возможности он расправлялся с неугодными ему львами и другими хищниками. Не жаловал он и львят, если заставал их одних, без защиты матерей.

И только южные земли саванны Алихан обходил стороной, – обширные территории, которые принадлежали прайду Гектора. Гектор уступал грозному сопернику в размерах, хотя и был старше его. Однако он мог положиться на самок из прайда. Сами же самки могли рассчитывать на защиту и защиту своего потомства до тех пор, пока оставались преданными Гектору.

Эльса была одной из таких самок. Но сейчас она находилась на чужой земле. Львица понимала, что, попадись она на глаза Алихану, живой он ее не отпустит. Как и понимала, что оставить в живых жеребенка означало для нее забыть дорогу к родному логову.

***

Солнце забрало последний луч с предгорной равнины и скрылось за горизонтом, оставив пасшихся там зверей наедине с их страхами.

Стараясь не обращать внимания на сгущавшуюся вокруг темноту, продолжала поиски жеребенка Фрида. Неутомимая газель быстро пробежалась по окрестностям Джакобы, пересекла поперек равнину и направилась к холмам.

Пройдя мимо толпившихся у холмов зверей, Фрида вышла к табуну зебр. Отыскала в табуне Даяну и поспешила к ней.

– Подожди, – окликнула газель зебру, попытавшуюся скрыться от нее за спинами других самок из табуна.

Даяна опустила голову и, пробив по земле копытом, раздраженно фыркнула в ответ. Но все же остановилась.

– Я хотела спросить, – подбежав поближе, прокричала зебре запыхавшаяся антилопа.

– Тише! Не так громко, – предупредила ее Даяна, ощутив на себе недовольные взгляды самок.

Зебра обернулась и посмотрела на газель: та вся дрожала, подкашиваясь от усталости, и нервно оглядывалась по сторонам.

– Ты не видела моего сына? – обреченно проронила Фрида, перехватив дыхание.

Зебра замешкалась и отвела взгляд от газели.

– Я его потеряла из виду во время дневного нападения гепардов, – нетерпеливо продолжила антилопа, – и с тех пор все никак не могу найти.

– Я не видела, – тихо сказала Даяна и невзначай добавила: – Ты не думала…

– Нет конечно! – перебила ее газель. – Он жив! Я это знаю. Я должна его найти, пока не стемнело.

– К сожалению, ты здесь не одна такая, – отозвалась одна из зебр, стоявших за спиной Даяны. – Сегодня на равнине весь день слышатся голоса отставших от матерей детей.

– Я уже всю равнину обыскала – без толку. Куда он мог подеваться?

– Успокойся, – ответила ей Даяна. – В таком состоянии как бы тебе самой не стать жертвой хищников предстоящей ночью.

– Как я могу успокоиться, когда мой сын пропал? – нервозно вскрикнула газель, обратив на себя внимание пасшихся рядом гну.

– Тише ты! Не хватало только, чтобы опять паника началась, – зебра раздраженно фыркнула и с непринужденным видом поплелась в сторону холмов.

Фрида развернулась и покорно отправилась вслед за ней.

– Теперь послушай меня, – сказала Даяна приблизившейся к ней газели. – Подножного корма для гну на равнине уже практически не осталось. Большинство из них к завтрашнему утру уберутся отсюда, и ты спокойно сможешь отыскать сына. Уверена, ты услышишь его зов еще на рассвете.

– Я боюсь, как бы с ним ничего дурного не случилось этой ночью.

– Не бойся. Главное, сама не попадись какому-нибудь хищнику до наступления утра.

– А вы куда направляетесь? – поинтересовалась у зебры Фрида, обратив внимание на передвижения самок в ее табуне.

– Подальше от этих холмов. Ночевать лучше на открытой равнине, где нет деревьев и кустов, в которых могут прятаться хищники.

Газель с опаской взглянула в сторону видневшихся за холмами зарослей слоновой травы.

– Почему ты так уверена, что гну к завтрашнему дню здесь уже не будет? – уточнила у подруги Фрида. – За холмами наверняка остались пастбища с угодной для них травой.

– А ты попробуй сунуться туда, – предостерегла самка антилопу. – Те пастбища подмяли под себя носороги и буйволы. И вряд ли они нас подпустят к ним до тех пор, пока не закончится на юге засуха.

– Зебрам еще осталось чем поживиться на этой равнине?

– Вроде как, – ответила Даяна и украдкой взглянула на табун. – Но ненадолго. Дождей здесь не предвидится в ближайшее время, в этом я уверена.

– И куда же думаете податься?

– На север, к восточному побережью Оливии, – зебра отвела взгляд от табуна и тихо добавила: – Только бы успеть родить до того, как наш соберется с мыслями.

– Что же вы не учли сезонные изменения климата? – резонно спросила Фрида. – С этим можно было и повременить.

– А ты поди и объясни это самцам, когда у них одно на уме.

– Такова их природа. Это еще хорошо, что они поддаются инстинктам. Иначе так и вовсе чахли бы мы за ненадобностью.

Зебра обернулась и искоса взглянула на газель. Она не совсем поняла, что та имела в виду. Но вынуждена была согласиться с ее мнением, потому как прямо в эту секунду в ней самой зарождалась жизнь, способная не только направить на новые свершения и эмоции, но и заставить забыть старые неудачи и обиды.