Сдохни, но сделай
Шрифт:
– Да, да, очень похоже на это, - подтвердил Батя.
– То есть, это был отмененный элемент первого плана? – спросил схватывающий на лету Самойлов.
– Думаю, да, - кивнул Егор.
– Что-ж, над этим нужно крепко подумать. Спасибо, Егор. Я знал, что ты найдешь. А эта версия, в которую сходу хочется верить. Нужно вам с полковником Анисимовым всё предметно еще раз перепроверить.
– С удовольствием, как только будет, где обсуждать, - сказал начальник аналитиков.
– С этим мы вопрос решим в ближайшее время. Пока, сам видишь, сидим друг у друга на головах. Уже прибегали тут кабинеты делить. Слава Богу, Ольга не пустила. Кстати, Егор, что за помощница у Ольги нарисовалась? – Самойлов прищурил глаз, внимательно разглядывая Егора.
– Соседка моя. Вместе во время атаки на город оказались. Вот, пристроил. Всё равно работу её разбомбили. Пусть помогает, - не моргнув глазом ответил Егор.
– Соседка, говоришь? Ну, ладно, - генерал обвел взглядом заулыбавшихся офицеров и резко сменил тон: - Итак, товарищи офицер, мне прямо сейчас нужны ваши соображения по ситуации. Давайте, по старой флотской традиции. От младшего к старшему. Старший лейтенант Карнаухов, что имеете сообщить?
Поднялся длинный и нескладный лейтенант. Привычно ссутулился, словно приготовился к драке: - Товарищи генерал, товарищи офицеры, старший лейтенант Карнаухов, командир сводной инженерно-саперной роты. Я так понимаю, графиками обследования минных заграждений и вопросами снабжения будут заниматься после восстановления в полном объеме системы управления. Так что мы пока будем действовать по ранее утвержденным графикам. В парке роты есть несколько грузовых автомобилей. Готовы их предоставить для нужд спасательной операции. Также, есть несколько толковых электриков. Могут поработать на восстановлении электроснабжения пострадавших районов.
– Спасибо. Следующий. Капитан Оганесян.
– Вопросов нет, - с еле заметным акцентом сказал, поднимаясь, мощный черноволосый капитан: - Командир 4-й отдельной десантной штурмовой роты. Мы после бомбардировки дружно в город рванули. Бойцы сейчас на разборе завалов. Всё хорошо, только какую-нибудь робу выдать нужно. И перчатки рабочие. Форму жалко.
– Обеспечим, - кивнул Самойлов, делая пометку на листе бумаги.
Офицеры один за другим поднимались, кратко докладывали о состоянии своего подразделения, излагали просьбы или предлагали различные идеи. Некоторые даже очень толковые. Как, например, начальник аэропорта предложил разместить в гигантском практически неиспользуемом здании госпиталь. У них даже котельная своя имелась. Предложение зашло на ура. Егор задумчиво сидел, не сводя взгляда с генерала Самойлова. Мысли его куда-то стремительно убежали с этого совещания. Хорошо хоть его спрашивать больше ни о чем не стали.
– Товарищи офицеры, - обратился ко всем Самойлов: - Особенно те, чьи подразделения находятся не в местах базирования. Ежедневно к 9.00 отравляйте бойцов с краткими докладами. При любом изменении дислокации, или возникновении прочих срочных вопросов – доклад незамедлительно. Будем пока работать по старинке. Связью до прояснения ситуации пользоваться не будем. Каждый после совещания оставит секретарю в приемной свои координаты. Василий Игоревич, потом заберете, чтобы знали, куда фельдъегерей отправлять. Циркуляр по дислокации и состоянию подразделений будем распространять ежедневно.
