Чтение онлайн

— Да уж. Несмышленым мальцом вас, молодой человек, не назовёшь, исходя из ваших рассуждений, — хмыкнул император, начав разглядывать меня совершенно иным взглядом. — Но сколь бы рассудительны вы ни были, всё же вести беседу о возмещении ущерба я бы пожелал с владельцем погибшего мобиля.

— Вы с ним и говорите, ваше величество, — потупив взгляд и чиркнув по дороге кончиком ботинка, куда более скромно отозвался я. — Автомобиль был приобретен на деньги, что я заработал своим умом и принадлежал именно мне. Отец же лишь поддавался моим детским прихотям и, время от времени, катал меня на нём по городу.

[1] НИОКР — научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы.

Дальнейшее разбирательство было решено проводить подальше от глаз мгновенно собравшихся вокруг «костра» многочисленных зевак и вскоре мы всей честной компанией переместились в рабочий кабинет самодержца, из которого открывался отличный вид, как на Неву, так и на чёрное пятно, в центре которого покоились всё ещё дымящиеся стальные и бронзовые остатки двух догоревших автомобилей. Надо будет их собрать что ли и сохранить для музея какого в качестве редчайшего экспоната. Как-никак свидетельство первого ДТП с участием автомобилей в России. Уникальная вещь, получается, эти остатки!

Не знаю, кто как, а лично мы с отцом завели знакомство в самых высших эшелонах власти своей страны именно подобным путём. Хотя впоследствии я с удивлением узнал, что мой папа так-то ещё со времен своей службы на флоте был лично знаком с рядом очень именитых личностей. Прям очень-очень именитых. И даже царских кровей. Но до того были ещё годы моего неведения на сей счёт.

Угостившись же чаём и кофием со всякой разной выпечкой, предложенных нам радушным хозяином, мы вскоре перешли к светской беседе. Чай время сейчас было такое — небыстрое. Негоже было сразу пихать деньги в руки потерпевшему и тут же выставлять его за дверь. Высшее общество такого подхода не поняло бы и не оценило. В чём, среди прочего, была моя проблема. Я-то, блин, привык жить быстро. Без всяких этих рассусоливаний и переливаний из пустого в порожнее. Отчего мне нередко пеняли родители, что, мол, веду себя невежливо и совершенно бескультурно.

— Так отчего вы, Александр Евгеньевич столь нелестно отзывались о самобеглой коляске господина Бенца? — И да! Именно Александр Евгеньевич! И никак иначе! Заставил себя уважать, ёшкин кот! Но не как у Пушкина дядя своего племянника — эгоистично, через факт своего слегания с болезнью, а путём толкания умных речей. В общем, втёрся в доверие.

— Как я уже говорил вам чуть ранее, ваше величество, она архаична. Как в общих чертах — всей своей конструкцией в целом, так и каждым своим элементом в отдельности, — отставив кружку с недопитым чаем обратно на блюдце, поспешил я ответить на вопрос самодержца. Ох. Как же меня самого убивает мой собственный детский голосок. Ведь понимаю, что слушать такой, сохраняя деловой настрой, практически невозможно. Но другого голоса пока не завезли. — Взгляд господина Бенца оказался столь же зашорен, как и у всех прочих господ, что решились попробовать свои силы в новом деле проектирования автомобилей. Увы, никто из них до сих пор не смог понять ту простую истину, что автомобиль — это не просто самобеглая коляска, у которой конный привод заменили механическим. Автомобиль — это совершенно новая ветвь эволюции транспортного средства. И чтобы быть максимально полезной, она обязана быть другой. Отличной от своих предшественников.

