Сборник "Похитители душ"
Шрифт:
МОМЕНТ ВРЕМЕНИ – 5 ОКТЯБРЯ 1995 ГОДА, 19.32.
Александр Иосифович Тапкин, подвижник российской науки, задерживался на работе. В половине восьмого вечера он позвонил жене, предупредил, что придет поздно. Прямо перед ним на сейфе, рядом с телефоном лежала таблица, подготовленная лаборанткой Машенькой. Александр Иосифович дружил с логикой и доверял статистике. Странная картина вырисовывалась из сухих цифр. И тянула за собой еще более странные выводы.
Продолжая задумчиво потирать переносицу, Тапкин зашел в свою комнату, взял со штатива две пробирки и направился к стоящей в коридоре ультрацентрифуге. Ему не терпелось проверить одну интересную догадку, которой сегодня днем поделился с ним его научный сотрудник охламон Дуняев. Центрифуга стоила немалых денег, поэтому обращались с ней крайне осторожно и почтительно. С другой стороны, за двадцать лет работы руки уже привыкают выполнять некоторые операции раньше головы. Поставил, закрыл, вкл., разгон. 10 тысяч оборотов, 20, 50, 100…
Александр Иосифович не дождался требуемых трехсот. На скорости примерно 200 тысяч оборотов в минуту пятикилограммовый ротор соскочил с оси, пробил металлическую внутреннюю «кастрюлю» и вылетел наружу. Слабое человеческое тело не стало для него серьезным препятствием. Оставляя в стенах безобразные дыры, он еще с минуту летал по коридору и наконец затих.
ИДЕТ ИЗМЕНЕНИЕ ЛИНИИ 70.
НЕ ДОПУСТИТЬ ПОЛУЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ ОБЪЕКТОМ З-0070.
ВЫПОЛНЕНО.
ВОССТАНОВИТЬ БЕЛКОВУЮ ОБОЛОЧКУ ОБЪЕКТА З-0070.
ВЫПОЛНЕНО.
ОБЪЕКТ З-0070.
ТУЗЕМНОЕ НАЗВАНИЕ «ТАПКИН АЛЕКСАНДР ИОСИФОВИЧ».
МОМЕНТ ВРЕМЕНИ – 5 ОКТЯБРЯ 1995 ГОДА, 13.56.
ИЗМЕНЕННАЯ ЛИНИЯ.
– Игорь Валерьеич, – пискнули сбоку, – я вам принесла…
– Очень хорошо, Машенька, – весело отозвался Игорь, глядя на лаборантку сверху вниз, – и что же вы мне принесли?
– Вот. Статистика, как вы просили…
– Что вы говорите! – наигранно удивился Поплавский. – Какая проза! А поинтересней вы ничего не нашли? Например, два билета в цирк. Вы любите цирк, Маша?
– Да, – очень тихо ответила лаборантка. Под веселым взглядом Игоря она начала краснеть.
Он взял у Маши из рук листки, быстро просмотрел заполненные круглым аккуратным почерком таблицы, вернул их лаборантке и сказал:
– Очень хорошо, Машенька. Просто отлично. Теперь можете положить все ЭТО, – он намеренно сделал ударение на слове «это», – в папку и везти в Горздрав. Прямо сегодня этим и займитесь. Выпишите себе местную командировку – и вперед!
Маша открыла рот, чтобы что-то спросить, но Игорь уже летел по коридору.
– Все, Машенька, все! – крикнул он на бегу. – Вы молодец! В лабораторию сегодня можете не возвращаться!
МОМЕНТ ВРЕМЕНИ – 5 ОКТЯБРЯ 1995 ГОДА, 17.43.
Последний кусочек дня был самым приятным. Игорь облачился в костюм и долго вертелся перед шкафом в ординаторской, пытаясь разглядеть свое отражение в полированной дверце. Резко зазвенел телефон.
– Игорь Валерьевич, вы еще на месте?
– Нет, Александр Иосифович, – весело ответил Игорь, – вы ошиблись. Меня здесь уже нет, я убежал три минуты назад.
– Извините, пожалуйста, я отвлеку вас ровно на полминуты, – торопливо произнес деликатный Тапкин, – я просто хотел спросить: как там у нас со статистикой?
– У нас, Александр Иосифович, все прекрасно! Маша уже отвезла эту писанину в Горздрав.
