Чтение онлайн

Он должен найти её. Он должен убедить её… заставить выслушать.

Двери лифта открылись.

Он оказался на первом этаже здания.

Он простоял там, на мгновение дольше необходимого, и двери начали закрываться. Охранник увидел его, когда он выставил руку вперёд, чтобы не дать дверям закрыться. Когда органические панели вновь открылись, человек в чёрной броне поднял автоматическую винтовку.

Ревик на мгновение сосредоточился…

… и оружие разломилось в руках мужчины.

Корпус взорвался прямо ему в лицо.

Агент СКАРБа завопил, когда металл обжёг плоть, но вопль не продлился долго. Потому что Ревик сломал ему шею ещё до того, как тот закончил набирать воздух в лёгкие для первого вопля.

У него нет времени чувствовать это.

Он ощутил ещё одно поднявшееся оружие и просканировал.

Он сломал механизм курка, затем переломил хребет хозяину оружия, заставив очередного солдата рухнуть на пол. Он стоял там, тяжело дыша, глядя на двух мужчин, которые лежали на широкой красной ковровой дорожке. Их тела не шевелились, как сломанные игрушки.

На мгновение он поколебался, переполнившись сомнением.

Затем его захватило какое-то изумление, пока он переводил взгляд с одного мужчины на другого. Он издал ошеломлённый смешок, и этот звук громко прокатился по пустому коридору.

Что-то новое задело его свет, и он вновь резко сосредоточился.

Он до конца вышел из лифта, потянувшись к тем верхним частям его aleimi, которые ощущались такими родными, что в груди зародилась настоящая боль.

Он это помнил!

Териан был прав.

Он помнил…

Я сидела рядом с Вэшем, скрестив ноги.

Мы были практически одни внутри огромной пещеры, рядом с огнём, который пылал жарко и высоко.

Подозреваю, причиной тому было то, что пещера находилась внутри огромной сети других пещер, уходивших глубоко в хребет Памира и дальше, между Таджикистаном и Китаем.

После бомбёжки Сиртауна эти пещеры постепенно заполнялись беженцами из северной Индии. После событий в Вашингтоне пришло ещё больше беженцев, которые спасались уже из человеческого мира. После террористической атаки на Белый Дом политический климат для видящих ощутимо изменился. Беженцы продолжали прибывать из Европы и Америк, даже из Африки и отдельных частей Азии, присоединяясь к нам в том, что быстро превращалось в новый (старый) оплот видящих в Азии.

Пожалуй, события действительно возвращались по кругу к исходному положению.

Монахи, которые до всего этого жили здесь более-менее сами по себе, в добровольном религиозном уединении, оказались достаточно добры, чтобы принять всех нас в своём доме. Однако я знала, что мы практически уничтожили умиротворённость их доселе тихой территории.

К счастью, пещеры были обширными.

И всё же ни один из нас не оставался там по-настоящему один.

Вопреки обширным масштабам и сложному переплетению, всё это место являлось гигантской конструкцией. Эта конструкция теперь поддерживалась Адипаном, чьи члены взяли на себя ещё больше своих традиционных обязанностей в свете «инцидента», как мы теперь это называли, или просто «истории в Вашингтоне».

Огонь освещал стены пещеры вокруг нас, включая высокую фреску, покрытую выцветающими изображениями животных и людей.

Я смотрела на неё, вспоминая, когда увидела её в первый раз.

Под миром находилась черепаха, рядом с королём, королевой и рыцарем отнюдь не с шахматной доски, а по океану и звёздным небесам плыл дракон. Мост стояла и держала молнию в руках, а рядом с ней смеющийся мальчик держал сине-белое солнце, его глаза были полны радости.

Я оторвала взгляд от лица мальчика, глотнув чая из своей кружки.

Пещера была на удивление тёплой, учитывая то, каким влажным и мёртвым выглядел лабиринт туннелей всего несколько недель назад, когда мы только прибыли сюда. В половине занятых пещер уже имелось электричество, в некоторых работы всё ещё велись — наши техники спешили, стараясь поспеть за притоком новых обитателей.

Однако, даже с технологическими удобствами, я знала, что мы переживём лишь только самые жаркие месяцы лета. Судя по тому, что мне говорили, большинство молодых видящих пережили шок, когда мы столкнулись с настоящим штормом в поздние месяцы того года.

Большинство Семёрки собиралось остаться, как делали это видящие за тысячелетия до нас.

Даже Тарси теперь жила с нами.

Ну, точнее, она жила с Вэшем.

Они делили одну из пещерных комнат, что, наверное, удивило меня — как и решение Касс забуриться вместе с гигантским версианцем, которого она встретила в то время, что я была в плену.

Вообще-то, история с Касс удивила меня не так сильно, хотя я понимала, что между ней и Чандрэ оставалось весьма нешуточное напряжение.

Даже Джон, похоже, начинал лучше ладить с миром видящих.

Он и Дорже каждый вечер играли в шахматы в самом крупном из ныне обитаемых общих помещений, а также я несколько раз видела его на ринге для спарринга — он учился mulei с Тензи и Гаренше, и некоторыми другими.

Ему определённо это удавалось лучше, чем мне.

Жизнь в горах была тихой, но так продлится недолго. И в наружном мире было не так тихо. У меня всё ещё имелся доступ к новостям, благодаря людям Балидора и нескольким довольно высокотехнологичным спутниковым тарелкам с органикой, которые установили выше в горах, под защитой герметичного покрытия от погодных условий.

Соединённые Штаты перешли в режим полной изоляции.

В большинстве крупных городов введено военное положение, буйствовали беспорядки, в основном в районах и компаниях, связанных с видящими или китайцами, которых обвиняли в сговоре с видящими-террористами — всё из-за тех усилий Териана по разжиганию войны в прошлом году. Границы Соединённых Штатов закрыты для всех видящих и огромного количества человеческих иностранцев. Они ввели обязательные тесты ДНК на входе во все правительственные здания, крупные банки, всё, что имело отношение к Уолл-Стрит и многим другим компаниям.