Сделка с профессором

Часть 1. Поймать удачу за хвост. Глава 1

Умение плести интриги – обязательный навык любого, кто вращается в высшем обществе, и худо-бедно им владеет каждый, кто хоть немного приближен к правящему роду. Однако талант распутывать, а тем паче предугадывать, чужие козни доступен далеко не всякому обывателю императорского двора.

Вилмор Иксли, глава департамента внутренней безопасности Нодарской империи, виртуозно владел и тем и другим, что, собственно, и помогло ему занять эту во всех отношениях выгодную должность. Хотя злые языки до сих пор шептались у него за спиной о том, что выходец из обнищавшего рода максисов недостоин столь высокой милости правителя, но в лицо никто бы подобное высказать не осмелился. Боялись.

Боялись и лицемерили, даже если им нечего было скрывать. Пресмыкались и льстили, даже если не было для этого ни малейшего повода. Пытались задабривать и втираться в доверие, а в душе ненавидели. Ненавидели люто и беспощадно. Именно поэтому глава департамента так ценил своего старинного друга, Эдмана Джентеса – единственного, кто способен был высказать ему все в глаза, не задумываясь о последствиях.

Этот отставной полковник отличался прямолинейностью и честностью, которые ныне стали довольно редки в среде максисов. А может, глава департамента просто по роду своей деятельности подозревал каждого, кого встречал на пути. Кто знает?

– Как твои разгильдяи? – спросил Вилмор Иксли. Он сидел перед камином в доме закадычного друга и смаковал дорогой коньяк, который сам когда-то и подарил. – Сдали экзамены?

– Конечно! – с довольным видом заверил его Эдман. Коньяк он не пил. Но не оттого, что не любил этот благородный напиток, а вследствие чрезмерной тяги к нему в юности, что и навлекло когда-то на его буйную голову одну крайне скверную историю. – Я с них три шкуры спустил прежде, чем они вышли на финальные испытания. Да и заклятия из широкого перечня они у меня на всю жизнь запомнили.

Вилмор хмыкнул, и снисходительная усмешка искривила его тонкие губы.

– Никогда бы не подумал, что ты найдешь себя в преподавании.

Эдман помрачнел и инстинктивно потер правую ногу, раненную в бою пять лет назад.

– Иногда мне их придушить хочется, – поделился он, зная, что друг поймет его как никто другой. Вилмору тоже приходилось обучать новичков еще в бытность командиром отряда жандармов. – Но потом я вспоминаю, как мы учились в академии, и понимаю, что мне еще повезло. Среди моих адептов нет таких отъявленных повес и кутил, какими были члены нашей легендарной четверки. Одни только Зигрид и Альмонд чего стоили!

– Не будем упоминать императора и его кузена, – попросил Вилмор, хотя его черные глаза при этом лукаво блеснули, и старые приятели прекрасно поняли друг друга. – Что ты собираешься делать летом? Есть планы?

Эдман поднялся, слегка прихрамывая, дошел до камина и пошевелил угли. Его имение находилось в болотистой местности на отшибе империи, и даже поздней весной по вечерам в старом особняке было сыро и неуютно.

– Пока не думал об этом, – отозвался он, стараясь казаться беззаботным. Хотя от Вилмора не укрылась та горечь, что сквозила в словах товарища, до глубины души преданного Родине, но при этом крайне одинокого. – Никак не привыкну, что мне больше не нужно ждать приказа командования и отправляться с войсками по первому требованию. Может, съезжу куда-нибудь. У меня теперь масса времени. Оказывается, жизнь преподавателя боевой подготовки не в пример свободнее, чем полковника императорской гвардии. Хоть и скучнее.

Вилмор так и сидел, неспешно потягивая коньяк из бокала, но что-то в его позе неуловимо стало иным. Эдман скорее ощутил, чем заметил эту перемену. Он вернулся в свое кресло и взглянул на друга в упор.

– Выкладывай, зачем я тебе понадобился? Не просто же так ты притащился из столицы в эту глухомань.

–У тебя чутье первоклассного сыщика, – вздохнул Вилмор, отставляя бокал на низкий столик. – Иногда мне кажется, что ты читаешь мои мысли да и не только мои.

– Чушь, – фыркнул Эдман, сверля его пристальным взглядом. – Это никому не под силу, хвала богам. Но за годы военной службы я все же кое-чему научился. Так в чем дело?

Вилмор посмотрел перед собой, собираясь с мыслями и просчитывая в голове, как бы получше преподнести информацию другу, чтобы тот уж точно согласился на его предложение, но так и не решив, что будет самым подходящим, рассказал все как есть:

– На территории империи стали пропадать дайны. – Эдман вздрогнул и побледнел. Он был готов к чему угодно, но только не к разговору на эту давно запретную для него тему. – Не могу сказать, что часто или систематически, но случаи есть, и меня это тревожит.

– С чего вдруг? – спросил Эдман, откашлявшись, будто что-то помешало ему говорить свободно. – Уверен, кроме дайн, ежегодно пропадают сотни других людей, и ты вовсе не теряешь сон от осознания этого факта.

Вилмор покивал и продолжил:

– Так-то оно так. Но другие люди не обладают таким значительным резервуаром маны, как дайны, и не представляют ни ценности для короны, ни опасности.

– А дайны представляют? – с подозрением покосился на него Эдман.

– Кто-то может использовать их силу вовсе не в регламентированном порядке, – пояснил свое беспокойство Вилмор. – Особенно если найдет способ преодолеть их сопротивление.

Эдман выпучил глаза и спросил:

– И как это возможно? Что-то не припомню, чтобы ученые додумались до чего-нибудь в этом роде.

– Ученые находятся на службе у императора. Им и в голову не придет работать в этом направлении, а даже если придет, я первым об этом узнаю и приму надлежащие меры. Тут полный порядок. Но исчезнувшие девушки – совсем другое дело. Никто не знает, куда они делись. Никаких свидетелей, никаких подозреваемых, никаких следов.

– А как же их максисы? – поинтересовался Эдман, то сжимая, то разжимая в руках белоснежный носовой платок, извлеченный из нагрудного кармана камзола. – По контракту они в ответе за нанятых дайн.

Вилмор с удовольствием отметил, что друг проглотил наживку, и теперь уже не составит труда его убедить.

– В том-то и дело! – воскликнул он, хлопнув по подлокотникам кресла обеими руками. – Максисы как один твердят, что все было в порядке. Никаких странных или подозрительных происшествий перед исчезновением, а потом раз, и девушки нет. Мои сыщики с ног сбились, но доказать вину или хотя бы причастность хозяев дайн не смогли. У всех железное алиби.

– Ерунда какая-то, – пробормотал Эдман. – Не бывает так, чтобы ни одного свидетеля и ни одной улики.