Щёнок
Шрифт:
– Но у нас же есть Нелли и Битти, и Фран!
– настаивал мальчик.
– Они смогут за нами присматривать!
– Днем - да, но есть еще уроки, подготовка к ним, отработки и проверки работ, и у меня нет времени на твоих друзей!
Гарри надулся первый раз за все время их общения, и Северус был так удивлен, что отправил его в комнату, пока они оба не остыли.
Позднее вечером Гарри долго извинялся перед отцом, за то, что был грубым и наглым. Северус не был уверен, знает ли мальчик, что значит "наглый", но простил Гарри и сказал, что совсем не сердится. В доказательство он посадил малыша на колени и позволил ему цепляться и обнимать его. Молли сказал ему, что это имеет первостепенное значение для их отношений - создать для Гарри атмосферу заботы и любви.
Так же она сказала, что для Гарри очень важны физические признаки привязанности. Хотя Северус и не любил прикосновения, он обещал себе уделять больше внимания Гарри и его молчаливым просьбам объятий и нежных прикосновений.
На этот раз слова и прикосновения сработали, и хотя Северус думал, что в воскресение у малыша будут кошмары - их не было.
Во вторник приехала Молли Уизли вместе с Чарли и Роном. Директор выделил им комнаты на втором этаже, так что Гарри теперь снова жил один в своей комнате. Пока Чарли весь день играл с мальчиками, Северус и Молли обсуждали вопросы воспитания. После обеда они вдвоем наблюдали за детьми, и Молли показывала ему, когда стоит вмешиваться в их игры, а когда нет.
Это была очень утомительная неделя.
Наибольшее испытание его роли отца произошло, когда дети попросились поиграть в квиддич. Сначала Северус ответил категорическим отказом, но после долгих уговоров Молли сменил решение, сказав, что игра будет проходить только под строгим контролем взрослых.
Его опасения, что в малыша попадет бладжер или, не дай Мерлин, он вдруг упадет с метлы, отошли на второй план сразу, как он увидел счастье на лице Гарри от того, что тот в первый раз сел на настоящую метлу. Мальчик, казалось, жил для полетов - так он был грациозен в воздухе. Когда его ноги коснулись земли, Чарли похвалил его, и малыш улыбался из-за этого еще несколько часов. Разве мог Северус после этого не позволить им играть снова?
Казалось, Гарри отлично поладил с Роном, хотя на взгляд Северуса, рыжий ребенок был слишком шумным. Он терпеть не мог шума у себя в комнатах, а Гарри был довольно спокойным ребенком и никогда не кричал (ну, кроме кошмаров, конечно).
Что стало неожиданностью для Северуса - так это преклонение Гарри перед Чарли. Он ходил за ним везде, как утенок за матерью, и похвала друга для него была высшей наградой, как в квиддиче, так и во взрывном дураке.
Казалось, что это в тягость Чарли, и Северус решил поговорить с ним об этом за кружкой какао, пока дети спали.
– Ну, у меня ведь четыре младших брата, сэр, - сказал Чарли.
– Я привык к такому.
– Тем не менее, я ценю то, как ты обращаешься с Гарри. Ему нужно кому-то...
– Доверять?
– догадался Чарли.
– Именно, - Северус проницательно посмотрел на подростка.
– Что рассказала тебе мать о прошлом Гарри?
Чарли пожал плечами:
– Не так много. Я имею в виду, ведь все знают Гарри Поттера, эээ... уже Снейпа, но она не сказала мне ничего, кроме того, что у него была тяжелая жизнь. Но это я мог бы сказать и сам, просто наблюдая за ним.
– О?
– Да, ну, он много наблюдает перед тем, как вступить в игру или даже взять себе еду, как будто не уверен, правильно ли поступает. И он очень нервный: один раз мы с Роном щекотали его, и у него был такой вид, как будто он сейчас упадет в обморок...
Северус кивнул.
– Спасибо, что помогал с ним на этой неделе. Мы оба ваши должники.
Чарли усмехнулся.
– Нет уж, сэр. Мне нравится здесь, к тому же с Гарри весело, хоть он еще и маленький. А еще он познакомил меня с Хагридом и мы здорово поболтали про драконов. Я имею в виду, что хоть Гарри и застенчивый, но он хороший парень.
– Да, ты прав, - согласился Северус, снова радуясь, что Молли взяла Чарли с собой.
Уизли уехали домой, а между тем, до начала года оставалось всего несколько дней. Северус ужасно нервничал и был с Гарри намного более резок, чем обычно. Стараясь не перегнуть палку, он попросил Нелли, Битти и Франа следить за мальчиком почти круглосуточно, пока он сам готовился вести уроки.
Однако спустя два дня Нелли предупредила его, что он не может доверять воспитание сына исключительно домашним эльфам.
Гарри был растерян тем, что больше не мог проводить с отцом время, и Нелли сообщила:
– Хозяину Гарри очень плохо, хозяин Снейп. Он плачет, потому что вы больше его не хотите.
– Отведи меня к нему, - сказал Северус, и Нелли отвела его к маленькой ванной комнате на втором этаже. Там была деревянная ванна и раковина, под которой сидел малыш, сжавшись в комочек.
Северус присел рядом, не пытаясь дотронуться до малыша - он знал, что это напугает Гарри еще больше.
– Гарри, пожалуйста, вылези оттуда.
Плечи мальчика напряглись, когда он произнес его имя, но он не поднял на мужчину взгляда, пробормотав что-то неразборчивое.
– Гарри, - сказал он с болезненным выражением на лице, - я не могу разобрать твоего бормотания. Повтори внятнее.
– Простите, - сказал Гарри чуть громче, подняв голову с колен и пытаясь незаметно вытереть слезы.
– Простите, отец.
– Что ты здесь делал?