– Спасибо большое! – Тапкин обрадовался так, будто речь шла не о глупейшей статистике, а об ордере на новую квартиру для самого Александра Иосифовича.
МОМЕНТ ВРЕМЕНИ – 5 ОКТЯБРЯ 1995 ГОДА, 19.32.
Александр Иосифович Тапкин, подвижник российской науки, задерживался на работе. В половине восьмого вечера он позвонил жене, предупредил, что придет поздно. Ему не терпелось проверить одну интересную догадку, которой сегодня днем поделился с ним его научный сотрудник охламон Дуняев. Тапкин зашел в свою комнату, взял со штатива две пробирки и направился к стоящей в коридоре ультрацентрифуге. Центрифуга стоила немалых денег, поэтому обращались с ней крайне осторожно и почтительно. С другой стороны, за двадцать лет работы руки уже привыкают выполнять некоторые операции раньше головы. Поставил, закрыл, вкл., разгон. 10 тысяч оборотов, 20, 50, 100… Догнав до трехсот, Александр Иосифович ушел в свою комнату.
УСТРАНЕНИЕ ОСТАЛЬНЫХ БИЕНИЙ НА ЛИНИИ 5 – АВТОМАТИЧЕСКОЕ.
УРОВЕНЬ ВМЕШАТЕЛЬСТВА – 4Д.
ЛИНИЯ 14.
ОБЪЕКТ З-0104.
ТУЗЕМНОЕ НАЗВАНИЕ «ШЕСТАКОВ МИХАИЛ».
ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПРОВЕДЕНА.
ОБЪЕКТУ З-0104 ВОССТАНОВИТЬ БЕЛКОВУЮ ОБОЛОЧКУ.
МОМЕНТ ВОССТАНОВЛЕНИЯ В ТЕКУЩИХ КООРДИНАТАХ – 13 ОКТЯБРЯ 1995 ГОДА, 22.56.
ВЫПОЛНЕНО.
ТОЧКИ ПОТЕНЦИАЛЬНЫХ БИЕНИЙ – ПЕРЕСЕЧЕНИЕ ЛИНИИ 104 С ЛИНИЯМИ: 1, 3, 5, 43.
УСТРАНЕНИЕ БИЕНИЙ – ИДЕТ УСТРАНЕНИЕ.
ОБЪЕКТ З-0104.
ТУЗЕМНОЕ НАЗВАНИЕ «ШЕСТАКОВ МИХАИЛ».
МОМЕНТ ВРЕМЕНИ – 14 ОКТЯБРЯ 1995 ГОДА 22.56.
БАЗОВАЯ ЛИНИЯ.
– Погоди, старик, не суетись. Сейчас попьем чаю, все и обсудим. – Тут Миша, которого не брали ни «Распутин», ни «Асланов», ни даже «Ельцин», хлебнул индийского со сливовым вареньем и моментально запьянел. Он навалился грудью на стол и, переводя тяжелый взгляд с Валеры на Сашу и обратно, мрачно изрек: – Все, мужики. Отъездился. – Выдержав хорошую паузу, он немного бессвязно, но горячо продолжил:
– Вы ребята свои, с вами можно… поговорить. Валерку я знаю с пацанов. Хоть и дрались, бывало, но он – друг, я знаю. Ты – тоже… – Миша положил руку Саше на плечо, вложив в этот жест все свое расположение к нему. – Я в деревню, наверное, уеду. Подальше от этого бардака. А еще лучше – в Сибирь, в тайгу… Я не трус, вот Валерка скажет… Я ни в какую эту чертовщину не верю… Но что я должен думать, когда целый вагон, понимаешь, целый вагон крови, два трупа, пятнадцать человек изодраны в клочья… как будто стаю волков выпустили. И никто ничего не помнит… половину народа в дурдом увезли…
– Гипноз, – уверенно сказал Валера.
– Да иди ты на… со своим гипнозом! Я сам видел их руки и ноги: там зубы собачьи остались! Даже если они все с ума посходили между «Академической» и «Политехом» и кусаться начали, что ж у них – зубы другие выросли?! Я специально проверил: ни одной собаки в вагоне не было! Даже самой маленькой шавки! – Миша махнул рукой, плеснул себе водки в стакан и выпил без тоста, не поморщившись. – Что, не веришь? Вон, возьми протоколы, почитай! «Множественные укусы неизвестного животного».