— Какой, к примеру? — явно сдерживаясь, чтобы по-доброму не рассмеяться от моего потешно-серьёзного вида, деловито поинтересовался «хозяин земли русской». За что ему отдельное спасибо. Вежливый он всё-таки человек. Хотя ему, возможно, действительно интересно услышать мои мысли. Какое-никакое, а развлечение, раз уж первая поездка на автомобиле не задалась. И да, я уже выяснил по пути во дворец, что это была его первая поездка. Как бы он после такого личного опыта вообще не запретил автомобили в своей стране. Вот я тогда обломаюсь со всеми своими чаяниями и начинаниями.

— Если проводить сравнение с флотом, — слегка кивнул я в сторону своего отца, как бы намекая на его прежнюю службу, — то все господа-автомобилестроители сейчас пытаются установить артиллерийские башни главного калибра современных броненосцев на деревянные корпуса галер времен Петра Великого. Потому и получаются у них у всех сплошные недоразумения. Тогда как здесь необходимо подходить к вопросу проектирования вообще с нуля, с расчёта стального киля, если хотите. Не привлекая ничего из прежнего опыта постройки деревянных карет и колясок.

— Да. Предложенное вами сравнение действительно выглядит… удручающе, — видимо, представив себе, как могла бы смотреться со стороны галера на вёсельной тяге с огромными броневыми башнями в оконечностях, Николай Александрович всё же смог подобрать подходящее для описания данной картины слово. — Но чтобы говорить такое, вам, полагаю, прежде следовало бы предложить в качестве альтернативы что-то своё. То, что могло бы наглядно продемонстрировать правдивость именно вашего суждения.

— Хотя бы что-то вроде тех броненосных мониторов, что со временем эволюционировали в современные линейные корабли? Так? — на всякий случай уточнил я.

— Совершенно верно! Как те самые мониторы! — Пусть сам император являлся «сухопутным крысом», в морской тематике он всё же что-то понимал. Так. По верхам, конечно. Но понимал. Недаром же его младший брат — Георгий и лепший друг — великий князь Александр Михайлович, а также ещё пара кузенов, являлись именно что военными моряками. Сумели в былых беседах обогатить соответствующей тематикой кругозор нынешнего государя.

— Увы, ваше величество. Но даже для нашей, отнюдь не бедствующей, семьи это непомерно дорого. Мы просто в финансовом плане не можем себе такого позволить, — развёл я руками под испепеляющий взгляд вновь начавшего заливаться красной краской родителя. — Проблема с патентами убивает все начинания.

— Проблема с патентами? — вопросительно уставился самодержец на принявшегося прочищать горло моего отца, тайком показывающего мне кулак. Ну как тайком. Все присутствующие, проявляя должную вежливость, дружно сделали вид, что вовсе не заметили ничего такого. И я тоже предпочёл его не заметить! Хе-хе! Естественно, проявив исключительную вежливость. Я что, не все, что ли?

— Мы с сыном уже давно занимаемся проектированием автомобиля, который желали бы продемонстрировать всему миру в будущем году, представив его для всеобщего обозрения на грядущей ярмарке в Нижнем Новгороде, — пустился в объяснения старший из двух присутствующих тут Яковлевых — то есть не я. — И с ним действительно имеется беда, озвученная Сашенькой.

— Вы не можете применить что-то в своей конструкции, поскольку не располагаете соответствующими лицензиями? — выдал самое очевидное предположение император.

— Да. Но не в том плане, в котором вы могли о том подумать, — продолжил излагать свою мысль мой отец. — Одних только технических новшеств, жизненно необходимых для внедрения в его конструкцию, у нас уже сейчас набралось на 258 новых патентов. Которые необходимо оформлять, чтобы их тут же не присвоили себе наши европейские конкуренты, что отнюдь не дремлют. Более четверти тысяч патентов, ваше величество! Уму непостижимо! Но даже это ещё не всё! Для изготовления многих новых механизмов и деталей, необходимо создать новейшие станки и инструменты, которых прежде в мире также не было. Их тоже набралось уже на более чем сотню патентов. И даже так мы через день сталкиваемся с проблемой потребности изобретать ещё чего-то новое, чтобы всё-таки претворить свой проект в жизнь.