Сделка
Шрифт:
– Ну, может, и ты когда-нибудь сможешь заслужить звание мастера меча, – вставил идущий позади Шарен, на что Эрик согласно хмыкнул.
Под приветственный шум аплодисментов мы вышли втроем на арену, отошли в ее дальний угол и устроились там на мягкой траве.
Первым начал наше выступление Эрик.
Дым, послушный воле огненного демона, медленно заполнял все пространство, выползая из земли, стелясь между рядами зрителей и стягиваясь в плотное темное непрозрачное облако.
Подождав несколько секунд, я включила вальс Амели, а Шарен стал медленно усиливать звук, создавая чувство ожидания чего-то большего.
Одновременно с моей первой, пока еще скромной и не яркой, молнией зазвучал низкий глубокий голос Эрика, так же распространяемый по рядам зрителей магией демона воздуха. Отслеживая ключевые моменты небольшого сюжета, я старательно создавала множество молний, в причудливом переплетении которых можно было легко различить силуэты героев.
Жила однажды девушка, прекрасная нимфа лесная.
И серый дым окрасился нежными всполохами разных оттенков зеленого, среди которых отчетливо прослеживались изящные черты женского тела.
И увидела она мужчину, что отличался от всех, ранее виденных ей существ.
Яркие огненно-красные молнии резко обозначили мужские черты, к которым потянулась наивная девушка.
Любовь расцвела в их сердцах.
Изумрудно-зеленые вспышки просачивались в тянущиеся к ним красно-бордовые всполохи, создавая чувство единства двух сердец.
Прознав о чувствах влюбленных, соотечественники решили разрушить их отношения.
Между огненным вихрем, состоящим из мощных росчерков с резкими углами, и зеленым мягким вихрем поменьше резко ударила белая молния, но…
Но любовь оказалась сильнее чужих злых происков.
… но не смогла она полностью оборвать соединяющие их нити. И лишь с большей яркостью и с большей страстью объединились столь непохожие на первый взгляд, но идеально дополняющие друг друга, вихри молний.
И решили они тогда сбежать, чтобы быть вместе.
И два ярких росчерка, мощный алый и изящный изумрудный, взмыли вверх, а под ними мелькали разноцветные всполохи, все быстрее уносясь вдаль. Но вскоре движение замедлилось и два силуэта, мужской и женский, чуть уменьшившись в размерах, загорелись ровно и спокойно, а вокруг них в дымном полумраке светились теплые золотистые искры, отражающие уют и взаимную искреннюю любовь.
Прошли годы, и однажды к ним в дверь постучались брат лесной нимфы и брат огненного демона. И рассказал каждый, что в их края пришла беда.
К героям приблизились более маленькие, тускло мерцающие молнии бледного грязно-рыжего, будто кирпичного, и серо-зеленого, словно обмороженная трава, оттенков.
В вечнозеленый лес пришла зима, и тот стал замерзать и умирать…
Серо-зеленая молния вспыхнула ярче, а за ней загорелась зеленая россыпь вспышек, что быстро выцветали и превращались в белые острые и колючие, словно льдинки, молнии.
… а обитель демонов оказалась иссушена постоянными пожарами и засухой.
Серо-зеленая молния почти потухла, уступая яркость повествования своему грязно-рыжему соседу. За второй молнией, в свою очередь, разгорался пожар, после которого оставалось тусклое темно-коричневое мертвое ничто.
Решили тогда влюбленные помочь своим родным.
Молнии разделились, но сохранилась меж ними тонкая, но крепкая связь. Яркая изумрудно-зеленая, что олицетворяла влюбленную нимфу, отправилась с грязно-рыжей молнией, а горячая огненная, что отражала верного демона, улетела с серо-зеленой. И каждая из молний окунулась в россыпь вспышек, что представлялись родным лесом девушки и жаркой долиной мужчины.
Яркой живой молнией облетела изумрудная дева иссушенную долину, возвращая ей свежесть и яркость, а огненный демон теплой силой объял замерзающий лес, возвращая в него жизнь и радость, отчего тусклые молнии со всех сторон заискрились яркими красками.
И благословили родные крепкий союз влюбленных.
Две яркие молнии, зеленая, изгибаясь женственным силуэтом, и алая, мерцая мужественной резкостью, устремились навстречу друг-другу, а вокруг них в поддержке и опоре сверкали маленькие молнии, постепенно затухая и подчеркивая яркость и силу сливающуюся в единое огненно-зеленую пару.
Последние аккорды вальса затихли одновременно с рассеивающимся дымом и растворяющимися в нем последними вспышками молний.
Мокрая от пота (неожиданно для меня оказалось, что на такое пространство потребовалось гораздо больше энергии), но безумно довольная получившимся шоу, я медленно перевела взгляд на такого же уставшего и вспотевшего Эрика. Бодрый и расслабленный Шарен как-то не вписывался в нашу картину выложившихся юных новоявленных талантов, но его глаза выдавали восхищение от увиденного, ведь он видит представление впервые.
В наступившей тишине оглушительные аплодисменты прозвучали столь неожиданно, что я аж подпрыгнула на месте. Ого, я и не ожидала такой реакции от зрителей. Нет, я была уверена, что народу понравится, но чтобы на столько?
По моему лицу невольно расплывалась счастливая улыбка, от которой даже щеки заболели, а волнительная дрожь, что все это время сжимала внутренности, наконец-то отпустила, разливаясь по венам облегчением и удовлетворением.
Меня приобнял за плечи такой же неимоверно довольный Эрик с широченной улыбкой от уха до уха. А с другой стороны от меня пристроился второй демон, но обниматься не полез. Ну да и он явно не испытывал той гордости за продемонстрированное искусство, ведь он не сидел всю ночь над сценарием истории и не продумывал каждый всполох, что недавно озарял небо.