Чтение онлайн

– Поздно пить Боржоми, когда печень отвалилась, - с оскалом сказал я, обращаясь к генералу Сатане с легким поклоном: - Генерал, он в вашем распоряжении. Грех Лонгботтома – Гнев, воплотившийся в мире живых, сформировавшийся из-за печати Предателя крови за нарушение законов Магии и неуважения своего тела и духа, а так же из-за крестражей, с которыми одержимый проводил много времени. Душа не раскаялась, а добровольно переступила порог Ада, вручая себя и свою судьбу в руки демонов.

– Что ж, Алиссар, - смаковал эманации лонгботтомовской души генерал, предвкушая нескучное времяпровождение: - я принимаю Невилла Лонгботтома в свои владения, - я снова поклонился, призывая воронку портала.

– Поттер, нет! – кричал Невилл, которого, по щелчку пальцев генерала, окружила черная клетка, унося через коридор Сатаны, прочь из зала, - Помоги! Поттер! Герой ты или задница куриная? – напоследок, чтобы окончательно разрушить надежду Невилла в моей помощи и героизме, из-за которого я и стал тем, кем являюсь, полностью представился, радуя взгляд Сатаны:

– Я – Алиссар, демон ада, дитя Люцифера, носитель греха Жадности, подчиненный генерала Маммона. А так же Цербер на службе Госпожи Смерти. Твой удел – заточение в аду на протяжении отведенного миру времени!

– Нет… - обессилено рухнул на колени Невилл, понимая, что это и правда конец его жизни, посмертия и перерождения. – Демон, ты – демон, а я-то думал… - но что он думал, я так и не услышал, клетка унеслась прочь из зала по длинному, почти бесконечному коридору.

Как только Невилл покинул зал, а следом за ним и Сатана, вернувшись в свои владения, я открыл портал в школу, оказываясь в коридоре Гриффиндора, где меня ждала лишь Полумна, Каро и еще один светлый страж справедливости. Паладин, осмотрел меня пристальным, внимательным взглядом, ища малейший намек и повод обнажить серебряный меч, снося голову с плеч. Но его так и не нашел. Хотя смотрел все так же пристально и внимательно, как Грюм с его постоянной бдительностью.

– Он нам подходит, - сказал третий паладин, делая вывод, опираясь на наблюдения, которые он провел за эти пару минут. Только к чему я подхожу, и с чего они взяли, что я на что-то соглашусь? Вот вопрос.

– Что вам от меня надо?

– Мистер Алиссар, у меня к вам деловое предложение о взаимовыгодном сотрудничестве. Как вы смотрите на то, чтобы стать частью боевой группы Милитии? – приподнял вверх бровь на манер профессора Снейпа, так же скрещивая руки на груди, уточняя, что за отряд такой и с какой радости мне - демону, паладин делает предложение о сотрудничестве. – Милития – это отряд специального назначения, который занимается искоренением тьмы, выявлением и устранением нарушений законов магии и мира, очищает сущее от скверны, - я стоял и не понимал, при чем тут я? Ведь я – зло, демон, несущий тьму, поедающий греховные души.

– Алиссар, - Полумна, подойдя ко мне, касаясь руки, смотря в глаза, распространяя энергию серебра, окутывая Жадность своей светлой аурой, распаляя грех, живущий внутри меня и питающий сущность, требуя сжать в цепких руках девушку и не отпускать до тех пор, пока грех не отступит назад, убежденный в правах собственности, говорила: - нам нужна твоя способность распознавать артефакты, несущие оскверненную магию, как крестражи. Обычные маги их не ощущают пока не попадут под действие и не перейдут на последнюю стадию одержимости. И так не только с крестражами.

– Вы хотите использовать меня, как ищейку?

– Все так, Алиссар. – Коротко и честно. Но меня не интересует служба на свет и паладинов, вступать в отряд Милитии я не собирался, но ровно до тех пор, пока паладин не озвучил обязанность с их стороны: - вы помогаете нам находить окутанные запретной магией артефакты, а мы вам ваших родителей. Думаю, так будет честно, - было бы честно, будь я человеком или магиком, но не демоном. Помощь посторонних, особенно светлых паладинов, меня не устраивает. Как и их присутствие рядом со мной. Поэтому ответ был таким:

– Нет, господа паладины. Ваша компания мне не интересна, - убрав руку Полумны со своего предплечья, сделав несколько шагов назад, к тени, улыбнувшись обворожительной улыбкой-оскалом, сверкнув на прощание ядовитой зеленью глаз, растворился в темном углу, говоря: - Свет и тьма не сотрудничают. – А лично Полумне: - Луна, помни, ты – моя! – и окончательно перешел в нашу с Драко и Блейзом комнату, собирая вещи и прощаясь со слизеринцами, обещая за ними приглядывать и навещать.

Драко и Блейз понимали, что надолго я в школе не задержусь, и покину стены Хогвартса, как только разберусь с крестражми и душами бывших друзей, окутанных грехами. Из четверых друзей, подверженных грехам, осталась лишь Джинни. Но с ней, по моей наводке, в ближайшее время разберется Сириус. Гермиона же, как Гораций, без души долго не проживут и начнут сгорать и чахнуть, сереть и становиться подобными призракам. А следом один конец – смерть.

– Куда ты дальше, Алиссар? – спросил меня Драко, перед тем, как я ушел через тень на километры от школы и Британии.

– На поиски родителей и исполнение своего долга, как Цербера, - Малфой, он же Блэк, ни капли не удивился, как и Забини, лишь уточнивший, с чего я взял, будто мои родители живы. – Когда стал Цербером, передал душу Смерти, то вспомнил ту ночь на Самайн и момент, произошедший в моей комнате. На моих глазах Волан-де-Морт убил мать, я так думал, пока не вспомнил стертые Обливиэйтом воспоминания.

– Чего? – в один голос возмутились слизеринцы.

– Хм, - это все, что они получили в ответ.

Не вдаваясь в подробности, не рассказывая что на самом деле произошло в ночь на Самайн, покинул комнату, а с этим и школу, оказываясь за ее пределами, у самого края аппарационного купола. Там меня встречал профессор Снейп, провожая, говоря:

– Передайте Лили, что я ее прощаю, - кивнув призраку на прощание, напомнив о подарке Регулуса, способного сделать его материальным за счет картины и источника школы, перенесся тенью на Гриммо, к Сириусу и Регулусу. А оттуда, видно будет. Жизнь у меня долгая, времени на то, чтобы найти родителей у меня много. А с такими помощниками как братья Блэк тем более.

Примечание к части

Будет ещё бонус