Чтение онлайн

В дверь номера постучали через несколько минут. За дверью послышался низкий мужской голос, успокаивающий:

— Да я-то верю, что это не ты, но Любовь Николаевна сказала тебя привести. Из девок тебя кто-то подставил. Они ушлые, ничего не боятся! Я по камерам посмотрю, вдруг чего увижу.

Мужчине ответили. Едва слышно, но мне был знаком этот голос. Я узнал бы его даже по шёпоту.

Я пересёк комнату за несколько шагов и распахнул дверь, жадно вглядываясь в девушку и не веря своим глазам:

— Янина?

Я обвёл взглядом её фигурку и личико. Чертовка. Ни хрена не изменилась. Только вид смертельно уставший, как намертво прилипший. И глаза огромные-огромные, полные слёз и обиды. Янина нахмурилась и сердито взглянула на меня.

Я схватил её за запястье и потащил в номер.

Охранник, пожилой мужчина, нахмурился:

— Мужчина, вы руки-то не распускайте! Может быть, у вас и пропал кошелёк, но вина Янины не доказана. Это всё досужие домыслы! Моё мнение — так вообще надо полицию вызывать и снимать отпечатки пальцев! — закончил он гневную тираду.

— Зайди, а? — спросил я, глядя только на Янину. — Разговор к тебе есть.

— Кажется, вы что-то хотели спросить? — опять встрял охранник, чем немало выбесил меня. Что он встревает? Кто он Янине? На стариков потянуло, что ли?

— Спасибо, дядь Толь. Идите. Я знаю этого мужчину. Владимир — мой деверь, — ответила Янина. — Идите, идите. Я скоро спущусь…

Охранник коротко кивает и нехотя уходит.

Я втаскиваю Янину в номер, чувствую, как меня начинает колотить безумной дрожью и яростью с привкусом моей одержимости… Ею.

Я захлопываю дверь и заставляю себя отойти на несколько шагов. Хотя хочется совсем иного. От одного вида пухлых губ без следов помады у меня подскочил пульс, и резко ударило в голову возбуждение. Я как будто вечность воздерживался от секса.

Сейчас меня дико штормит. Сучка всё так же хороша и притягательна для меня. Даже шрамик на щеке виден, только побледневший. Моя любимая и ненавистная метка на ней. Лунная…

— Работаешь уборщицей? — спрашиваю я.

Спрашиваю совсем не то, что хотел. Мой голос резок и полон недовольства. От осознания того, что меня на ней всё так же безумно клинит, только сейчас стало ещё хуже. Потому что я не видел Янину целую вечность и соскучился по ней, как по чистому воздуху.

— Работаю. Приходится, — едва слышно отвечает она, пряча глаза.

— Ха. Уборщица? Именно этого ты и хотела, да? А что глаза от меня прячешь? Стыдно? Зачем воровать?

Янина вскидывает на меня возмущённый взгляд.

— Это не я! Я здесь работаю и прибирала в этом номере. Но я не воровка!

— Кроме тебя, в моё отсутствие в номере никого не было, — возражаю я. — Впрочем, можешь оставить все деньги себе. Но взамен я хочу кое-что получить!

Владимир.

Я не ожидала его увидеть здесь. Не думала, что мы увидимся когда-нибудь. Ещё и при таких обстоятельствах.

В целях собрать как можно быстрее деньги на операцию для Илюши, я хваталась за всё подряд. Я очень много работала, выполняя работу по бухгалтерии на дому, и бралась за любую подработку. Даже за такую.

Дядя Толя работал охранником в отеле и на той фирме, где я подрабатывала бухгалтером. Он как-то сказал, что нужна подменная уборщица. А мне было плевать. Я была согласна на всё.

Дядя Толя замолвил за меня слово перед управляющей, я авансом взяла деньги за месяц работы.

У меня в голове крутились мысли только о своём сынишке, жизни которого угрожает опасность. Я видела перед собой только одну цель и не задумывалась ни о чём другом.

Я убирала этот номер, так же, как и другие. Но я ни за что не стала бы воровать.

Но Владимир, похоже, не верит. Никто не верит. В отеле знают, что мне срочно нужны деньги. К тому же в отсутствие Володи только я заходила в номер. Все указывало на меня.

И в первую очередь укоряющий взгляд Владимира, полный сожаления.

А я… чёрт! Почему я чувствую себя виноватой? Я же не крала его чёртовы деньги! Но я виновата перед ним во многом другом.

Чувство вины резко накрывает меня с головой. Я начинаю нервничать. Я как будто вернулась на три года назад.

Володя легко считывает моё состояние. Он всегда чутко относился ко мне. Моё чувство вины он ощущает не хуже меня. Но делает неправильные выводы. Он посчитал, что мне стыдно из-за воровства.

— Володя… Володя… Я не брала твой кошелёк. Я не воровала деньги.

Я чувствую себя нашкодившим ребёнком, стоя перед ним. Дрожу, как сухой лист дерева, который вот-вот подхватит ветром и унесёт.

Не хочу разглядывать его. Но сама разглядываю.

Владимир опять отрастил волосы. Волнистые пряди аккуратно подстрижены и уложены. Он возмужал на лицо так, будто прошло лет пять или семь, а не неполных три года.

Взгляд стал ещё тяжелее.

Или я просто давно его не видела.

Так давно, что сейчас его взглядом меня пригибает к полу. И я, быстро окинув крепкую, ладную мужскую фигуру взглядом, начинаю рассматривать носки своих туфель.

— Не ты? — спокойно спрашивает Владимир.

Он неторопливо подходит и останавливается напротив. От запаха его парфюма начинает кружиться голова, и становится тяжело дышать.

— Если человек решается на воровство, значит, ему очень сильно нужны деньги. Янина.

Владимир одной рукой стискивает плечо, а пальцами второй руки поддевает подбородок, вынуждая посмотреть на него.