Чтение онлайн

Наконец их позвали в небольшую, отгороженную ширмой комнату, напоминавшую отдельные палаты в больничном крыле мадам Помфри. Медсестра велела Северусу положить мальчика на стоящую там кровать, у которой можно было регулировать высоту спинки, и принялась измерять температуру, пульс и давление малыша. Мастер зелий и так мог сказать, что все три показателя будут выше нормы, но решил промолчать, чтобы не объяснять потом, каким образом он это выяснил.

Сняв повязку, испачканную собачьей шерстью, слюной и грязью, и увидев довольно болезненную рану на руке ребенка, женщина нахмурилась:

– Расскажите, как это произошло?

– Ночью ему часто снятся кошмары, - начал зельевар, решив, что сейчас не время и не место, чтобы скрывать правду. – Обычно мальчик просто кричит, но вчера он укусил себя.

Медсестра явно сомневалась в словах мужчины, придирчиво изучая шов на ране, который должен был ускорить ее заживление. Для таких случаев у Северуса всегда была маггловская аптечка первой помощи. Встревоженное лицо женщины особого доверия зельевару не внушало.

– Доктор скоро подойдет, - наконец произнесла она и оставила его наедине с сыном.

Нежно смахнув челку, упавшую на глаза малыша, Северус наколдовал еще одну тряпочку, чтобы, пока никто не видит, вытереть испарину, выступившую на лбу ребенка. Гарри тихо застонал, и зельевар, нагнувшись к самому уху мальчика, стал мягко нашептывать успокаивающие слова:

– Все хорошо, Гарри. Все будет хорошо.

– Папочка? – прошептал в ответ малыш, с трудом приоткрыв глаза. – Пожалуйста, не уходи. Не оставляй меня.

– Никогда, - он поцеловал горячий лоб сына. – Я никогда тебя не оставлю.

***

Два часа спустя они уже были готовы покинуть ненавистную больницу. Северуса подробно просветили, как он должен менять повязку на руке сына, когда и сколько антибиотиков он должен давать ребенку, в какой день им следует прийти на обследование и на какое число была назначена операция. Оказалось, что Гарри очень сильно прокусил сухожилие на большом пальце левой руки, и, чтобы устранить полученное повреждение, нужно было сделать операцию, а потом еще провести несколько сеансов терапии.

Кроме того, мальчика направили на собеседование к детскому психологу.

За исключением приема необходимых лекарств и смены повязок, Северус не собирался следовать озвученным пунктам «плана». В волшебном мире есть прекрасные хирурги, поэтому даже речи идти не могло о какой-либо маггловской операции, а курс физиотерапии вполне могли бы провести мадам Помфри и мадам Хуч. И, конечно же, он не поведет малыша к чертовому психологу, хотя в больнице Святого Мунго можно будет с кем-нибудь посоветоваться по этому поводу.

Тем не менее, поблагодарив доктора и медсестру, которая обследовала малыша, Снейп наложил на них Обливейт и отправился с Гарри домой.

Нелли уже ждала их, накрыв стол для обеда и наложив на еду согревающие чары. Маленькая эльфийка выглядела очень грустной и потерянной. Поскольку Гарри все еще спал (малыш не просыпался с того момента, как они покинули Хогвартс, не считая нескольких минут в больнице, когда ребенок попросил не бросать его), то Нелли тихонько зашептала, стараясь не разбудить мальчика:

– С хозяином Гарри все будет хорошо, сэр?

– Да, - так же тихо ответил Снейп. – Но в течение следующих нескольких дней ему следует быть очень внимательным. Никаких самостоятельных походов на улицу. Никакой беготни. Важно не забывать об осторожности и всячески оберегать руку.

Конечно, в больнице врач не только перебинтовал пострадавшую конечность, но и зафиксировал ее с помощью шины, чтобы ограничить любые движения, но это не давало никакого права проявлять беспечность.

Укладывая мальчика в кровать, Северус в первый раз за весь день позволил себе задуматься об утреннем разговоре с директором. Гарри был их с Лили сыном. Его и ее. Рожденным после той единственной ночи сострадания и сочувствия, а может быть, даже любви? Но потом девушка сбежала к Поттеру. К этому негодяю. Весь следующий год зельевар с ними практически не пересекался, да и после рождения Гарри виделся всего раз или два. И вот сейчас он пытался вспомнить, была ли Лили счастлива в браке. Были ли намеки на то, что она мечтает о чем-нибудь –

ком-нибудь

– другом?

Стоило Северусу положить мальчика на мягкий матрас, как малыш тут же свернулся в привычный клубок и крепко прижал к груди пострадавшую руку. Стянув с Гарри ботинки и укрыв его легким одеялом, зельевар сел рядом, на краешек кровати, поглаживая сына по мягким волосам и с грустью наблюдая, как напряжено личико малыша. У семилетних детей не должно быть этих морщинок на лбу. У

его сына

не должно их быть.

– Стоило ли это того, Лили? – тихо прошептал зельевар. – Вся эта боль. Ты об этом мечтала?

Снейп не ждал ответа на свой вопрос, да и не мог его получить, даже если бы захотел. Но, когда малыш заворочался во сне и что-то пробормотал, Северус тихим, успокаивающим голосом начал рассказывать очередную историю. На этот раз речь шла о маленьком мальчике, у которого было очень мало друзей, и о девочке с зелеными глазами, которая покорила его сердце.