Счастливчик
Шрифт:
– Не молчи, Чат. Ты знаешь, что тоже…
Зачем слова? Кому нужны эти пустые слова?
Лицо Росси склонилось над ним, грудные пластины сладко вдавились в грудь, и он почувствовал, как начинает биться его второе сердце.
Губы, так часто шаловливо целовавшие его, прикоснулись вновь. Но… Совершенно незнакомое, слишком необычное, чтобы оказаться правдой, ощущение. Нечто воздушное, кружащее голову, заставляющее забыть обо всем…
– Ты знаешь, что я хочу…
– Ты знаешь, что я хочу…
… Тяжелый гул накрыл их в одно мгновение, вдавил в землю, разметал хранившие тепло двух тел листья.
Росси испуганно дернулась, но Чат удержал ее у себя, прижав голову к груди.
– Не двигайся.
Сестра послушно затихла. Чат поднял глаза вверх и не увидел звезд.
Все небо заслонила огромная, переливающаяся разноцветными огнями широкая Тень. Чат просто не знал, как назвать то, что он видел. Но он почувствовал – это не живое. Огромный кусок мертвой породы, летящей по пустому небу.
Тень остановилась. Замерла. И выбросила под собой толстый серый столб.
– Быстро, уходим, – Чат подхватил сестру под руку и бросился к выходу Северного Рукава. Только заскочив в него, он смог остановить бешено мечущееся сердце.
– Что это? – тело Росси мелко подрагивало, отчего чешуйки издавали тихий дребезжащий звук, – Великое Светило?
Чат подумал то же самое. Но буквально через мгновение пришло понимание – нет. Этот кусок не дает тепла. И слишком много шумит. Что—то, что было выше его желания спрятаться поглубже в Твердь, заставило выползти на Поверхность. И то, что он увидел, наполнило все его существо страхом и волнением.
Чат увидел людей. Нигде и никогда он не слышал этого слова, даже не понимал его значения. Но твердо знал, перед ним, копошащиеся, в наступающем утреннем тумане, люди.
– Люди?
– Что ты говоришь, Чат? – верная сестра прижалась сзади и жадно всматривалась в шатающиеся силуэты.
– Это люди, —повторил Чат, – И они…
Он не знал, как сказать это. В существах, которых он видел впервые, он узнал себя. Клан… Стаю… Людей…
Росси тоже разглядела силуэты, охнула и потянула брата обратно в горло Северного Рукава.
– Чат… Чат! Давай уйдем… Спрячемся внизу. Пожалуйста…
Но она уже поняла – Чата не удержать. Не остановить. Потому, что увидела в его сверкающих глазах зов стаи. Его, Чата, стаи.
Чат бросился вперед даже ни мгновения не подумав. Не задержавшись, чтобы еще раз взглянуть на ту, которая в эту ночь стала его кровной самкой.
И единственное, что смогла, прошептать вслед Росси:
– Я уважаю тебя, муж мой…
Его заметили почти сразу. Фигурки у серого столба, поддерживающего Тень, заметались. Послышались незнакомые звуки. На него, на Чата стали показывать руками. С точно такими же кистями, как и у него. И еще у этих… людей точно такие же лица, волосы. Глаза.
Чат улыбался. Чат радовался. Чат верил.
Он слишком поздно услышал предостерегающий крик Росси. И только тогда заметил, как из—за деревьев к нему приближаются со всех сторон люди.
Чат растерялся. Он не знал, как поступить. Ждать или бежать? Но думал недолго. Это его стая и она не сделает ему ничего плохого. Он только скажет :– «здравствуйте». И еще познакомит их с Росси. С отцом, который, наверняка, где—то рядом. С мамой. Со своим кланом.
Только почему они так осторожны? Бояться его, Чата?
– Не надо меня бояться. – Чат широко улыбнулся и поднял в приветствии руку.
Но что—то непонятное случилось с людьми. Они, словно повинуясь единой команде, сорвались с места и бросились к нему. И только сейчас Чат разглядел, что у них в руках длинная кожа с крупными ячейками, словно гигантская паутина.
Люди приблизились, что—то громко крича и смешно размахивая руками.
Чат заглянул в их глаза. И содрогнулся.
Они не могут быть его стаей. Странный голод и злоба горит в зрачках этих животных.
Чат хотел сорваться с места, броситься бежать, но… Но было поздно. Со всех сторон на него полетела тяжелая паутина, опутала с ног до головы, повалила на траву. Траву, под которой находился его дом. Его семья. Его самка, вкус которой он познал этой ночью.
Его подняли. Взвалили на странно пахнущую и дрожащую площадку, которая поволокла его к ножке Тени. Он попробовал разорвать паутину, но услышал только злой смех и чужие голоса.
У самого столба Чата спихнули на землю и пинками попробовали закатить в большую округленную дверь.
Из последних сил Чат уперся ногами в скользкую траву, задрал голову и закричал:
– Росси!
Люди отпрянули от него. Страх, запах живого страха почувствовал он. Они бояться. Бояться.
– Росси!
Сестра, словно бешенная Кошка, обитающая в Старых Коридорах налетела на чужаков.
Чат улыбнулся. Мало кто видел разъяренную Росси. А кто видел, тот давно мертв.
Ее острые кисти—лопатки настигали то одного, то другого метающегося взад—вперед существа. Один удар, один взмах, одно скольжение. И каждый раз новая смерть.
– Паутина! – Чат попытался подкатиться ближе к сестре.
Она взглянула мельком, но только обнажила клыки в подобии улыбки и продолжала кровавую Охоту.
Чат невольно залюбовался ею. Росси не придется ждать два долгих планетных года. После сегодняшней ночи , когда его самка принесет стае в подтверждение отсеченные части тел чужаков, Совет признает ее совершеннолетней. И тогда Старейшины позволят им…
Голова раскололась на множество частей, рассыпалась на осколки, покрылась непроглядной темнотой.