Счастье на крови

Смешит нас горе, но печалит счастье.

Мы ищем правду в откровенной лжи.

Бывает нам уютно лишь в ненастье.

Как искренно мы верим в миражи!

Нам ненависть привычнее любви.

А радость вызывает в нас страданье.

Мы счастье свое строим на крови.

Любви предпочитаем обладанье.

Любой полет падением считаем.

И добродетели нам сладостнее грех.

Где надо воздвигать – мы там копаем.

Чужой провал в нас вызывает смех.

Мы с удовольствием глазеем на уродство.

Толпой бросаем камни в Красоту.

И величаем мудростью юродство.

В любом наряде ищем наготу.

Мы постоянно видим в чистом гадость.

В товар мы обратили даже честь.

Мы плачем, но, скрывая свою радость,

Спасителей своих ведём на крест.

Затеялось солнце в серой хмари туч.

Стылый зимний холод… Как же ты живуч.

Ледяною лапой скована душа.

В сердце входит стужа – тихо, не спеша.

Потолок в потеках. Нудно плачет кран.

И стремления к жизни притупилась грань…

Мы смеемся плача. Убегаем вспять.

Копим чтобы тратить. Дарим чтоб отнять.

Ласково и нежно причиняем боль.

Чтобы жить реально, мы играем роль.

Бьем, чтоб полюбили. Лжем, чтоб убедить.

Проиграть готовы, чтобы победить.

Ненавидя любим. Падаем, чтоб встать.

И сжимаем губы, чтобы закричать.

Чтоб виднее стало, ждем кромешной тьмы.

Чтоб вернуть неволю, рвемся из тюрьмы.

Мерзнем, чтоб согреться. Тонем, чтобы плыть.

И звереем, чтобы человеком быть.

Ты как любовь тропической красотки:

Солёная и терпкая, бурлит,

И сердце пламенеет и кипит!

И хочется холодной водки.

В твой ясный день не хочется трудиться:

Мне парус яхты мнится, скорость!

И брызг морских забористая морось!

Душа моя несется вдаль, как птица…

…Или в лес. Подальше, в тень! К деревьям и кустам.

Познать журчанье родниковых струн,

Иль вникнуть в таинство эльфийских рун…

Лежать в траве. Забыть про городской бедлам.

И тёплая твоя беспечность,

Асфальта марево, ядреный квас

Невольно заставляют нас

Забыть про Вечность.

Слово короткое – Цой.

Хлестко, по нервам.

Мыслей обидных – рой.

Кто-то быть должен первым.

Челюсть вперед. Микрофон

Давит в себе дикий стон.

Песня, как кровь из вен.

Зависть попсовых сирен…

Зелень стекла вместо огня,

Синий цветок на кухне…

Дайте… Дайте… Дайте огня!!!

Дайте… Иначе все рухнет.

Боже, зачем ты убил сыновей?!

Мы не хотим прощаться.

Боже. Боже… Эй…

Как до тебя докричаться…

Я пришел в этот Мир безгреховным.

Он же грех этот силою мне навязал.

Я пришел в этот Мир невиновным.

Поднатужился Он, но вину мою всё ж доказал.

Я пришел в этот Мир – я был чист и наивен.

Я пришел в Него чистой страницей, слезой.

Отчего же порою, скажи, сам себе я противен?

И как часто исполнен черною, злою тоской…

Я пришел в этот Мир без долгов, без глупых обетов.

И тотчас был записан как наглый и злостный должник.

Я устал защищаться от подлых и грязных наветов.

Да и кто из нас, люди, к такому, увы, не привык?

Я пришел в этот Мир обнаженным.

Я в него не просился, и о Нем ничего я не знал.

Я пришел в этот Мир обречённым.

Только вот почему-то никто мне о том не сказал.

Как передать тебе посланье?

Куда запропастилась ты?

В душе бедлам, разброд, шатанье

И разведенные мосты.

Наитие ль меня подводит?

И есть ли то, о чем молчу?
–

Как изредка ко мне приходит,

С кем чаще видеться хочу.

А может мне лишь показалось?

И вовсе места чувствам нет?

Зачем же взглядами бросалась?!

И может зря пишу сонет…

О’кей, к тебе я обратился.

Американский сленг прости.

Я не по адресу явился.

Цветам уж больше не цвести…

Здесь ночь светла, а день чернее тьмы.

Красноречивы стены, болтуны немы.

Коварство – счастье. Разум лишь беда.

Не доверяешь явному и веришь в “Никогда!”

Здесь вечность мимолетна – бесконечен миг.

Молчанье оглушает, но беззвучен крик.

Здесь грубость вежлива и вежливость подла.

Здесь правда ненавистна, ложь мила.

Лишь здесь глухие слышат. Зрячие слепы.

Ущербны гении и умны глупцы.

И доверительность страшнее всех пороков.

Немало здесь получишь ты уроков.

Крошево мыслей. По воле тоска.

Стены. Решетка. Муть потолка.

Счастье… Несчастье… Ночи кошмар.