– И главное, - Самойлов на секунду замолчал, словно собираясь с духом: - Мы все должны понимать, что удар может повториться. Не здесь, так в соседнем городе. Не завтра, так через месяц. Мы должны быть бдительными. Управление контрразведки в ближайшее время получит особые полномочия по выявлению шпионов Чужих. Прошу не удивляться и не препятствовать, а наоборот оказывать всестороннюю поддержку. Приказ будет доведен до всех. На этом всё. Работаем, товарищи.
Загрохотали отодвигаемые стулья, послышались тихие разговоры, потянувшихся на выход командиров. Кто-то наоборот пошел к Самойлову обсудить оставшиеся за кадром вопросы. Егора, пытавшегося улизнуть из кабинета, перехватили три полковника и шустро утащили в коридор.
– Скажи-ка нам, товарищ полковник, откуда ты такой умный взялся? – поинтересовался Батя.
– Вы о чем? – не понял их наезда Егор.
– Про твою версию с двумя ударами по городу. Особенно вторая, с детской злобной ручонкой нас интересует, - пояснил Ершов.
– Так это логично. Какой смысл бомбить жилые здания, и даже заброшенные, когда в городе столько более лакомых целей. Почему ГЭС стоит, почему электричество, пусть не везде, но есть? Почему заводы военные целые? Почти. Я могу долго продолжать список.
– Ладно. Поняли. Тогда скажи, какая вероятность, что где-нибудь в Красноярске такая же херня не случиться?
– Тюмень, - односложно сказал Егор.
– Что Тюмень? С ней ничего не ясно ещё. Даже, если там такая же петрушка происходит, мы сейчас ничего сделать не сможем. Слышал, что на Алтае твориться?
– Нет. Я последние два часа голову ломал.
– Приехал фельдъегерь, - сообщил Ворошилов: - Там Чужие, как оголтелые по всему фронту носятся. Многочисленные попытки прорыва. Наши пока держат, но такое впечатление, что готовится что-то масштабное. Самойлов даже приказал, подготовить координаты для использования спецбоеприпасов. Вот такая херня. Неспроста это. И мыслю я, что они взбесились как раз после нашей операции. Но вот причину-то ты так и не озвучил прилюдно. Хотя, раз до выводов об ударе на эмоциях дошел, то и причину должен предполагать.
– Тут несколько вариантов. Первый – пленные агенты. Неспроста в СИЗО сразу три ракеты прилетело. И наших офицеров сколько положило, и всех пленных. Второй вариант: погиб кто-то настолько важный для Чужих, что они отомстили. Именно погиб, не был взят в плен.
– Генерал Соколов? – спросил Батя: - Он главный злодей?
– Возможно.
– Мы тебя услышали. Будем думать, - Батя похлопал Егора по плечу: - Егор, ты тоже побольше думай. У тебя хорошо получается.
– А что мне остается? – усмехнулся Егор: - Только и остается, что думать о горькой судьбе.
– Ты не прибедняйся, - сказал полковник Ершов: - Рассказали мне, немного про тебя, молодого да ушлого полковника. Быстро ты взлетел. Но не буду спорить. Заслуженно взлетел. Только вот теперь останавливаться на достигнутом даже не думай. Глядишь, ещё и нами старыми пнями покомандуешь.
– Не такие уж и старые, - проворчал Батя.
– По сравнению с ним – мы все старперы, - ткнул в Егора пальцем Ершов: - А он какой есть – молодой да дерзкий. Может, когда мы все на пенсию уйдем, такие войну эту сраную закончат.
– Дожить бы до пенсии с такими сюрпризами, - вздохнул Ворошилов.
Егор стоял и смотрел, как уходят по коридору три полковника, три предводителя защищающих город частей. Спокойный неторопливый шаг, знающих себе цену людей внушал в окружающих чувство уверенности. Пока живы эти три кита, город будет жить. Гнуться под ударами, но не ломаться.
Резко стало душно. Захотелось на свежий воздух. Егор стремительно сбежал по ступеням и вышел на крыльцо. Бездумно пошел вокруг здания. Зачем он здесь? Разве этого он хотел?