Чтение онлайн

– Где Карс? – спросил он, продолжая оглядываться по сторонам. Я закатила глаза, фыркнула и покряхтела.

– У нас тут междоусобная разборка, ничего необычного, – я развела руками и быстро натянула на лицо улыбку, аля ничего такого, забей. Кай взглянул на меня с таким выражением лица, будто ему откровенно говоря похер, что там у нас с Максом.

– Ты не против, если я с тобой сяду? – пропуская меня в класс, поинтересовался шатен, с дрожью взглянув на учительницу физики, расписывающую какие-то заклинания по призыву демонов на доске.

– Нет, – ответила ему я, удостоверившись в том, что брюнет пересел на другую парту фактически в самый угол класса. Теперь мы будем друг на друга дуться!? Потрясающе!

Прозвенел звонок. Мы с Каем уселись на свободное место, скинули учебники на парту и меня снова начали обсуждать. Аж живот скрутило от этих шептаний по всему кабинету. Рита то, Рита сё. Рита сначала с одним, потом с другим. Из-за того, что со мной сел Кай меня, видимо, автоматически записали в шлюхи. Логично, логично.

Учительница развернулась к классу, мерзко проведя мелом по доске от чего даже мурашки по спине пробежали. Ужас какой! Этот мерзкий скрип ударил по ушам и хотелось швырнуть в эту тётку портфелем! Она нацепила на нос очки и пробежалась глазами по списку учащихся.

– Так-с, – загадочно протянула она, водя ручкой по списку. Самый напрягающий момент. Ноги подкашиваются от этих размышлений у журнала... – Кай? Как дела с математическим и пружинным маятником?

– Всё. Очень. Плохо! –кратко ответил парень в надежде, что от него так просто отвяжутся. Учительница усмехнулась, махнула головой подзывая парня к доске и взяла с маленького выступа мел. Шатен взглянул на меня, поджав губы и чуть ли не заплакав, подошёл к доске и взял предложенный ему мел. – И что мне делать?

– Напиши мне две формулы для нахождения частоты механических колебаний, – опустив руку на журнал, учительница смотрела на парня и косо поглядывала на класс. Никто не ожидал, что нас будут тормошить по самым первым темам. Кай написал букву, которой обозначалась частота и застыл, как будто увидел что-то очень страшное и от страха не мог пошевелится. – Ну? А дальше?

– А я не помню, – спокойно ответил парень, почёркав мелом по доске, вырисовывая какую-то хрень. – Физика совсем не мой предмет. Я уже устал Вам повторять, что вызывать на это меня не нужно. Я всё равно ничего не запоминаю.

– Может ты будешь приходить ко мне после уроков на индивидуальные занятия по физике? Поверь, мне посидеть с тобой до восьми не трудно.

– Мне сидеть с Вами до восьми трудно. Мне сорок пять минут тут сидеть трудно, – он аккуратно положил мел на маленький выступ у доски, улыбнулся шокированной учительнице, которая покраснела от накипающей ярости к своему предмету, а после парень вернулся за парту, разведя руками перед смотрящей на него преподавательницей.

– Весь прошлый год я терпела твоё неуважение к моему предмету, но это уже наглость! Вам сдавать экзамены в конце года! Собираешься так же выступить на годовом тесте? – забухтела учительница, фыркая и брызжа слюной от злости. – Ты же вообще ничего не учил и ни разу ничего мне не рассказал! Позорище!

– Я гуманитарий, – только и сказал Кай, внимательно выслушав физичку. Что ж, уважаю, отличный ответ, +50 к тому, что он мне нравится всё больше. Он не шарит в этой математике и физике, которые хуже, чем французский или, чёрт, даже традиционный китайский проще, чем всё это... Формулы, цифры – ад, одним словом.

– Мне за Вас стыдно, молодой человек, – она безнадёжно развела руками. – Что ж, раз уж гуманитарий – Кай отказывается рассказывать мне о свойствах колебаний маятников, то пусть это сделает кто-нибудь другой... – Она снова провела пальцем по журналу и взглянув на класс, с осознанием того, что большая часть на её предмет клали всё, что только можно было, вызвала Кэтрин, так как была уверена в её готовности отвечать скучный заумный параграф.

Кай сел, раскрыл тетрадь для виду, я повернулся ко мне полубоком, улыбаясь, конечно не так, как мне нравилось, видимо это та самая улыбочка, аля я тебе улыбаюсь, а ты таешь как снежинка в тридцатиградусную жару. Я бы повелась, если бы не... даже не знаю что. Наверное, просто сильнее этого.

– Как же я её ненавижу, – сделал он заключение, медленно отводя медовые глаза в сторону. Плавно, чуть-чуть вздёрнув густой бровью. Его бледные губы были слегка приоткрыты, острый кончик языка еле-еле касался их, медленно облизывая. Они по природе своей такие сексуальные или это многолетний жизненный опыт по соблазнению девушек? Всё никак не могу это понять.

– Мне она тоже не нравится, хотя я на её уроке второй раз, – я согласилась, ведь женщина она была не приятная и в придачу очень требовательна к своей предмету, который как уже понятно, мало кому был нужен.

– Первое впечатление в этом случае правдиво как никогда, – он снова посмотрел на меня, чуть-чуть махнув головой, убирая чёлку с глаз. Ровные черты лица размазались в полутени, создаваемой светом из окна, которое находилось за его спиной. Я только сейчас заметила, что у него было пробито правое ухо. Это была маленькая серьга-гвоздик, из серебра, я полагаю, в середине был синий матовый камень. – Оу...

– Что? – я испугалась и быстро отвела глаза, так как уже начала пялиться на него. Стыло слегка стыдно.

– Это не серебро, а белое золото, – он усмехнулся, но попутно вызывал прилив ярости. Они обнаглели совсем? Лезть в мою голову – это слишком. Делать это два раза за день – край. – Тс-с-с, зай, ты же не хочешь, что бы нас выгнали из класса из-за твоих истерик?

– Никогда больше не читай мои мысли, – фыркнула я, заговорив ещё более тихим шёпотом, потому что учительница приступила к объяснению новой темы. Кай поднял голову выше и посмотрел на меня сверху, так высокомерно. Взглянул как на какую-то букашку, даже мерзко.

– Заставь меня не читать их, – он ехидно улыбнулся приподняв густую бровь и окинув меня хитрым взглядом янтарно-медовых глаз. Чертовски красив, поганец! К тому же намного наглее и нахальнее, чем Макс. Сначала он показался мне просто милым пареньком, который рад вниманию девушек, но теперь начинаю понимать, где собака зарыта. – Если найдёшь весомую причину не лезть тебе в голову, я может быть и перестану.

– Хитро-хитро, – я усмехнулась и покачала головой, мельком поглядывая на доску по которой ездил скрипучий мел и по его траектории вырисовывались страшные выводные формулы. – Пуля между глаз тебя убедит?