Чтение онлайн

ПОРОСЕНОК. У меня в раннем детстве была хроническая диспепсия. Я срал непрерывно. Мое говно всегда было зеленым. Отец шутил, что меня должны принять в партию зеленых без кандидатского стажа.

БОРЩ. Еб твою мать! Ну, ладно, в общем, когда ты был маленьким и непрерывно срал своим зеленым говном, в заброшенной деревеньке под Новгородом умирал один старик. Его звали Иван Иванович Пастухов. Он умирал в простой крестьянской избе, в которой прожил последние двенадцать лет жизни. Но это была не совсем простая изба. Под ней был оборудован громадный бетонный бункер. Там хранилось много чего: поваренные книги, фильмотека, посуда, кухонная утварь, консервы. Пастухов был одним из первых подпольных поваров. Но поваром-одиночкой, и ни с кем не тусовался.

ПОРОСЕНОК. А у него специализация была?

БОРЩ. Была. И что самое интересное - тогда все были помешаны на мясе, еще сильнее, чем теперь. Это понятно: экошвайны одним ударом запретили употребление говядины, свинины и баранины.

ПОРОСЕНОК. Указ 5-20?

БОРЩ. Указ 5-20. Ты знаешь, какие классные повара состоялись тогда, после этого указа. Бычья Вырезка, Окорок-Под-Медом, Телятина Банкетная.

ПОРОСЕНОК. Телятина Банкетная! Ой, блядь, как вспомню, так вздрогну! Он же мне два ребра сломал за то, что я в пельмени положил красный перец вместо черного!

БОРЩ. Так вот, Пастухов последние десять лет своей жизни готовил только щи. Готовил и собирал рецепты. И собрал их тридцать штук. Тридцать рецептов щей. Он помешался на щах. Считал, что лучше него никто не приготовит щи. Он варил их на воде из истоков Волги. Он совершенно помешался. Больше всего его беспокоила проблема хранения. Сохранить свою коллекцию навеки. Но как? Ему помогли сами щи. Ты знаешь, в какое время года на Руси варили щи?

ПОРОСЕНОК. Ну.. в общем, когда была квашеная капуста.

БОРЩ (внимательно смотрит на него). Ты щи ел когда-нибудь?

ПОРОСЕНОК. Борщ, ну что ты меня совсем за лоха держишь? Что я, щей не знаю?

БОРЩ. Прогони мне рецептуру щей.

ПОРОСЕНОК. Ну... квашеную капусту отжать и поставить тушиться на постном масле в закрытой металлической посуде с толстыми стенками. И пусть она так тушится-тушится медленно, так нехуево. Отварить бульон из говяжьей грудинки без соли, без приправ и разной хуйни. Поджарить на постном масле мелко нарезанные лук и морковь, добавить муки, положить в бульон. Потом положить туда же тушеную капусту, добавить лавровый лист, черный перец, корень петрушки. Варить сорок минут. Вот и вся хуйня-муйня.

БОРЩ. А с грудинкой что делать?

ПОРОСЕНОК. Ой, блядь! Забыл, прости. Грудинку промыть холодной водой, разрезать на куски и положить в готовые щи.

БОРЩ. Хорошо. Так вот, дорогой мой Поросенок-С-Хреном. На Руси щи из квашеной капусты готовили поздней осенью и зимой. Варили сразу много и держали потом на морозе. И если собирались в дальнюю дорогу, брали с собой куски замороженных щей. А по прибытии, так сказать, в пункт назначения клали их в котелок и ставили на огонь. И здесь обнаруживалась одна интересная особенность - после заморозки и нового кипячения щи становились еще вкуснее. Слыхал про это?

ПОРОСЕНОК. Да, слыхал. Говорят: щи лучше есть завтра.

БОРЩ. Так вот, Пастухов решил навсегда заморозить свою коллекцию. Чтоб хоть через сто, через двести лет она была готова к употреблению и не утратила вкусовых качеств. Он изготовил тридцать компактных рефрижераторов, поддерживающих постоянную температуру -42 градуса по Цельсию и поместил в каждый из них куб замороженных щей. И вскоре сыграл в ящик. С тех пор коллекция... (смеется) блядь, в чьих руках она только не побывала! Но цена ее постоянно росла.

ПОРОСЕНОК. Это я знаю.

БОРЩ. А теперь она в моих руках.

ПОРОСЕНОК. Это я тоже знаю.

Появляется богатая меховая одежда.

БОРЩ. Это Баранья Котлета.

ПОРОСЕНОК (смотрит на часы). Рано управился. Оборотистый, бля.

Появляются голые проводник, Баранья Котлета и кубы льда.

КОТЛЕТА (смотрит на Борща). Сложилось?

БОРЩ. Как видишь (они обнимаются).

ПРОВОДНИК (подходит к трупу прежнего проводника). Наконец-то! Пидор гнойный! Хуесос тамбовский! (Плюет на труп.) Слышь, братва, кто его замочил?

ПОРОСЕНОК. Это я. Лично.

ПРОВОДНИК (жмет ему руку). Спасибо, кореш.

ПОРОСЕНОК. С тебя два бесплатных прыжка.

ПРОВОДНИК. Три! Для хороших людей ничего не жалко.

КОТЛЕТА (одевается). Кофры уже сменили?

ПОРОСЕНОК. А что, долго ли умечи?

КОТЛЕТА Я не тебя спрашиваю, пиздюк! Знай свое место.

БОРЩ. Все в порядке, Котлета. Сменили.

КОТЛЕТА Быстро фальшак в старые кофры!

Укладывают ледяные кубы в старые кофры.

КОТЛЕТА Сейчас спрячем настоящие, и можно прыгать за французами.

БОРЩ. Можно.

КОТЛЕТА Погоди... (кричит на проводника и Поросенка). Отойдите нахуй!

Поросенок и проводник удивленно пятятся от него.

БОРЩ. Ты чего?

КОТЛЕТА (устало). Не знаю... Чего-то мне не верится, что все так легко обломится.

БОРЩ. Ты хуево выглядишь.

КОТЛЕТА. Я не спал трое суток. Ждал вестей, блядь. Пока эта сволочь Рассольник не загнулся, я не мог спать.

БОРЩ. Ты просто устал.

КОТЛЕТА. Наверно... Если что не так, я замочу всех. Всех на хуй!

БОРЩ. Успокойся. Все будет в норме. Я чувствую. Я всегда чувствую, как будет - в цель или мимо. Сейчас - только в цель.

КОТЛЕТА. Лишь бы французы не просекли.

БОРЩ. Да как они просекут? Они только что связывались с Рысью. Да и вообще... Что французы понимают в русских щах? А? Поросенок? Что французы понимают в русских щах?

ПОРОСЕНОК. Думаю, что ни хуя не понимают. БОРЩ. Вот. Это глас русского народа. А русский народ никогда не ошибался.

КОТЛЕТА Ладно. Хорош базарить. Прячьте подлинник. (Проводнику.) Забери труп и прыгай за французами.