Чтение онлайн

Малыш сперва рассмеялся: как здорово, что принцесса решила показать им такой театр! Потом он снова помахал ей, а она очень серьёзно посмотрела на него и на Щепкина, слезла со стула и пропала из виду.

– Она повторила всё за мной, как я тогда показывал ей в магазине, – сказал Малыш. – Она сердится на нас, а мы всё ещё не рассказали ей, что тогда случилось.

– Не рассказали, – кивнул Щепкин. – Пойдём лучше домой, здесь неинтересно, когда принцесса такая сердитая.

– Дома никого нет, – напомнил Малыш, – а мы обещали тётушке Заботе быть здесь.

В окне снова показалась принцесса, но, едва Малыш заметил её, она исчезла с быстротой молнии.

– Она больше не хочет с нами играть, – сказал Малыш. – Придётся нам самим играть, Щепкин.

Они отошли от окна. И тут во двор вышел папа Кнопки. Он спешил в конюшню.

– Привет, Малыш, – поздоровался он. – Что случилось? Кнопка не хочет играть с тобой. Вы поссорились?

– Нет, но она думает, что поссорились, – ответил Малыш и рассказал, как он залез на стул в одежде хозяина магазина. – А выйти на улицу я никак не мог, – добавил он в конце.

– И сегодня она сделала, как ты тогда, – сказал папа Кнопки. – Ты знаешь, эти принцессы иной раз хуже тролля, это я тебе говорю. Но всё образуется, вот увидишь. Не хочешь пока сходить со мной в конюшню?

Малыш, конечно, хотел. И ему разрешили почистить коня скребницей и дать ему овса. Малышу всё было интересно, хотя он побаивался большого коня и то и дело отходил в дальний угол. Когда они справились с делами, папа Кнопки взял Малыша в дом и отвёл в свой кабинет.

– Показать тебе кое-что? – спросил он. – Учти, ты увидишь это самый первый в мире. Кнопка, конечно, видела, но больше никто.

Он принёс книгу, большую, толстую книгу, на обложке которой были нарисованы дама и дерево, это была прямо настоящая картина.

– А внутри тоже есть картины? – спросил Малыш.

– Да, есть, очень красивые, – ответил папа Кнопки. – Это я написал эту книжку, Малыш.

– И картины нарисовал?

– Нет, картины рисовал другой человек. Один умеет рисовать, а другой – писать.

– Я лучше рисую, – признался Малыш.

– Когда ты пойдёшь в школу, тебе, может быть, понравится и писать тоже.

– Не знаю, – сказал Малыш. – Писать книги, наверно, так же трудно, как сочинения в школе. Филипп всегда голову ломает, пока думает над сочинениями.

– Да уж, это дело такое, – улыбнулся папа Кнопки, а потом сказал: – Мне надо написать пару писем, но сперва я найду Кнопку и пришлю её к тебе.

Он пошёл в её комнату, но Кнопки там не оказалось. Она успела выскочить на улицу, пока они были в конюшне. И теперь, не обращая ни на кого внимания, она рыла канавки для ручейков, чтобы они растеклись по всему двору.

Малыш подошёл к ней и сказал:

– Я не видел, как ты вышла на улицу.

– Можешь играть на той половине двора, а я буду играть на этой, – ответила Кнопка.

– Я думал, ты не такая, – сказал Малыш.

– Я тоже думала, что ты не такой. Ты сам первый начал тогда в магазине.

– Просто я поплавал в луже, – сказал Малыш, – и у меня не осталось сухой одежды. Мне хозяин магазина дал свою.

– Да? – спросила Кнопка.

– Он правду говорит, – подтвердил Щепкин, – я тоже там был.

Кнопка и хотела бы перестать сердиться прямо тут же, но так, с ходу, это не получалось. Она обиделась тогда в магазине, потому что подумала, что Малыш не хочет с ней играть. И она злилась и обижалась на него много дней, и пусть он оказался не виноват, но забыть обиду в одну секунду она не могла.

Зато она могла играть с Щепкиным, он-то не красовался перед ней в окне над магазином в чужих подштанниках.

– Будем рыть канавки для ручьёв, – сказала она, – и строить плотины. А ты потом плотины проткнёшь. Скажи, интересно?

Но как ни был Щепкин горд тем, что принцесса выбрала сегодня его, что-то его смущало.

– Тебе надо передружиться с Малышом тоже, не только со мной, – сказал он.

Но тут из дома вышла тётушка Забота, она тащила в руках большой ковёр и две выбивалки для пыли.

– Поможете мне выбить ковёр? – спросила она.

Она повесила ковёр на верёвку между деревьями и быстро ушла назад в дом. Она подумала, что если они станут колотить по ковру, то, может, и забудут, что сердятся друг на друга.

Так оно и вышло. Сперва они стояли по разные стороны ковра и лупили по нему выбивалками, а под конец они стояли уже рядом и смеялись, потому что пыль поднималась клубами. А потом они решили молчать и стучать в такт, и это оказалось очень странно. Когда они дошли до этого трюка, из дома снова вышла тётушка Забота с ворохом половичков. Она предложила им вытряхнуть их тоже, а сама взялась выбивать ковёр.

Тётушка оказалась силачка, по двору пошёл гул, а её окутало облаком пыли. Но и вытряхивать половички было весело. Теперь всё было весело, потому что они опять стали друзьями, и, когда пришло время перекусить, им не хотелось уходить с улицы. И тётушка Забота вынесла им бутерброды и бутылки молока на улицу, они уселись на козлы для пилки дров и устроили пикник.

Они играли на улице несколько часов, потом пришёл Кнопкин папа и сказал:

– Кнопка, мне пора ехать. Присматривай хорошенько за тётушкой Заботой, пока меня не будет.

Кнопка посмотрела на папу строго:

– Ты взял носовые платки?

– Взял, – сказал папа.

– А ты взял одну выходную рубашку и одну простую?

– Да, тоже взял.

Папа Кнопки был явно горд, что он ничего не забыл.