Чтение онлайн

Неустанно, каждую секунду, каждое мгновение, нейросеть, используя всю свою мощность и подсознание Хаджара, проводила симуляции поединков с теми противниками, с кем сталкивался прежде Хаджар.

Почти восемнадцать миллионов. Именно столько раз Хаджар, обнажив свой меч, бился внутри собственного разума. Именно столько раз он испытывал боль от ран, переломов, смертей… но с каждым разом вновь возвращался на иллюзорные поля.

С одной лишь целью.

Стать сильнее.

Не ради себя.

Ради тех, кто ждал его внутри ледяного гроба.

И, может Таш предполагала, что впервые продемонстрировала свой лучший удар. Но для Хаджара видел это уже почти пять тысяч раз. Почти семь тысяч поединков с ним нейросети потребовалось чтобы собрать все мета-данные о Таш и составить полную картинка её стиля и техник.

Так что когда Хаджар поднял перед собой меч и спокойно произнес:

— Драконий Рассвет, — то пришел черед Таш вновь ощутить себя молодой и неопытной, стоявшей перед ликом гиганта.

Она будто опять сражалась с Горным Китом.

С черного, буквально пожирающего свет клинки Хаджара, сорвалась точно такая же черная, хищная, тончайшая полоса. Как если бы кто-то, невероятно быстрый и сильный, рассек саблей клочок бумаги. И та полоска, что разделяла некогда единый, целый материал, теперь устремилась прямо на встречу технике Таш’Маган.

Со стороны это выглядело подобно дикой попытке опутать исполинскую хищную рыбу, способную уничтожить десяток таких Повелителей, как Хаджар, в сторону ледяной смерти устремился тонкий, пусть и длинный, черный женский волос.

Невольные зрители битвы двух драконов затаили дыхание. И не потому, что зрелище так их завораживало, хотя и не без того, просто дышать, из-за эха таких невероятных техник, оказалось практически невозможно.

Лишь принцесса Тенед и несколько Удун отделались легким недомоганием. Но, призвав на помощь Королевство и… что бы там ни призывали Удуны в дополнение к стандартному набору адепта.

Но даже так, почти все нашли в себе силы прокричать что-то язвительное и надменное в тот момент, когда черная полоса попросту растворилась внутри пасти ледяного монстра.

И только Таш, отшатнувшись, с непониманием и недоверием поднесла ко рту ладонь. Проведя по губам, она посмотрела на свою игристую, как россыпь драгоценных камней тех самых гномов, кровь.

— Как это…

Хаджар выругался.

Чем дальше, тем отчетливее он понимал, что симуляции нейросети это не полное отражение реальности и отнюдь не тропа к седьмому небу.

Когда по правую и левую сторону от него рухнули половины рассеченной надвое ледяной рыбы, то он остался стоять неподвижно. Только немного дрожащий меч был свидетелем тому, насколько непросто дался этот прием Дархану.

В симуляциях он сотни раз испытывал предсмертную агонию, прежде чем сумел нанести точный, быстрый, а самое главное — своевременный удар в самую уязвимую точку техники.

И это стало его победой. Одновременно с техникой, Драконий Рассвет, чье остаточное изображение в виде черной полосы было видно зрителям, рассек и саму Таш.

Но в реальности та успела, в последний момент, разорвать связь с техникой.

Нейросети в своих тренировочных полях учитывала почти все. Но насколько она бы не усовершенствовалась за последние годы благодаря росту Хаджара, она никак не могла взять в расчет личного боевого опыта противника.

— Как тебе это удалось? — инстинктивно, утерев кровь, Таш приняла защитную боевую технику. — Это невозможно… даже император не смог разбить моей техники и…

У Хаджара не было времени, чтобы тратить его на пустые разговоры.

Земля вокруг его ног взорвалась. Пасть черного дракона за его спиной на мгновение превратилась в нечто более ужасающее, нечто более… омерзительное.

Но наваждение исчезло. Так же, как исчез и сам Хаджар. На том месте, где он стоял, осталась глубокая воронка и десятки острейших каменных клыков.

У него не было времени даже на полный контроль энергии своего боевого рывка. Тот выглядел грязно, с огромным эхом лишней траты энергии, прокатившимся по Изумрудному Лесу, разбивая на мельчайшие осколки “растущие” деревья.

Наверное, подобная сила от простого движения, даже не техники, поразила бы какого-нибудь иного адепта, не знающего о том, что такое настоящие искусства и сила.

Удуны и Тенед такими не были.

Они не понимали, как кто-то, в здравом уме и рассудке, не умея контролировать в полной степени энергию, рискнул сойтись в ближнем бою с тяжелым клинком.

— Глупец! — прорычала Таш. — Один раз тебе повезло, но я не какой-то человек, чья сила в разы меньше твоей! Жалкая полукровка, знай свое…

Огромный ледяной меч, снизу наверх, слева направо, одновременно с рыком Маган и тем, как все её тело изогнулось в жутком движении, столкнулся с простым, узким мечом.

От их столкновения разошлась волна режущего ветра и ледяных осколков. Они изрезали все, что можно было изрезать на расстоянии в сорок шагов и покрыли ледяной коркой даже воздух, на расстоянии в семьдесят шагов.

Но тем не менее, когда от столкновения в стороны разлетелись Таш и Хаджар, то последний пролетел десять шагов, а первая… лишь восемь.

Да, Хаджар, как и прежде его противница, утер губы от крови, но… это не то, что ожидаешь увидеть, когда в прямом столкновении сходятся два не только не равных по силе мечника, но и владелец простого меча против обладателя тяжелого.

— Да что с тобой не так! — закричала Таш.

И снова, вместо ответа, Хаджар лишь чуть развернул меч. Его душа трепетала от той силы, что текла по его жилам. Истинное слово ветра было его кровью. И сам он был как ветер.