Чтение онлайн

Наконец, женщина открыла глаза.

– Здесь Он нас не найдет, – Исиру дрожала, ее слишком взволновало увиденное. – В этом мире мы сможем стать богами.

– Богами, – Ролок презрительно скривился. – В одном жалком мирке? Мы? Мы, которые легким движением руки гасим звезды? Мы, которым нет равных по силе?

Исиру вскочила и подошла к брату:

– Мы гасили звезды, Ролок. Нас превзошел Он. Может, дело в нашем высокомерии? Может, нам стоило, как и Ему, привлекать на свою сторону людей? – женщина трясущимися руками взялась за лицо брата. – Ролок, никого не осталось. Только мы, – слезы текли по лицу, но Исиру не замечала этого, – мы должны вернуть то, что по праву наше. Мы должны ради наших братьев и сестер!

– Мы остаемся, – голос Тара был тверд и торжественен. – Ролок, проводи ритуал.

– Наша сила будет зависеть от веры людей, – привел последний аргумент Ролок.

– У нас нет выбора, брат…

***

Столетие прошло, прежде чем жертвенная кровь потекла по алтарям во славу новых богов Эклала.

Но что такое сто лет для бессмертных? Лишь миг на пути к их цели. Лишь передышка перед новой войной.

Это было началом новой эпохи.

Им было этого мало, Сила набиралась по крупицам.

Тар первым взял себе учеников среди людей.

В мире Эклал начались бесконечные войны. Кровь лилась рекой. Не было победителей и побежденных, были жизни, отданные во славу великого бога. Особо храбрых Тар вознаграждал посмертием.

Исиру пошла другим путем.

На землях Эклала пробудились первые маги. Они стали видеть незримые нити Сущего. Источник магии щедро одаривал способных Силой. Войны стали еще кровопролитнее.

Последним в игру вступил Ролок.

Появились маги Крови. Первые некроманты. Армии мертвецов маршировали по трем материкам, вселяя ужас в слабых духом.

Но сам мир воспротивился нарушению Закона смерти. Эклал поглотили катаклизмы: землетрясения, наводнения, извержение подводных вулканов. Две трети населения людей погибло.

Жизни, отданные не во славу богов, не несли ценности. И Ролок наложил запрет на некромантию в этом мире.

В мир вступили эльфы, называвшие себя Первыми. Ролок взял их себе, научил изощренным и темным заклятьям. Научил вытягивать души людей и заточать их в Вечный Шар. Человеческие тела без души были верными марионетками для Первых.

Войны продолжались.

Затем пришли гномы, расселившись по неприступным горам мира Эклал. Их богом стал Тар, научив ковать их Вечное оружие.

Люди захлебнулись в собственной крови.

Исиру научила магов передавать знания ученикам. Одаренных стало больше. Гордые маги не уступали двум враждебным расам.

Трое стояли на склоне холма, наблюдая за кроваво-красными разводами заката. Их задумка удалась. Оставалось только ждать.

Кирилл закрыл книгу, устало прикрыл глаза. Утренние тренировки и плотный обед дали о себе знать. Спустя минуту дыхание выровнялось, фолиант выпал из расслабленных рук.

***

Кабинет.

Кирилл открыл глаза и не удивился, обнаружив себя на диване в знакомой обстановке. Не сосчитать сколько раз они встречались здесь с Лизой, сколько часов провели за неспешными беседами, за жаркими спорами, в молчании.

За высокой спинкой кресла, которое оказалось развернуто от стола, было не разглядеть человека, сидевшего в нем.

– Лиза.

Тишина. Густая, вязкая, обволакивающая.

– Лиза, – парень встал и широкими шагами направился к креслу.

Резко развернул и отпрянул.

– Не ожидал, – усмехнулась старуха.

– Я не запомню ни одного твоего слова, – Кирилл развернулся и подошел к окну.

Беспроглядная тьма. Стукнул кулаком по стеклу.

– Запомнишь, – шепот возле уха, дыхание на щеке.

Слишком близко. Как она успела незаметно подойти?

Кирилл хотел развернуться, но старуха крепко держала его голову.

– Смотри, – у старухи оказались необычайно сильные руки. – Смотри!

Кирилл видел лишь свое отражение, мутное, нечеткое. Но вдруг черты лица немного изменились, глаза начало резать, будто он смотрел на яркое солнце. Наконец, удалось сфокусировать взгляд.

Мужчина из его снов, вечный, как и старуха, персонаж его личных кошмаров. Шрамы на лице, руках… Кирилл поднял руку, отражение повторило его жест. Татуировка. Этого не может быть. Наваждение.

Со всей силы ударил по стеклу. Мужчина в отражении помахал ему рукой, кривя рот в знакомой ухмылке. Той, которую каждый день видел в зеркале Кирилл.

– Это я, – осознание того, что он видел во сне будущего себя острой болью вспыхнуло в виске.

Наконец, старуха отпустила его голову. Он смог развернуться.

– Да, если сможешь выжить.

– Кто ты?

Старуха оскалилась и расхохоталась. Громко. Не переставая смеяться, она легко задевала кончиками пальцев Кирилла по лицу.

Удушливая волна гнева легко поднималась вверх по горлу, он пытался убрать руки старухи, но та начала смеяться громче. Стены кабинета пошли рябью, смех старухи стал невыносим. Кирилл закрыл уши руками, давило виски, казалось из носа, рта, ушей сейчас хлынет кровь.

***

Он открыл глаза. И вовремя. В дом зашли двое. Рар, а второй…

То чувство неконтролируемого гнева легко вернулось вновь. Кирилл почувствовал знакомую дрожь в руках. Улыбка растеклась по его лицу. Он не забыл. Гарт, это имя врезалось в памяти. Тот, кто сломал ему нос в первый день. Сейчас все будет по-другому. Сладостная дрожь вновь прошла по телу. Адреналин вскипел в крови. Азарт опьянил разум.

Кирилл легко поднялся. Прошлая усталость прошла без следа.