Чтение онлайн

– Найдется, ваша честь!

Вскоре сэр Мармадьюк сидел в свежеприбранной солнечной комнате, где стояла огромная кровать с белоснежными простынями, от которых исходил запах лаванды. Весьма привлекательная, с точки зрения нашего джентльмена, кровать. Ее соблазнительные формы настолько понравились сэру Мармадьюку, что он не один раз прерывал такое тонкое занятие, как бритье, чтобы бросить на нее полный вожделения взгляд. Да, кровать была весьма и весьма соблазнительна!

Через четверть часа, завершив свой туалет, сэр Мармадьюк спустился к завтраку. На столе дымилась огромная яичница с ветчиной, рядом теснились блюда с невероятным количеством жареной и вареной телятины. Подобный завтрак еще вчера ужаснул бы нашего героя, но сегодня он лишь удовлетворенно застонал и набросился на еду с прытью, которой сам поразился.

Насытившись, сэр Мармадьюк откинулся на спинку стула и оглядел комнату. Массивные балки наверху, красные половицы внизу, в огромном очаге весело потрескивают дрова, а рядом с каминной решеткой стоит пара начищенных сапог для верховой езды.

Сэр Мармадьюк зевнул и, вспомнив о соблазнительной кровати наверху, собирался уже кликнуть хозяина, когда перед ним возникло широкое лицо, озаренное добродушной улыбкой.

– Сэр, вам должны были принести яичницу с ветчиной… – Хозяин растерянно посмотрел на пустые тарелки.

– Отличная память! – вздохнул сэр Мармадьюк.

– И телятину, ваша честь…

– И это тоже.

Хозяин рассмеялся:

– Голод – лучшая приправа, сэр…

– Божественное ощущение, – перебил его джентльмен. – Тот, кому не довелось испытать это удивительное чувство, несчастнейшее на свете существо!

– Кому как, сэр, – с некоторым сомнением ответил хозяин. – Я уж и не знаю. Но я бы предпочел обойтись без него, лишь бы каждый человек имел возможность удовлетворить свои жизненные потребности.

– А кстати, я надеюсь, Джейкоб получил свой эль?

– Да, сэр, и перед уходом он просил меня поблагодарить вашу честь.

– Он сказал, что вы служили у Нельсона.

– Так точно, сэр. Бен Бартер, помощник канонира на борту старины «Булли-Сойера», капитан Джон Чомли.

– Для меня большая честь познакомиться с вами, Бен Бартер.

– Это вы оказали мне честь, – ответил Бен с широченной улыбкой.

– Я вижу, у вас здесь остановился гость, – сказал сэр Мармадьюк, ленивым жестом указывая на стоящие у очага сапоги.

– О да, сэр, – ответил Бен, кинув хмурый взгляд на указанные предметы. – Один джентльмен из Лондона, он часто ездит туда-сюда, но, знаете, сэр, бывают джентльмены, которые остаются джентльменами даже, когда напьются, а бывают и совсем иные. Этот, когда переберет элю, становится попросту ужасен.

– In vino veritas! – промолвил сэр Мармадьюк.

– Может быть, сэр, но я все же не стал бы так ругаться. Прошлым вечером этот джентльмен так набрался бренди, что стал совсем невменяем, перепугал мою дочь и служанок, так что пришлось взять его на абордаж, вы понимаете меня, сэр? А он начал бить бутылки и стаканы, тогда я вынужден был запустить одну из них прямо ему в корпус, а затем позвал на помощь Джорджа и Тома, они и уложили его в кровать.

– И как же его зовут? – сонно спросил сэр Мармадьюк.

– Дентон, сэр, мистер Дентон, друг эсквайра Брендиша.

Сэр Мармадьюк сощурился, зевнул и пробормотал:

– Тогда, возможно, мистер Брендиш может зайти сегодня навестить своего приятеля?

– Они сегодня вместе ужинают, сэр. И это очень прискорбно. Как соберутся они вдвоем, жди какой-нибудь…

– Ну, думаю, – снова зевнув, сказал наш джентльмен, – хотя бы на вашей выручке их застолье отразится положительно. А мое, кстати, вдвойне. Наверху я заметил отличную кровать.

– Пуховая перина, сэр. Всегда к вашим услугам.

– Спасибо. Я ею воспользуюсь.

– Что, прямо сейчас, сэр?

– Немедленно.

– И в котором часу мне следует разбудить вашу честь?

– Будить не надо!

– Ясно, сэр.

– Я проделал вчера долгий путь пешком, пока не начал хромать, у меня все просто болит от усталости, так что, пожалуйста, не беспокойте меня, дружище Бен.

– Конечно, сэр.

И, с милостивой улыбкой кивнув изумленному хозяину, который тут же отдал честь и шаркнул ногой, сэр Мармадьюк лениво поднялся на второй этаж. Заперев изнутри дверь гостевой спальни, он разделся, забрался в постель, уютно устроился между благоухающими лавандой простынями, блаженно вздохнул, вытянулся поудобнее, закрыл глаза и погрузился в глубокий сон.

в которой сэр Мармадьюк составляет завещание

Солнечный луч, скользнувший по лицу нашего героя, пробудил его от блаженного сна. Сэр Мармадьюк сонно потянулся было к звонку, чтобы вызвать Маундера, своего камердинера, но, внезапно вспомнив, где находится, резко приподнялся, безмерно довольный, что и звонок, и невозмутимый Маундер, и все прочие признаки комфорта, до сих пор неотъемлемые от его жизни, находятся далеко-далеко.

Он сел в кровати и радостно осмотрелся. Его переполняло новое и удивительно приятное чувство – ему страстно хотелось жить. Его переполняло радостное нетерпение – он предвкушал новые приключения, которые принесет с собой грядущее. Усталости как не бывало. Скуки тоже. Перед мысленным взором нашего героя вставали чудесные картины вчерашнего дня – тенистые рощи, душистые луга, лунная тропа, уводящая путников под сень таинственного леса. И конечно же сэр Мармадьюк думал о той, кто олицетворял для него все юное, чистое и прекрасное.

Он энергично спрыгнул с кровати и начал одеваться, напевая себе под нос, чего давно уже за ним не наблюдалось. Внезапно сэр Мармадьюк уловил чьи-то голоса. Он прислушался.

– …была Ева-Энн, точно тебе говорю!

Так и не надев второй сапог, сэр Мармадьюк замер и глянул в сторону открытого окна.

– Ночью на дороге, я сам видел. Она была с каким-то молодчиком! Говорю тебе, Дик, эта девка – бесстыжая шлюха.

Сэр Мармадьюк узнал этот грубый голос. Он яростно натянув сапог и встал.