Чтение онлайн

В нем собралось все, что имел внутри себя Теант.

И эта битва – она находилась за гранью того, с чем прежде имел дело Хаджар. Это была битва, превосходящая сражение с Алым Мечником.

Ибо то была битва Безымянных, теперь же — Хаджар бился с существом, равным по силе Небесному Императору, сам обладая схожим уровнем силы.

Рамки пути развития теперь казались сущими пустяками. Ненужными, наносными мерилами, которые не имели отношения к настоящей силе.

Драконья пасть из синих молний стали впилась клыками-мечами в дерево-клинок. Мертвая, почти черная древесина вспыхнула огнем. И внутри этого огня обнажался жуткий меч — точная копия того, что держал… или продолжает держать Теант.

Рыцарь медленно, но неудержимо и уверенно, давил своей силой. И трескались те штрихи от ударов меча, которые и соткали пасть и крылья дракона бури.

Казалось, что чем сильнее сопротивлялась техника Хаджара, чем больше обнажался меч Теанта внутри огромного дерева – тем сильнее становилась контратака Рыцаря.

И, в какой-то момент, дракон бури не выдержал и лопнул тем же пузырем, что недавно — химера самого Теанта. Когда исчезла техника Драконьей Бури, то небо мгновенно рассеялось и, возможно, впервые за долгие эпохи, обнажило над темнолесьем безграничные просторы высокой лазури.

А то место на земле, куда пришелся удар меча Теанта, вернувшегося в свое нормальное обличие чуть странного, но обычного клинка, теперь стало глубоким, прямым ущельем.

Настолько, что если бы туда бросили камень, то шума от падения до дна пришлось бы ждать почти минуту.

Теант вонзил меч в землю, а после вытащил, не почувствовав ни единого свидетельства о присутствии Хаджара.

– - Мы встретимся вновь, враг мой, – произнес Теант. – не сейч…

Договорить он не смог. Мир вокруг вдруг закружил безумный танец, и Рыцарь увидел свое собственное тело, все еще стоящее прямо и гордо.

А позади него, из синих искр, будто открыв дверь среди ветра, постепенно проявлялся Хаджар. Он держал меч обратным хватом у груди, а лезвие было направлено ему за спину – куда-то в район шеи Теанта.

– Песня Вторая: Драконий Рассвет, – услышал дух. И, последним, что он увидел, было небо. Далекий горизонт, на фоне которого исчезал силуэт дракона, зажегшего лазурь золотом и кровью.

А ведь он уже почти забыл, как прекрасен рассвет над лесом… Глава 1203

“Что ты будешь делать, Хаджар, когда придет тот, кто захочет все у тебя отнять?”

Тяжело дыша, чувствуя, что все два использования техник лишили его почти всех запасов энергии, Хаджар повернулся к обезглавленному Теанту. И, как и предполагал Хаджар, даже его самая убийственная техника — Драконий Рассвет, вобравший в себя суть имени ветра, не смогла лишить жизни духа.

Тот находился внутри своей обители. Слишком близко к источнику силы, чтобы умереть после нескольких ударов. Пусть и колоссальной силы.

Отсеченная голова рыцаря все так же лежала на земле. Его тело стояло перед Хаджаром высоким, древесным стволом. Стволом, из шеи которого постепенно распускалась крона, тянущаяся к корням, вьющимся из отсеченной головы.

Это было тяжелое ранение. Но никак не смертельное.

У Хаджар же уже не оставалось никаких сил, чтобы продолжить схватку.

Его нынешнего уровня не хватало, чтобы победить одного из сидхе – сильнейших жителей мира Духов. Если удобно – его аристократии.

Но хватало у другого.

— Интересно, сколько их у него?

Хаджар держал в руках очередную щепку из посоха, высеченного первой молнией, которую знал этот мир. И так уж совпало, что ударила она в обычное дерево, а в огне-древо. И, в последствии, отсеченная ею ветка, стала сильнейшим огненным артефактом. Посохом безграничного могущества и мистерий огня, коим владел, по сей день, Мудрец Пепел.

Одной такой щепкой, когда-то, Хаджар уже отправил на тот свет сидхе – Ана’Бри.

И теперь он держал вторую такую над телом Теанта, по жилам которого текло пламя огненного цветка. Хельмер отдал эту щепку просто так… насколько демон вообще хоть что-то мог делать “просто так”.

Хаджар понимал, что Повелитель Ночных Кошмаров действовал исходя из своих собственных мотивов, но… ему было плевать.

Жаль лишь, что пламя в щепке было слишком “диким”, чтобы растопить Ледяную Скорбь, не причинив вреда заточенным в ней душам.

– Я не хотел, чтобы все обернулось именно так, — Хаджар вытянул перед собой ладонь.

Щепка уже почти сорвалась в полет, как со стороны еще недавно темной и мертвой рощи прозвучал мелодичный голос.

Весенняя капель по сравнению с ним звучала скрежетом трущих друг о друга жестяных листов. Пение лучшего из бардов — блеянием раненной козы. Музыка из-под пальцев величайшего менестреля – катящимся по склону камнем.

— Тогда остановись, Северный Ветер, — темная роща оживала. На ветках стремительно набухали почки, чтобы развернуться полными сока листьями. Распускались цвета в том месте, где мертвую землю укрывал пожухлый мох. Паучью паутины сменяли гнезда поющих птиц. – Остановись, пока не поздно.

Из бутона желтого тюльпана, распускавшегося первым лучом проснувшегося солнца, выходила прекрасная королева. Для её красоты невозможно было подобрать никаких сравнений или метафор. Потому что ни одна из них не смогла бы описать даже края её золотого одеяния.

Ибо само слово “красота” использовали, чтобы описать тень Титании — правительницы Летнего Сада.

Одетая в солнечный свет, с волосами из цветов весеннего огня, с кожей цвета мимолетной влюбленности, она шла навстречу Хаджару. И там, где ступали её стопы, мертвый лес превращался в цветущий, благоухающий луг.

– Остановись, — и лишь её глаза отражали истинную суть фейри. Нечеловеческие. Больше похожие на звериные. В мире Духов нельзя обманываться внешним. Стоит смотреть в самую суть. А суть Титании была такова — она Королева. Королева Лета и Весны. Та, кто когда-то, пошла войной на Седьмое Небо. Такие не бывают “прекрасными и все прощающими”. Она, по сути, мало чем отличалась от Мэб. – ты все еще можешь это сделать.